В современном мире этого римского императора знает очень малый круг людей, можно сказать, что вообще никто не знает. Но именно в годы его царствования Старый Рим, лелеющий прекрасное республиканское прошлое, окончательно погибнет, раздираемый ужасающей смутой длиной в полвека. Именно на него будет возложен главный позор Империи, от которого она не сможет отмыться вплоть до конца своего существования.
Кризис III века.
"Золотое царство" Римской империи - эпоха наибольшего экономического и культурного подъёма страны - испытало последний прилив сил при императоре Септимии Севере (197-211 гг). После его смерти власть над Pax Romana досталась недалёкому сынку императора - Карака́лле, даровавшему всем обитателям Империи римское гражданство, тем самым уравняв их в правах. Места во власти даже в Вечном Городе стали получать выходцы из местных, командирами римской армии начали становиться германцы, галлы и сирийцы. Это привело к упадку армии, повальной халатности, непотизму и коррупции в ней. В то же время экономика Империи, основанная на работорговле и рабовладении, уже чувствовала первые спазмы. Притока новых невольников не было, а вести военные кампании ради завоевания новых земель отныне стало нереально дорого.
Ненадолго императорский пурпур оказался в руках монстроподобного гиганта Максими́на Фракийца, не умевшего даже нормально говорить на латыни. Лавровый венок стал перескакивать из рук в руки, словно мяч. Страна завертелась в кровавой карусели нескончаемых переворотов и заговоров, но ни один человек, каким бы он ни был амбициозным и коварным, не мог удержать трон.
Этот период вошёл в историю, как "Кризис III Века" - время полного хаоса, воцарившегося над Средиземноморьем. На то были объективные причины: к III веку н.э., после столетий тесного взаимодействия, в огромной и многонациональной Империи сформировалось сразу несколько центров власти: "солдатские лидеры", сенаторы, преторианцы и местные аристократы. Все они делились на отдельные группы:
1) Военные - на рейнские, иллирийские, испанские и восточные легионы;
2) Сенаторы - на старинную партию республиканцев (сторонников демократии и свободы) и партию автократоров, желавших вопреки всему поставить в Риме сильного лидера, которым они при том могли бы манипулировать;
4) Местные аристократы - на группировки галло-римлян, сирийцев, греков-эллинов, романо-бриттов и многих других.
Все стороны и группировки хотели поставить своего человека управлять страной, тем самым делая имперский пурпур чем-то вроде приятного приза, за который надо побороться, а не реальной должностью.
В 247 году все еще живой и шумный Рим отпраздновал тысячелетие с основания: но, вопреки летящим из-под каждого утюга лозунгам о чести, безопасности и справедливости, разложение общества вошло в термальную стадию. Страна уверенно катилась в бездну. Коррупция, заказные убийства, пиратство, тотальный бандитизм и разврат стали нормой. Факт: прямо во время поездки императора Филиппа Араба по Италии его несколько раз атаковали разбойники, притом что дороги официально были объявлены защищёнными от криминальных элементов.
Разумеется, что такой беспредел рано или поздно должен был вызвать у адекватной части латинян шок и гнев. Стране срочно нужен был тот, кто остановит хоть на время нескончаемую деградацию и добьётся для Империи мира, пусть и худого. Не народный лидер, не солдатский император, не богач, а обычный служака с традиционными взглядами, имеющий управленческий опыт.
Личность.
Пу́блий Лици́ний Вале́рий(ан) был таким человеком. Он родился около 199 года при императоре Септимии Севере. Публий был выходцем из знатного, преуспевающего семейства, имевшего родство с могущественным этрусским родом Цейониев. Предки Публия семьсот лет назад до описываемых событий вместе с другими родами заправляли делами в городе Ве́йи - крупнейшем городе этрусков.
Характеристика такова: человек морально устойчивый, хорошо воспитанный, амбициозный. Хороший управленец, талантливый оратор и политик. Не имеет привычки без меры потреблять дурманзелье. Не питает страсти к оргиям и мальчикам, что редкость для римского высшего света. Любит жену и своих сыновей, много тратит времени на их воспитание. Сам - явный не гедонист, даже исповедует взгляды Марка Аврелия, великого императора-стоика. Всего себя с юных ногтей отдавал cursus honorum - пути чести.
О детстве и отрочестве принцепса знаем мы немного: осчастливил мир своим появлением он в Центральной Италии, женился на Мариниане - благородной девице наместника провинции Верхняя Паннония. Звёзд не ловил, но регулярно двигался по карьерной лестнице.
