{"draftJsState":{"blocks":[{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Социальная организация труда является самой сложной и самой трудной проблемой, какую когда-либо человечеству пришлось разрешать. Эту организацию нельзя создать ни насилием, ни декретами и вообще исключительно внешними мерами. Такая организация требует со стороны всех содействия свободного и во имя общего дела; такая организация требует и возрождения людей, во всех областях, и преодоления людьми их эгоизма, и понимания ими истинных обязанностей их как по отношению к себе самим, так и по отношению к коллективу.","type":"blockquote","key":"e1c4a"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[{"key":0,"length":10,"offset":0}],"inlineStyleRanges":[],"text":"А. А. Шпир","type":"blockquote","key":"8veag"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[{"key":1,"length":14,"offset":180}],"inlineStyleRanges":[],"text":"Африкан Александрович Шпир (иногда – Спир) (1837–1890) — русский и немецкий философ и логик неокантианского направления. Известен, прежде всего, тем влиянием, которое он оказал на Л. Н. Толстого (1828–1910), Р. М. Рильке (1875–1926), Ф. Ницше (1844–1900) и Т. Лессинга (1872–1933), избравшего логику Шпира темой своей диссертации. Писал по преимуществу на немецком и французском языках, некоторые его работы переведены на русский. Подробнее о жизненном пути философа рассказывается его дочерью Еленой Клапаред-Шпир в предисловии к русскому изданию работы «Основы морали и религии». Приводим выдержки из текста:","type":"unstyled","key":"7f160"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1125,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"«Африкан Александрович Спир родился 3/15 ноября 1837 г. в имении своего отца, в Херсонской губернии, недалеко от Елизаветграда. Отец его, Александр Александрович Спир, был известным в свое время врачом. При рождении сына ему было уже за 60 лет. В 1791 году он был назначен экстраординарным профессором на кафедру физики в московскую медицинскую академию. Одну за другой он занимал разные почетные должности, был, между прочим, одно время и главным врачом в Херсонском порту. В 1820 году доктор Спир отправился через Сибирь на Камчатку для борьбы с какой-то эпидемией. Прожив несколько месяцев в этих дальних краях и думая, что миссия его окончена, он собрался было вернуться домой, но не спросил на это позволения; и когда намерение его стало известно начальству, Спир за это был приговорен к поселению в Сибири. После его возвращения в Европейскую Россию ему снова предложили целый ряд почетных должностей, дали чин коллежского советника и почётное назначение в Херсонской губернии. В 1830 году Александр Александрович бросил всякую общественную деятельность и всецело посвятил себя науке, которой был предан всей душой. <…>","type":"unstyled","key":"42e0s"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1409,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Жена доктора Александра Спира, Елена Константиновна Пулевич, была по матери внучкой греческого художника Логино, приехавшего в Россию в царствование Екатерины II, и представленного императрице Потёмкиным. Отец Елены Константиновны, секундмайор Пулевич поселился с семьёй в Елизаветградском уезде; Елена познакомилась с Александром Александровичем Спиром, и по настоянию родителей вышла за него замуж, хотя он был на много лет старше её. Елена Константиновна была удивительным человеком; красавица, умница, необыкновенно доброе и кроткое существо, она пользовалась восторженной любовью и уважением всех, кто её знал. У неё было пятеро детей. Два мальчика умерли в младенчестве; дочь Харита, 23 лет, погибла от несчастного случая; старший сын Аристарх, – талантливый поэт-сатирик (одна из его драм была поставлена в Москве), – умер 44-х лет, от нарыва в желудке, не оставив потомства. Младший, Африкан (отец выискал это его имя в старом греческом календаре), будущий философ, был на 20 лет моложе своего брата Аристарха. Он, как и сестра его, физически и нравственно очень походил на свою мать. Умственное развитие Африкана началось удивительно рано: 2-х летним ребёнком он уже выучил азбуку, а 5-ти летним уже читал Евангелие, сидя у ног своей матери, которую обожал. Детство, проведённое в имении матери, было самым счастливым временем жизни моего отца. Он рос и развивался на свободе среди полей и