Я работаю патологоанатомом уже тринадцать лет и знаю, что в глазах обывателей это жутковатая и малопривлекательная профессия: приходишь на работу - а там тебя ждут трупы. Однако мы такие же диагносты, как рентгенологи, и такие же клиницисты, как терапевты и хирурги. Большинство людей думает, что мы работаем с трупами, на самом же деле большую часть времени мы исследуем биопсийный материал - изъятые из тела ткани. Частенько нам приписывают обязанности судмедэкспертов, которым достаются «криминальные» тела, но мы проводим вскрытие только тех, кто умер своей смертью, или, по крайней мере, считается, что своей...
Именно поэтому, глядя на тело этой девушки, я задумалась. Жизнь вообще несправедливая штука: сколько старых, больных и искалеченных трупов побывало на этом столе, она же казалась выдернутой из жизни по какой-то страшной и нелепой ошибке - нежная кожа без единого изъяна, тонкие запястья и щиколотки, стройные ноги, едва заметно округлившийся живот...
— Семнадцатая неделя, - печально сказала Лена, моя напарница.
Мы работали вдвоем всего год, но были как левая и правая рука - такие же слаженные вместе и неуклюжие порознь.
Я знала: Лена уже несколько лет безуспешно пытается забеременеть, поэтому для нее факт смерти неродившегося ребенка был, возможно, куда печальнее смерти самой женщины.
— Что написано в предварительном заключении?
— «Смерть наступила около
19:06 по причине обтурационной асфиксии вследствие попадания в дыхательные пути инородного тела», - зачитала Лена. - В общем, подавилась леденщом. Пришла в субботу в офис - правда, непонятно зачем, - а спустя час охранник пошел на обход и вызвал скорую: мол, девушка без сознания лежит... Только вот девушка была уже почти час мертва, бедняжка.
— Странно... - проговорила я, ощупывая тело. - Видишь вот эти отметины?
На плечах трупа явственно были видны симметричные синяки, оставленные, судя по всему, пальцами рук.
— Похоже, кто-то держал ее за плечи. Возможно, помогая умереть...
Елена рассмотрела гематомы сквозь специальную лупу.
— Совсем свежие. И точно от рук - большие пальцы возле ключиц и четыре сзади. Странно, что в полиции не обратили на это внимания.
— Да что тут странного? - печально махнула я рукой. - Смерть от удушья леденцом, все ясно как дважды два.
Уверена, все не так просто, но улик тут кот наплакал. А нашим следователям, знаешь, очередной «глухарь» вообще ни к чему.
— Жаль, такая молоденькая... - прошептала Лена и вдруг обратилась ко мне: - Надь, а если улик будет достаточно, уголовное дело откроют?
Когда-то мой бывший муж работал следователем в полиции, и, видимо, поэтому напарница решила, что я знаю все об уголовном судопроизводстве.
— Наверное, да, - пожала плечами. - Только откуда же они возьмутся?
И тогда Лена предложила свой план. Сразу скажу, что мне эта идея изначально не очень понравилась: работы у нас и так хватает, а за игры в следопытов больница не доплачивает. Но разве я могла отказать напарнице, так жаждущей справедливости?
Кроме того, тело девушки, лежащее на холодном столе, будто говорило со мной...
О том, что лишь вчера эти мягкие волосы гладила чья-то рука, грела чья-то улыбка, а ее хрупкая ладонь покоилась на животике, в котором было не суждено окрепнуть новой жизни...
— Хорошо, - неуверенно согласилась я. - Мы сделаем это. Но только не выходя из рамок закона.
— Конечно, - воодушевленно кивнула Лена.
Через пару дней я раздобыла в регистратуре адрес места работы погибшей девушки, которую звали Анна. В крупной девелоперской компании, занимающейся преимущественно торговлей недвижимости, Аня трудилась без малого год на должности ассистентки директора.
После смерти девушки прошло несколько дней, и мы надеялись, что в главном офисе уже принялись искать претенденток на освободившуюся таким трагическим образом вакансию.
На это задание отправилась Лена - она была общительнее, симпатичнее и моложе меня на семь лет, а без белого халата, шапочки и перчаток вполне походила на неопытную инженю в роли потенциальной секретарши.
Я же после работы отправилась домой и, прикупив в ближайшем фастфуде тайской еды, устроилась перед телевизором смотреть новую серию любимого сериала. Внезапно погас свет.