До 30 лет служил следователем-квестором и чиновником-эдилом - рабочей лошадкой, по сути. Сначала проводил инспекции и разъезды по стране, делал описи земли и имущества, занимался расследованием преступлений. Затем занимался обеспечением водопроводной связи в городе Риме, разбирал тяжбы отдельных городских кварталов, проблемы со снабжением и хозяйственные неурядицы. Управленческая работа дала ему много пользы и ценного опыта, который пригодится много позднее. С этими "экскурсиями" Публий невольно исколесил многие земли Pax Romana - Италию, Сицилию, Галлию, Иллирик, увидев, на что похожа Империя на самом деле и каково положение многих городов, селений и портов. В то же время меняет свою фамилию (cognómen) с Валерий на Вале́риан - чтобы римскому уху было проще.
Видимо, в стране в тот момент творилась такая анархия, что Публий уже в 38 лет становится принцепсом Сената - фактически самым уважаемым и влиятельным лицом парламента. Поддерживает мятеж против варвара Максимина. При императоре Деции в 250 году сначала занимает должность консула, а затем цензора - блюстителя чести, под контролем которого собрана вся гражданская власть в стране. Ещё бы - сам император всё время проводит в крови и смраде на дунайской границе, а наводить порядок в тылах и столице надо. Таким доверенным лицом и стал Публий.
При нескольких недолговечных императорах Валериан становится кем-то вроде серого кардинала. Он умудряется заниматься как гражданскими делами, так и преступлениями, так и военными проблемами. Многие префекты, легаты и прокураторы теперь подчиняются ему, хотя официально у него была скромная должность блюстителя чести. Он даже способствует свержению отдельных принцепсов, таких как Максимин или Филипп Араб. Валериан имеет авторитет и в войсках - благодаря умению по-отечески обеспечить всем необходимым и выбить для ветеранов земли и привилегии. Он также достойный военачальник. После смерти Деция в начале 250-хх гг. он самолично воюет с германцами и сарматами на Рейне и Дунае. Под его начальством - рейнские легионы.
Приход к власти.
Летом 253 года действующий император - непопулярный Требониан Галл - выступает в поход против мятежника Эмилиана. Нашему герою как командиру рейнских легионов отправлена депеша: идти на помочь государю через Альпы. Но Валериан не спешит. В результате битвы под городом Интерамна в августе 253 года Требониан Галл погибает, оставив трон пустым. Валериан продолжает медленно идти в Италию, как бы давая время бунтовщикам самим расправиться с зачинщиком и добиться прощения. План удаётся: повстанца Эмилиана убивают свои же солдаты, не желавшие новой гражданской войны и кары Валериана. Получается иронично - обе стороны проиграли, и император, и мятежник. Валериану остаётся лишь повести свои легионы на испуганный Рим и голыми руками взять титул своих неудачливых предшественников.
Валериан становится едва ли не единственным правителем Римской империи за целое столетие, который не был солдатом, богачём или сенатором. Он был просто хорошим служакой и достойным мужчиной, а это куда важнее.
Правление.
Понимая, что в одиночку справиться с такой страной без еженедельных сердечных приступов невозможно, Валериан идёт на мудрый шаг: сына Галлие́на объявляет соправителем-августом и отправляет на Запад, второго сына Эгнация Валериана-младшего назначает руководить делами на Сардинии и в Африке. Оба - правильно воспитаны, очень образованы и компетентны на своих местах. Своего внука - еще одного Валериана, сына Галлиена - император назначает цезарем.
Основными действующими лицами отныне стали двое - Валериан и Галлиен, отец и сын.
Империи приходится подзатянуть пояса и срочно найти новые источники дохода. Для этого в ход идёт фискальный молот. Сенатская казна - эрарий - передаётся в ведение государя. Муниципальные бюджеты урезаются в пользу флота, преторианцев, столичной бюрократии и войск. Император возвращает 3%-ный налог с продаж - centesima rerum venalium, к которому не прибегали со времён Калигулы. Возвращается налог на роскошь, налог на право ношения оружия, на посуду, на личных носильщиков, на черепицу. Строительная политика также терпит серьёзные изменения: расходы на основание новых и завершение старых проектов в городе Риме падают с 80 миллионов в год до 10-12 миллионов, в провинциях сводятся к нулю. Известно, что амфитеатр в Карфагене, заложенный при Требониане Галле в 252 году, завершат только через 40 лет - уже в годы правления братии Диоклетиана. Вывоз мрамора, камней, песка, самоличный снос зданий и вандализм приравнивают к преступлениям против Отечества. Все ресурсы идут на строительство укреплений на границе, ремонт дорог и наиболее важные для страны стройки. К чести императора, он не прибегает к распродаже чинов и титулов, что в подобных ситуациях нередко случалось.