лесов. <…>","type":"unstyled","key":"3i2vl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":860,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Лет 14-ти Африкан Спир пережил глубокий религиозный кризис. (Заметим кстати, что он и его мать были православными; отец-же его был протестантского исповедания). В мальчике зародилось в это время желание уйти в монастырь и жить там, отрешившись от всего земного, святой и чистой жизнью. Желание это не осуществилось. Немного времени после того, по настоянию матери, мальчик поступил в школу флотских юнкеров в Николаеве. Однажды ему там случайно попался в руки французский перевод «Критики чистого разума» Канта; эта книга стала для него настольною и несомненно повлияла на философское направление его ума. В это же время мой отец познакомился с трудами Вольтера, Декарта и других замечательных мыслителей. Позднее английские философы, Давид Юм и Дж. Ст. Милль стали его любимыми авторами, «потому что», как говорил мой отец, «они такие ясные и убеждённые». <…>","type":"unstyled","key":"bpcjh"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":535,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Ещё очень молодым мой отец был произведён в морские офицеры и участвовал в обороне Севастополя. Он был на Малаховом кургане, на том же самом бастионе 4, где сражался артиллерийским офицером и его знаменитый соотечественник, Лев Толстой. В 1856 году Африкан Спир отказался от блестящей, но не соответствовавшей его наклонностям карьеры и взял продолжительный отпуск, чтобы всецело посвятить себя науке. И летом, в имении, и зимой, в своем Елизаветградском городском доме, он жил просто, уединённо и вдали от светского шума и блеска. <…>","type":"unstyled","key":"8ugqi"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":717,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"В 1857 году мой отец подал в отставку и вступил во владение имениями, оставленными ему по наследству его отцом, – во владение землёю и крепостными. В деревне своей мой отец сделался не только другом, советником крестьян, но ещё и освободителем их. Считая анормальным и несправедливым, чтобы одни люди по произволу владели другими, такими же людьми, он решил освободить всех своих крепостных и вдобавок дать каждому из них избу, клочок земли и немного денег. Этот непосредственный, великодушный поступок, совершённый им за несколько лет до официального освобождения крестьян в России, конечно, навлек на моего отца громы, молнии и бури негодования со стороны соседей-помещиков, вовсе не склонных следовать его примеру.","type":"unstyled","key":"aaskn"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":271,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Африкан Александрович жаждал войти в сношение с мыслящим миром, и в 1862 г., в сопровождении своего верного слуги, он отправился за границу, где и объездил все главные столицы и университеты Европы. Возвратившись в Россию, мой отец с новым рвением принялся за работу. <…>","type":"unstyled","key":"bp7vp"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1221,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"После смерти матери ничто больше не удерживало моего отца в России и, раздав большую часть своих имений, он в 1867 г. окончательно покинул родину и поселился за границей. В том же самом 1867 году, в Лейпциге, где он был вольнослушателем в университете, мой отец напечатал свой первый труд, «Истина» (Die Wahrheit), сначала под псевдонимом Праис (анаграмма А. Спир), а вскоре после этого и вторично, но уже под своим собственным именем. В 1868 г. появилась у того же издателя, И. Г. Финделя, брошюра моего отца, «Заметки о мышлении без противоречий» (Andeutungen zu einem widerspruchlosen Denken). На следующий год, пересмотрев свой первый труд, мой отец напечатал его под заглавием: «Искания достоверного в познании действительности» (Forschung nach der Gewissheit in der Erkenntnis der Wirklichkeit). Начиная с 1873 года появилось первое издание его главного труда «Мышление и Действительность» (Denken und Wirklichkeit), за которым последовали «Основы Морали и Религии» (Moralitä t und Religion), «О правильном и ложном понимании права» (Recht und Unrecht), равно как другие его сочинения. Всё это вместе составляет полное собрание сочинений А. Спира и является вполне исчерпывающим изложением его философской