«Опять соседи включили обогреватель, и выбило пробки!» - раздраженно подумала я и стала на ощупь пробираться в прихожую. Вот в чем главный минус отсутствия в доме мужика - ни кран тебе починить, ни пробки вкрутить... И тут я заметила, что из-под входной двери пробивается полоска мертвенно-белого света. Распахнув дверь, я вдруг оказалась на своем рабочем месте - в морге. На столе голышом сидела Анна, печально глядя на меня.
— Что... что происходит?.. - спросил я сиплым, совершенно чужим голосом.
Она молча провела ладонью по горлу: мол, не могу говорить. Потом встала, присела на корточки и провела по холодному голубому кафелю пола указательным пальцем, оставляя кровавый след: буква «ж», потом «е»...
Громогласная трель дверного
звонка цепкой клешней вырвала
меня из этого кошмара. Признаюсь, открывая, я слегка запаниковала. Но там меня ждала не мертвая девушка, а Лена, которая явно была живее всех живых.
— Надежда, ну что так долго? Уснула, что ли? Я уже замерзла ждать... У меня такие новости!
Мы прошли на кухню. Я заварила чаю и села напротив подруги, приготовившись слушать.
— В общем, пришла я туда со своим резюме: мол, увидела вакансию в Интернете. Попросили меня подождать.
Села в приемной, жду. Выходит, значит, девушка ко мне, вся с виду такая деловая, а у самой глазки, как у брошенного щенка. Ну, думаю, что-то тут неладно. Поболтали мы с ней, я заполнила анкету, а потом и спрашиваю: « где тут можно перекусить», время-то обеденное. А девушка эта и говорит: «Идемте со мной, я как раз обедать иду». Там она мне за салатом да чашкой кофе все и рассказала...
Я налила в чашки чай. Для меня давно не было новостью то, что люди, пережившие смерть близкого человека, становятся уязвимыми и излишне откровенными с чужими. Таким образом, наверное, срабатывает какой-то защитный механизм нашей психики, и человек пытается поделиться горем с другими.
— Ее зовут Катя, и Аня была ее близкой подругой. Именно Катя и позвала ее в контору, когда ее повысили в должности и место ассистентки освободилось. Говорит, Аня сперва работала безумно - она как раз сняла отдельную квартиру, деньги нужны были, а жених ее все по каким-то экспедициям плавал, его по полгода дома не бывало. Только через пару месяцев Катя заметила, что денег стало как-то на удивление много - Аня частенько позволяла себе отдых за границей, брендовую одежду, всякие дорогие безделушки... А прошлой зимой она по непонятной причине с парнем своим рассталась.
— А как же... ребенок? - удивилась я.
— Вот тут и начинается самое интересное, - продолжила Лена. - Когда Катя у Ани спрашивала, от кого ребенок, та упорно не хотела говорить, хотя дружили они еще со школы. Тогда Катерина решила, что это кто-то из офиса, и раз Аня была ассистенткой гендира и часто ездила с ним в командировки...
- ... то, скорее всего, это ее босс! - закончила я.
— Вот именно, - удовлетворенно кивнула моя напарница. - А теперь угадай: был ли у генерального директора компании, собственником которой является семья его жены, мотив убить молоденькую беременную секретаршу?
— Откуда ты знаешь, что фирма оформлена не на него? - ответила я вопросом на вопрос.
— Интернет, подруга, - Лена довольно помахала перед моим носом смартфоном.
Я вдруг вспомнила свой сегодняшний сон.
— Слушай, а ты не узнала, как зовут ее шефа?
— Узнала, конечно. Олег Сергеевич, - Лена сделала умное лицо и хвастливо добавила: - Я тебе больше скажу, у меня даже есть образец его ДНК!
Теперь мы сможем сделать анализ ДНК плода, и если они совпадут, то это будет поводом завести уголовное дело на этого подонка!
Олег... Что же пыталась сказать мне погибшая Аня? Думала, она хотела назвать чье-то имя...
— А с именем Женя в офисе никого нет? - как бы между прочим поинтересовалась я.
— Ну, я же не со всеми успела там познакомиться, - пожала плечами Лена. - А зачем тебе?
— Да так, просто спросила...
