Странный, почти неземной пустынный берег, волны, широко раскинувшиеся впереди, медовые отсветы заходящего солнца посреди сгущающейся темноты и серости. И на этом фоне две фигуры в старинных плащах и шляпах кажутся странными черными птицами. Но между ними есть теплое чувство, близость, родство, оттого и второе название картины – «Братья».
Странный, почти неземной пустынный берег, волны, широко раскинувшиеся впереди, медовые отсветы заходящего солнца посреди сгущающейся темноты и серости. И на этом фоне две фигуры в старинных плащах и шляпах кажутся странными черными птицами. Но между ними есть теплое чувство, близость, родство, оттого и второе название картины – «Братья».
