Глава 1 (продолжение)
Знакомство
Почти каждый ребёнок мечтает о собаке. И почти ни у кого эта мечта не сбывается.
Моя Юлька не была исключением. Всех наших кошек она собрала по подъездам и помойкам. Первую крысу тоже — брошенную прежними хозяевами. Вторую купили уже в зоомагазине, когда поняли: одной крыске слишком одиноко.
Наверное, и собаку бы притащила — если бы не её не по-детски здравый смысл. Она-то понимала: с собакой гулять надо, воспитывать, ухаживать... А мама вечно на работе. Мама, которая приходила уставшая, валилась на диван и спрашивала: «Ты уроки сделала?» — вместо того чтобы искренне поинтересоваться: «Что тебя тревожит?»
Мы вошли в подъезд, поднялись на лифте и замерли у двери. Собака нерешительно топталась на пороге, когда я открыла дверь.
Юлька вылетела в коридор и застыла, увидев нашу нежданную гостью. Глаза у дочки стали огромными, а губки задрожали:
— Мам... Это теперь наша собака? Насовсем?!
— Если не будет обижать кошек — значит, останется, — вздохнула я.
— УРА-А-А! У меня есть собака!!! — завизжала дочь, подпрыгивая на месте.
Кошки восторга не разделяли. Все трое застыли в прихожей, распушив хвосты и выгнув спины. А борзая стояла неподвижно, даже не глядя в их сторону — будто понимала, как важно сейчас сохранять дипломатичное спокойствие.
Пришлось брать ситуацию в свои руки:
— Кошек — в комнату! Собаку — в ванную! Юль, принеси старое одеяло!
Пока я пыталась привести в порядок нашу новую жительницу, дочь ухитрилась скормить ей пачку печенья и сосиски. Пришлось срочно звонить знакомым собачникам:
— Чем вообще кормят собак?!
Быстро выяснилось, что с мытьём мы поторопились — ни шампуня, ни расчёски. Решили ограничиться кашей с сосисками (на первое время сойдёт) и импровизированной лежанкой из старого одеяла.
Пока собака осваивалась на новом месте, я набрала маму. Палец дрожал над кнопкой вызова — я знала, что сейчас будет.
— Мам... тут такое дело... — начала я, закусывая губу. — Я... ну... собаку подобрала. Афганскую борзую.
Тишина в трубке длилась ровно три секунды. Потом раздался взрыв:
— Да у тебя вообще крыша поехала?! — мамин голос звенел, как разбитый стакан. — Тебе тридцать лет, а рассудка — как у котёнка! Ты утром убежишь на работу, эта зверюга останется с ребёнком — и что?! Она же Юльку сожрёт вместе с её крысами! И кошками закусит!
Я молчала, держа телефон подальше от уха.
— Мам... — осторожно сказала я. — Она не зверюга. И не собирается никого есть.
— Ах так?! — фыркнула мама, и я мысленно приготовилась к очередному взрыву. Но вместо крика услышала ее ледяной голос: — Послушай меня в последний раз. Выведи её на улицу. Накормила, напоила — и хватит. Пусть идёт своей дорогой.
Я взглянула на собаку. Она вытянулась на своей лежанке, положив морду на лапы и внимательно смотрела на меня так, будто понимала каждое слово. В её глазах не было страха — только тихое ожидание.
— Нет, — ответила я тихо, но сама неожиданно для себя почувствовала металл в голосе. — Не могу. Она теперь... наша.
Тишина. Потом — резкий щелчок в трубке. Гудки. Короткие, частые, как сердцебиение после драки. Мама бросила трубку.
Я медленно опустила телефон. Пёса подошла и ткнулась холодным носом мне в ладонь.
— Ничего, — прошептала я, смахивая слезинку. — Мы справимся. И ты теперь не одна.
Утро воскресенья началось с неожиданного открытия: у нас теперь есть собака. А значит — надо срочно выгуливать.
Я растерянно оглядела квартиру: ни ошейника, ни поводка, ни даже намёка на собачью амуницию. Зоомагазин откроется только в десять... Как ей терпеть?
— Пойдём просто так, — сказала я, больше себе, чем собаке.
Мы вышли во двор — я в растерянности, она с достоинством. Какая-то подлая часть меня надеялась: «Если сбежит сейчас — ну и ладно. Вернёмся к прежней жизни, без лишних хлопот».
Но пёса не сбежала. Быстро сделала свои дела и прилипла к моей ноге, будто приклеенная.
— Ну что, идём домой? — вздохнула я.
Она уже уверенно ткнулась носом мне в ладонь, будто говорила: «Конечно, куда же ещё?»
Дома нас ждала Юлька. Её настороженный взгляд скользнул по мне, потом по собаке — и мгновенно смягчился.
— Не убежала... — прошептала она, и в её голосе было столько облегчения, что мне стало стыдно за свои мысли.
Она точно знала. Знала, что я могла вернуться одна, сказав: «Убежала». Но НАША СОБАКА выбрала остаться.
***
Я вдруг спохватилась, застыв посреди коридора:
— Юль, да мы же её ещё даже не назвали!
Дочь замерла с миской воды в руках, а борзая подняла голову, будто понимала, что речь идёт о ней.
— Такой аристократке и имя нужно особенное, — задумчиво протянула я, разглядывая её длинные лапы и гордый изгиб шеи.
Мы устроили мозговой штурм:
— Нефертити?
— Леди?
— Царица?
Но безымянная животинка лишь лениво шевелила ушами. Единственное, что вызвало слабый отклик — "Зайка". При этом слове её хвост едва заметно дрогнул.
— Ну что ж, — вздохнула я, завязывая шнурки, — пока будешь нашей Зайкой. Но это временно! — добавила я строго, собираясь в зоомагазин. — Мы ещё подберём тебе имя, достойное твоей... э-э-э... грации.
Последнее слово застряло у меня в горле, когда "Зайка" совершенно неграциозно и полностью расслабившись развалилась на своей лежанке.
ПРОДОЛЖЕНИЕ 👇