За несколько лет до прихода к власти Валериана Империю охватила эпидемия Киприановой чумы, пришедная в Средиземноморье из Эфиопии. Против болезни нельзя было ничего противопоставить, так как система медицинского обслуживания и санитария деградировали безнадежно. Для наведения порядка и оказания помощи применяют народную милицию и преторианскую гвардию. Лекарей везут аж из Карфагена, Сирии и Египта. В Риме и городах Греции ежедневно умирает более 5 000 человек, люди бегут из густонаселённых городов в деревни. Италия стремительно провинциализируется. Всего болезнь выкосит более миллиона человек, умрёт префект Рима, больше половины преторианцев, до трети сенаторов, вымрут целые провинции, но это далеко не всё. На ослабленный еще не окончившейся эпидемией Pax Romana рушится пришедшая с судами из Карфагена африканская оспа и неизвестная болезнь респираторного типа, ввергающая всё живое в безумие, от которой люди, кошки, собаки даже экзотические звери в Колизее теряют здравый рассудок.
Пока Рим чахнет от вирусов, на Востоке пробуждается древний зверь - Персидская империя Сасанидов, выросшая на костях Парфии и жаждущая мести за унижения, доставленные им эллинами, македонянами и парфянами. В 256 году шахиншах Шапур I Великий почувствовал, что Римская империя стала уязвимой и пришло время для грандиозного похода на Запад по примеру Дария I.
Персидские орды, сметая всё на своём пути, уничтожили порядка 20 городов, уничтожил крепость Дура́-Евро́пос, прочесали Сирию и Армению, наводнили Малую Азию и Килики́ю. В 257 году персы подвергли вновь грабежам самые богатые города Востока Империи, включая мегаполис римского Востока - Антиохию, от которой не осталось целым ни единого храма или дома. Там же была захвачена огромная городская казна и богатые дары богу Баалу, идущие в пользу государства. Более 250 000 человек было уведено в рабство, многие семьи умерли в пути от голода и насилия.
Отдельные отряды персов добирались до Финикии и Палестины, иные пошли до Эгейского моря. Римские легионы, ослабленные эпидемиями, нескончаемыми восстаниями и перебоями со снабжением, были раздавлены тяжёлой сасанидской конницей катафрактов, попытавшись противостоять захватчикам. Их базы были срыты, а многих легионеров, попавших в плен, депортировали в глубины Персии - для строительных проектов шаха. Фактически, Азия была открыта для персов. Валериан ничего не может поделать - нет ни денег, ни свободных войск, ни верных военачальников, ни времени. Он решает уйти в глухую оборону.
Археологические раскопки доказывают, что в эти годы количество свинцовой пыли, попадающей в воду Атлантики и замерзающей во льдах Гренландии, упало примерно на 99% по сравнению с образцами начала III века. Это говорит о том, что серебряные шахты Испании крайне истощились, так как при добыче ценного металла свинец также добывался, но выбрасывался в океан и в реки за ненадобностью. Чем меньше свинца - тем меньше и серебра. А значит этого драгметалла в Империи почти нет. В Римской империи царил биметаллизм, то есть мерилом стоимости были два металла одновременно, но и золота становится всё меньше и меньше. Его добыча в эти годы в Нижней Дакии чуть выше нуля. Это приводит к очевидному итогу: мастера чеканки, и раньше не стеснявшиеся уменьшать процент серебра и золота в монетах, отныне снижают просто зверски: до 25% серебра в денарии и до 5% золота в ауреусе.
Государство вводит фиатные монеты - деньги, не связанные с драгметаллами, ценность которых ставит само правительство. Теперь это просто медные или бронзовые монеты с серебряным напылением. Однако из-за постоянных кризисов и провалов авторитет властей падает, финансы расстроены, и государство уже не может долго обеспечивать устойчивый курс. Новая валюта начинает со свистом терять стоимость, при этом стоимость ряда товаров и продуктов также растёт. За 253-260 гг. цены в Риме на отдельные продукты относительно покупательной способности фиатных денег выросли в 30-40 раз.