доктрины.","type":"unstyled","key":"e9o5f"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":473,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Африкан Спир, как и отец его, Александр Спир, хотя и в другой области, был призван поведать миру новые истины. Но, увы, сыну были суждены те же страдания, как и отцу. Отец хотел поведать людям тайну их телесного здоровья, дать им принципы жизни, более согласные с их физической природой. Сын же поведал людям ещё более драгоценную тайну, заключающую в себе спасение душ, формулировал основной принцип их духовной природы. Но, увы, ни того, ни другого люди не послушали. <…>","type":"unstyled","key":"f925v"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1302,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Роковым явилось для философа ещё и то, что он был неизвестным, чужим, не имевшим даже университетского диплома; кроме того, он, по чрезвычайной скромности и сдержанности, даже не старался выступить из тени. Понятно, что в Германии, где протекция, титулы и звания играли ещё большую роль, чем в других странах, никто не оценил доктрин Спира. Дух, царивший уже и в то время в немецких университетских кругах, слишком мало соответствовал идеям, провозвещенным автором «Мышление и Действительность» (Denken und Wirklichkeit), и никто не решился открыто выказать внимание к его сочинениям, а между тем они были настолько оригинальны, что заслуживали бы такого внимания. Впрочем, как это теперь выяснилось, и при своей жизни Африкан Спир вовсе не был так безызвестен и непризнан, как он это думал. Но так как после своей женитьбы он окончательно переселился в Швейцарию, где до самой своей смерти жил очень уединённо, то до него лишь изредка долетали через его издателя кое-какие сведения о его книгах, кое-какие поверхностные суждения о его теориях, на создание которых было потрачено им столько труда, времени и душевных сил. Мой отец глубоко страдал от того, что никто не потрудился поглубже вникнуть в его доктрины; он тщетно ждал серьёзной критики и серьёзных обсуждений, как того заслуживали его книги.","type":"unstyled","key":"bsapd"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":518,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Отец мой говорил: «Я с радостью принял бы и нападения, но ведь их не имеется». А между тем, в то же время, труды моего отца изучал такой мыслитель как Фр. Ницше, и сумел оценить их по достоинству, как о том впоследствии и засвидетельствовала сестра немецкого философа, г-жа Ферстер-Ницше. Существует, между прочим, и экземпляр «Denken und Wirklichkeit» с собственноручными пометками автора Заратустры; экземпляр этот находится в архиве Ницше в Веймаре (Nitzsche-Archiv). Но обо всём этом Спир не знал ровно ничего. <…>","type":"unstyled","key":"7lnfs"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":240,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Итак, многое соединилось воедино, чтобы сделать судьбу Спира особенно трагичной. И только после его смерти, после того, как некрологи дали подробности о его личности и о его жизни, только после этого началось гласное признание его идей… <…>","type":"unstyled","key":"ekul4"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1247,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Во Франции А. Жоншон, профессор литературы в Лилле, был первым, кто потрудился над изучением и распространением доктрин русского мыслителя. Жоншон помог ему издать в Париже его» Очерки критической философии «(Esquisses de Philosophie critique). После смерти Спира, Жоншон приступил к переводу его «Мышления и Действительности» (Denken und Wirklichkeit). С 1895-1896 г. «Обозрение по вопросам метафизики и морали» (Revue de la Metaphisyque) напечатало посмертный труд Спира «Новые очерки критической философии» (Nouvelles Esquisses de Philosophie critique), которые впоследствии появились отдельным томиком. Эти сочинения дали идеям Спира возможность проникнуть в философскую среду во Франции, где они нашли больше отклика, чем в Германии. Столь выдающиеся мыслители, как напр. Равессон, Эмиль Бутру и другие приветствовали в Спире философа высокого полёта. В Англии знаменитый Макс Мюллер написал статью о Спире; теперь там готовится перевод и полного собрания его сочинений. В Америке профессор Виллиам Джемс постоянно выказывал высокое уважение к Спиру, равно как и проф. Андр. Д. Уайт, президент