Назавтра мы отдали нашим коллегам из ДНК-лаборатории биопсийный материал плода погибшей и несколько волосин ее бывшего шефа Олега Сергеевича, которые Лена тайком сняла с его пальто, висящего в приемной. Через несколько дней пришли результаты теста: совпадение 99, 99%.
Во время обеденного перерыва я позвонила своему старому знакомому Володе, который когда-то работал опером вместе с моим мужем, и вкратце изложила ему суть дела.
— В общем, улик, конечно, маловато. Ну крутила она роман с боссом, ну была от него беременна, и что? Маловероятно, что он засунул ей в рот леденец и заставил подавиться.
— Но он же мог просто стоять и наблюдать, как она задыхается... Или даже «помочь», судя по синякам на плечах.
— Тогда это уже статья. Но как мы это докажем без свидетелей, очевидных следов борьбы и прочего? - задумался Володя, - Ох, Надежда, не лезли бы вы туда, это гиблое дело, за него не возьмется ни-кто...
Когда я передала этот совет Лене, она расстроилась.
— Но ведь мы почти выяснили, кто убил ее? Неужели смерть молодой девушки и ее ребенка так и останется безнаказанной? - в ее глазах закипали слезы.
Мне самой было страшно обидно, что такое случается в нашем мире - кто-то умирает, не родившись, кто-то гибнет в расцвете лет, ну а кто-то просто продолжает жить дальше, наслаждаясь жизнью и обществом молоденьких ассистенток. Но я пожила на этом свете немного больше Лены и уже знала, что как ни старайся смотреть себе под ноги, однажды непременно вступишь в кучу дерьма.
Прошло пару недель. Как-то мы возвращались с работы, проходя мимо больших стеклянных окон дорогого ресторана: на столах горели свечи, люди ужинали, негромко беседуя и наслаждаясь дорогим вином.
Внезапно Лена схватила меня за рукав и потащила за угол.
— Да ты с ума сошла...
— Тсс-с, - прошипела она, выглядывая из-за угла и внимательно всматриваясь куда-то. - Он там сидит.
— Кто? - не поняла я.
— Этот... Олег Сергеевич. Я его видела мельком, когда в их офис ходила, помнишь? С мымрой какой-то. Небось, очередная жертва, - глаза моей напарницы загорелись недобрым огнем, и прежде чем я успела что-то сказать или даже подумать, она уже забежала в ресторан.
Дальнейшее происходило на моих глазах, но слышать я ничего не могла, потому знаю из свидетельств присутствующих в зале людей, чьи показания были подшиты к делу.
Лена подлетела к столику, где ужинал Олег Сергеевич со своей женой, и злобно произнесла:
— Я хотела вас спросить, крепко ли вы спите ночью после того, что сделали?
— А вы вообще кто? - опешил мужчина. - И почему это я должен плохо спать?
«Я еще подумала: боже, вот это самообладание!» - позже расскажет Лена.
И тут в их диалог включилась жена. Она встала, опрокинув на себя тарелку с салатом, и начала кричать Лене, что она не имеет права вот так заявляться и в чем-то их обвинять, Видно было, что она потеряла самообладание, и вот-вот начнется истерика.
Я видела всю эту фантасмагорическую сцену: женщина находилась на пределе нервных возможностей.
Когда к ресторану подъехала полиция, вызванная администратором, барышня начала плакать. Это было как минимум странно. Оперативникам осталось лишь немного на нее поднажать - и она во всем призналась.
...Супругу Олега Сергеевича звали Кристина, и она вышла за него по большой любви, в то время как он - по большому расчету. Последние несколько лет Кристина, будучи старше мужа на шесть лет, мирилась с интрижками любимого, однако Анна стала последней каплей.
Кроме того, муж заявил, что девушка беременна от него, и потому он намерен переехать к ней.
В ту злосчастную субботу Кристина назначила Анне встречу в офисе, желая предложить девушке немалую сумму в обмен на то, чтобы она исчезла.
Но встреча обернулось трагедией: Аня отказалась брать деньги, расплакалась, а потом внезапно начала задыхаться: маленький леденец, который был у нее во рту, попал в дыхательное горло.
Кристина, будучи вне себя от злости, схватила девушку за плечи и держала несчастную до тех пор, пока та не перестала дышать...
Я вспомнила сон, приснившийся мне, и то, как мертвая девушка выводила на полу не имя убийцы, а ее семейный статус: «жена»...