В целом, происходит дальнейшая деградация монетного дела в Римской империи. Сравните монеты времён Августа, Траяна и даже Каракаллы с валериановскими, и вы поймёте, о чем я говорю.
Империя под ударом.
При Валериане просыпаются пограничные варвары: в 255 году морские разбойники - саксы, узипе́ты и фризы совершают рейды на побережье Галлии и Британии в Ла-Манше. Галлиен собирает флот в порту Гезориак (ныне Булонь) и успешно уничтожает их базы в дельте Рейна. Тем временем племена франков, бургундов вместе с алеманнами прорывают рейнскую границу. Отдельными армиями до 10 000 человек во главе со своими вождями франки переходят через реку, разбивают VIII Августов легион, разоряют всю Галлию от Бискайского залива до Альп, не встречая сопротивления, и даже доходят до порта Тараккона в Испании. Алеманны идут в Нарбоннскую Галлию и в Рецию, но попытка нападения на Италию была безуспешна - легионы Валериана уже прибыли с Балкан.
Тем временем франки лютуют в Испании. Впервые в истории германцы достигают Средиземного моря. В Тараконне франкские орды садятся на захваченные корабли и подвергают грабежам Сицилию, Сардинию и Северную Африку, нападают на прочие испанские порты. В опасности и сам Рим, расположенный неподалеку от побережья. Римский флот бездействует, устрашённый неожиданным появлением врага прямо на водах своего Внутреннего Озера. В ответ на такое предательство Галлиен казнит каждого десятого моряка на военной базе в Мизе́не и меняет всё руководство флота. Собранная в Равенне из разрозненных групп флотилия в 50 либу́рн и бире́м (судов с двумя рядами весе́л) отражает повторное нападение франков на Сицилию и возвращает Тараконну, положив конец хозяйничанию франков на Средиземноморье.
На Чёрном море ситуация не лучше: там во всю полыхает масштабная Скифская война, охватившая Чёрное море, Эгеиду, Балканы. Набравшись опыта в кораблестроении от римлян и подкупив эллинских торгашей, племена боранов, герулов, тайфалов, готов и скифов-царей, обуянные жаждой разрушения и порабощения, создают собственные мобильные флотилии и вначале сокрушают Боспорское царство, а затем в 257 году обрушиваются на цветущий порт Пи́тиунт (ныне всем известная Пицунда).
Видя слабость римлян на Чёрном море, они беспрепятственно разоряют последнюю в истории Античности греческую колонию Оливию, а также города Созо́поль, Эмеопо́лис и Пи́ргос (ныне Бургас, Болгария). Почти за семьсот лет до Вещего Олега Византий, будущий Константинополь, окружён тысячами неприятельских судов, но чудом спасается от неминуемого уничтожения из-за начавшейся на кораблях неприятеля чумы.
Более западные готские и скифские орды тем временем наводняют Дакию, Мёзию, Македонию, Элладу, доходят до Фермопи́льского ущелья. Другая их часть высаживаемся в Азии и грабит один за другим малоазиатские порты. Город Кизик с населением в более чем 50 000 человек германцы уничтожают полностью. Некоторые легионы даже не сопротивляются и в панике уходят на юг, а то и вообще распадаются и дезертируют.
Недалеко от Афин готов и скифов встречает Валериан, быстро организовавший оборону Пелопонесса и остановивший нашествие варварской нечисти. Он поднимает боевой дух легионеров. Подсобрав сил, что дислоцировались в Италии и Азии, император паровым катком проходится по кочевьям германцев и скифов и восстанавливает границу на Дунае, но в Дакию он не идёт - опасно. За рекой спокойнее, да и держать оборону проще. Тем временем на Чёрном море нашествие варваров подходит к концу, завоеватели потянулись назад к семьям. Пока что Скифская война затихла. Надолго ли?
Пока Галлиен потеет на Западе, отец, одолев германцев на Дунае, направляется на Восток - своими руками расправиться с иноземной ордой. Императорская армия численностью более 70 000 человек (это 8 легионов и 30 000 бойцов из вспомогательных подразделений) весной 260 года переходит в наступление, медленно вытесняя персов из Сирии. Линия боевого соприкосновения едва меняется. Персы продолжают кровавые рейды в Армению.