Корнвелльского университета. Сделан был также испанский перевод «Новых очерков критической философии» (Nouvelles Esquisses de Philosophie critique).","type":"unstyled","key":"6tr6d"},{"data":{"image":{"id":"67ea3384d172de1b8d6b89ca"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Шпир Африкан Александрович (1837-1890) – русский и немецкий философ-неокантианец, известный своим большим влиянием на Фридриха Ницше и Теодора Лессинга, который избрал логику Шпира темой своей докторской диссертации. \n","type":"atomic:image","key":"ciiov"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":322,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"В Италии идеалистическая школа, к которой принадлежали неаполитанский профессор Петроне, миланский профессор Мартинетти и другие, проявила живой и горячий интерес к философии Спира; а Одоардо Кампа, до последнего времени руководивший кружком Studio Italiano в Москве, перевёл некоторые из трудов Спира на итальянский язык.","type":"unstyled","key":"91u4b"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":983,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"В России лет 20 тому назад начали знакомиться со Спиром, и это благодаря чистейшей случайности. Я всегда глубоко сожалела о том, что мой отец так и остался на своей родине неизвестным, и в особенности о том, что ему не пришлось познакомиться со своими русскими современниками, – и прежде всего с Львом Толстым, который по моему убеждению вполне мог бы понять и оценить идеи Спира. И мне казалось особенно желательным сделать попытку познакомить Россию с идеями моего отца, хотя бы и даже после смерти его. Весной 1896 года я решилась послать полное собрание сочинений отца моего прямо на имя яснополянского философа. И как же я была тронута, когда, некоторое время спустя, я получила в ответ прекрасное письмо от Толстого; Толстой мне писал, с каким наслаждением он прочитал «Мышление и Действительность» (Denken und Wirklichkeit), и выразил глубокое сожаление, что не был знаком с моим отцом лично; он говорил, что вполне разделяет его идеи и постарается распространять их в России.","type":"unstyled","key":"bt17j"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1252,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Год спустя я поехала с мужем в Москву на интернациональный медицинский конгресс, оттуда на один день отправилась в Ясную Поляну, к Толстому, и этот день навсегда останется неизгладимым в моей памяти. – Как дороги мне были слова этого благородного старца, которого все так глубоко чтили и любили, что съезжались со всех стран, чтобы познакомиться с ним. «Расскажите мне, расскажите ещё о вашем отце», говорил он дрожащим от волнения голосом. Я обещала, что как только вернусь домой, тотчас пошлю ему портрет моего отца; впоследствии я узнала, что он его вставил в рамку и поместил в своём рабочем кабинете. После продолжительных хлопот Толстому удалось, наконец, в 1901 году получить дозволение цензуры на печатание русского перевода «Очерков критической философии», сделанного Наталией Брэкер. Понятно, что в русском переводе было пропущено много весьма важных мест; цензура сочла их слишком еретическими. Сначала Толстой предполагал написать предисловие к этой книге моего отца, чтобы ввести её в круг русских читателей; впоследствии же он отказался от этой мысли, боясь, чтобы его имя, подозрительное в некоторых кругах, не повредило этому изданию. Начиная с этого времени в московских и петербургских философских кругах начали интересоваться Спиром.","type":"unstyled","key":"3hcns"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":804,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"В 1912 году, ученик и друг Толстого, Виктор Лебрен, напечатал на русском языке статью, под названием: А. Спир, Основатель научной метафизики. Может быть впоследствии появились в России и другие труды, посвященные Спиру, но я о них ничего не знаю. Итак, ещё не так давно выдающиеся умы в разных странах как бы предчувствовали значение теорий Спира; теперь же наступил момент, когда эти теории, наконец, могут окрепнуть, оформиться и способствовать восстановлению нового мира. Книга моего отца, ныне выходящая в свет в переводе С. А. Лорис, исполненном с такой заботливостью и любовью, посвящена разрешению глубоких проблем; а от разрешения их зависит судьба человечества и