Восток снова охватила чума. Легионы ослаблены: часть воинов погибает, другая едва держится на ногах. Но Валериан непреклонен. Он хочет здесь и сейчас нанести персам поражение и вытеснить их в Месопотамию. И результат очевиден - между Эдессой и Каррами римская армия вновь терпит сокрушительное поражение. Мы практически ничего не знаем о той битве, но одно известно на 100%: живыми домой никто не вернулся. Это было даже не поражение: это была катастрофа, самый страшный позор и унижение Империи, сильнейший за всю её историю. Даже Канны и Карры кажутся куда менее тяжёлыми неудачами. Римская армия Востока была просто стёрта в порошок, от 8 восточных легионов, тысяч ауксилиариев (воинов вспомогательных отрядов) и многих конных ал не осталось и следа, информация о них попросту исчезает. Но самое ужасное - это то, что император Валериан и его жена попали в плен к неприятелю. Впервые в истории римский правитель оказался в руках неприятеля. Теперь-то жестокий Восток показал во всей красе свою звериную морду.
Персидский шах не считал его равным себе: пленного государя он использовал как ступеньку, когда слезал с коня. Его жену Мариниану персидская солдатня насиловала столь часто, что она просто наложила на себя руки. Валериан питался объедками с царского стола в городе Сузы и для увеселения шаха использовался им, как приманка для псов.
Сначала раны Валериана залечивали, а потом его снова отдавали собакам. Это напоминало нескончаемый ад, устроенный персонально императору за его сопротивление персам. Он потерял жену, потерял армию, его страна осталась далеко позади, он опозорен и раздавлен морально. Валериана, по сути, уподобили безмозглому рабу, заставив его жить в одном бараке с сумасшедшими и прокажёнными. Надо заметить, что сын Галлиен, сознавая безнадёжное экономическое положение, тем не менее пытался выкупить отца из плена, предлагая едва ли не все деньги Империи - почти миллиард сестерциев, но шах был разозлён таким предложением.
Посчитав, что торговаться с поверженными римлянами - это позор, он приказывает казнить Валериана, но не просто, а изощрённо: в начале императора жестоко побили, затем содрали с живого кожу, а затем залили в горло расплавленное золото. Кожу императора набили соломой и конским навозом, сшили и отправили в Рим вместе с трупами римских послов, убитых при переговорах.
Удовлетворившись очередным разорением Сирии, Армении и Киликии, персидский повелитель развернул свою армаду домой, оставив позади себя горы костей, тысячи пепелищ и пожаров и десятки разграбленных городов, которые уже никогда не восстановятся до прежнего состояния.
Рим на краю гибели.
Однако пленение и гибель Валериана не стали последней бедой. Ещё до злополучного сражения, далеко на Западе, на Сицилии началось мощное восстание рабов. В городе Сиракузы предводителями рабов провозглашено "Солнечное царство" - республика справедливости. По массовости мятежников оно равнялось с восстанием Спартака, так как уже в скорости охватило многие италийские области и средиземноморские острова. Рабов поддержали многие разорившиеся за последние годы крестьяне, ремесленники, рыбаки, мелкие лавочники. Отдельные банды доходили до Рима.
В Италии и Иллирике летом 260 года случилась аномальная засуха, а ранней осенью неожиданно пришли снега и лютая стужа, отчего пострадали скот и урожай. Это вызвало настоящую панику в Риме. Пришлось срочно повышать квоты на закупку хлеба, зерна и мяса, ввозимых из Египта, что вызвало повальную спекуляцию и формирование блошиных рынков по всему городу. Все бесплатные раздачи продуктов были отменены, все пособия нищим перестали выплачиваться. Затем в Италии, Азии и Африке грянула череда страшных землетрясений. Несколько малоазиатских городов были стёрты с лица земли. В общем, как на Западе, так и на Востоке Римской империи царили хаос, войны, разгул разбойников и полная разруха.
Госбюджет страны на нуле и даже далеко в минусе. Экономика переживала худшие годы. Сейчас бы сказали, что Римская Империя была на грани дефолта. Жалование выплачивать тяжело даже столичным чиновникам и преторианцам.
Сравните состояние казны в разные эпохи:
Антонин Пий (на момент смерти в 161 г.) — +2,7 млрд. сестерциев;
Марк Аврелий (178 г.) — -1 млрд. сестерциев;
Септимий Север (210 г.) — -100 млн. сестерциев;
Требониан Галл (на момент смерти)— минус >900 миллионов сестерциев;
Валериан (на момент пленения) — -6 млрд. сестерциев.
Казалось, что дни прежде великого государства, завоевавшего всё Средиземноморье, сочтены, и словно сами Боги более не хотят, чтобы Рим существовал. Но так ли это?..