цивилизации. Будем надеяться, что труды А. Спира бросят плодотворное семя в глубокие борозды, взрытые современными потрясениями. <…>","type":"unstyled","key":"3va0n"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":934,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Итак, законы физические и законы нравственные противоположны друг другу: по своему физическому существу человек естественно склоняется к эгоизму, к самоутверждению; моральная же сторона его существа побуждает его, напротив, к альтруизму, к самоотвержению. В сочинениях Спира надо различать две части, теоретическую и практическую. Первая из них заключает в себе его теорию познания, изложенную пространно в его «Мышлении и Действительности» (Denken und Wirklichkeit), а в сжатом виде – в его «Очерках критической философии» (Esquisses de Philosophie critique). Вторая же часть, практическая, заключает в себе учение о том, как осуществлять моральные теории в самой жизни. Этой последней части специально посвящены труды Спира «Об истинном и ложном понимании права»; «Основы морали и религии» (Recht und Unrecht; Moralität und Religion), которые, благодаря настоящему переводу и изданию, становятся доступными русской читающей публике.","type":"unstyled","key":"3pon8"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":632,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Социальные вопросы, столь жгучие в настоящее время, являются в этих трудах предметом исследования столь глубокого, что на него стоит обратить внимание. Спир ясно предвидел как современный социальный конфликт, так и мировую войну; 45 лет тому назад он писал: «Антагонизм между классом капиталистов и классом пролетарским всё более и более обостряется, и можно предвидеть, что этот антагонизм доведёт до величайшей катастрофы, если только социальная жизнь не будет вовремя направлена в новое русло». И Спир указал это новое русло, эти новые пути; он уже в то время провозглашал реформы, которых в наши дни требуют иными способами. <…>","type":"unstyled","key":"8l12j"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":362,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Да, Спир ждал и желал пришествия этого нового порядка, который все просвещённые умы считают необходимым осуществить в наши дни, но Спир же очень серьёзно предупреждал как против ошибок весьма возможных при применении опасных утопий на практике, так и против некоторых теорий Маркса. Спир считал необходимым пробуждение ума и сознания в человеческой личности. <…>","type":"unstyled","key":"atr2q"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":948,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Увы, если бы Спиру пришлось вернуться теперь в этот мир, с какой грустью увидел бы он, что новые поколения, появившиеся уже после его смерти, не сделали ни одного шага на пути к моральному прогрессу. Увидел бы он и то, как мы ещё далеки от его идеала! Материализм, безрелигиозность, жажда наживы и эгоистических наслаждений взяли верх. Но разве же могут такого рода мотивы направить социальную жизнь на новый путь, который только и мог бы предотвратить катастрофу, предсказанную Спиром? Нельзя не признать, что во многих отношениях моральные идеи Спира были близки к моральным идеям Толстого. Как Толстой, так и Спир утверждали, что война, – «это организованное нарушение права», должна быть отменена, равно как и смертная казнь; и тот, и другой возвещали, что закон любви есть закон верховный, и что все люди по происхождению равны, что в сущности все люди братья, и что только внешние обстоятельства делают их чужими и враждебными друг другу. <…>","type":"unstyled","key":"45ra8"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1008,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Африкан Спир знал, что его здоровье никогда не позволит ему больше возвратиться в Россию; кроме того ему тяжело было оставаться в зависимости от столь пагубного деспотического режима, какой царил в то время в России; и он решил принять швейцарское гражданство, так как в Швейцарии демократические учреждения гарантируют свободу всякому гражданину. С 1899 года Спир стал хлопотать об этом. Прежде всего ему пришлось исходатайствовать у русского правительства указ, утверждающий, что, согласно прошению, Спир уже больше не числится русским подданным. Затем Спиру пришлось представить своё ходатайство о принятии в гражданство швейцарским властям, и, между прочим, вручить им свидетельство о благонадёжности, нравственности и проч. Но многочисленные формальности как в России, так и Швейцарии настолько затягивали дело, что когда в конце концов пришла на его имя в Женеву официальная бумага о его натурализации, – Африкана Спира уже не было в живых. Он умер, не имея родины – «heі matlos», – 26 марта 1890 года.","type":"unstyled","key":"4simv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":527,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Искатель новых путей, новых порядков, всю жизнь проявлявший и проповедовавший столь великую любовь к человечеству поверх всех внешних различий классовых и национальных, различий языка и религии, видевший, по примеру Христа, в каждом человеке своего ближнего, своего брата, А. Спир, этот человек, для которого не существовало иных реальных границ, кроме границ между добром и злом, между истиной и ложью, этот человек, всё существо которого было полно стремлений к универсальному, всеобщему, – умер как истинный гражданин мира».","type":"unstyled","key":"h9sg"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Основные работы А.А. Шпира","type":"header-three","key":"8v9ie"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Die Wahrheit» (1867)","type":"unordered-list-item","key":"f9sb7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Denken und Wirklichkeit» (1873)","type":"unordered-list-item","key":"69efp"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Moralität und Religion» (1874), русский перевод: «Основы морали и религии» (1919)","type":"unordered-list-item","key":"955hd"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Recht und Unrecht» (1879)","type":"unordered-list-item","key":"au7b4"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Philosophische Essays» (1896)","type":"unordered-list-item","key":"felip"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Forschung nach der Gewissheit der Erkenntniss der Wirklichkeit» (1869)","type":"unordered-list-item","key":"3g88g"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Vier Grundfragen» (1880)","type":"unordered-list-item","key":"30ilr"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Ueber Religion» (1883)","type":"unordered-list-item","key":"aj5vd"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Joh.-Gottl. Fichte nach seinen Briefen» (1879)","type":"unordered-list-item","key":"f2dje"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Erörterung einer philosophischen Grundeinsicht» (1869)","type":"unordered-list-item","key":"eks3b"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Ueber Idealismus und Pessimismus» (1879)","type":"unordered-list-item","key":"1v4hu"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Andeutungen zu einen widerspruchlosen Denken» (1869)","type":"unordered-list-item","key":"dhebs"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Sinn und Folgen der modernen Geistesströmung» (1878)","type":"unordered-list-item","key":"1pm2n"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Esquisses de philosophie critique» (1887), русский перевод: «Очерки критической философии» (1901)","type":"unordered-list-item","key":"cjb2g"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Nouvelles Esquisses de philosophie critique» (1899)","type":"unordered-list-item","key":"3ua1"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[{"key":2,"length":7,"offset":38}],"inlineStyleRanges":[{"length":45,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Расширенный список русских философов: перейти","type":"unstyled","key":"cf5lr"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"unstyled","key":"7pcgu"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"marker","key":"3R4OMijz3Uuv1Ks7m6Yq"}],"entityMap":{"0":{"data":{"url":"https://shchedrovitskiy.com/afrikan-aleksandrovich-shpir"},"mutability":"MUTABLE","type":"LINK"},"1":{"data":{"href":"https://shchedrovitskiy.com/lev-nikolaevich-tolstoy/","url":"https://shchedrovitskiy.com/lev-nikolaevich-tolstoy/"},"mutability":"MUTABLE","type":"LINK"},"2":{"data":{"href":"https://dzen.ru/away?to=https%3A%2F%2Fshchedrovitskiy.com%2Fphilosophy-of-russia%2F","url":"https://dzen.ru/away?to=https%3A%2F%2Fshchedrovitskiy.com%2Fphilosophy-of-russia%2F"},"mutability":"MUTABLE","type":"LINK"}}},"mentions":[]}