Глава третья.
С середины недели погода начала портиться. На небе появились тучки, солнце исчезло, и все стало скатываться к дождю. Да и синоптики вносили свою лепту в ухудшение погоды, объявляя, что к концу недели погода окончательно перестанет быть летней. Надо сказать, что на Урале – это тренд. В пятницу вечером погода неизменно ухудшается, причем температура может за одну ночь упасть сразу на десяток градусов, и все выходные идет дождь. А в понедельник утром выглядывает солнышко, и значительно теплеет. Так продолжается ровно до следующей пятницы, и цикл повторяется заново. Иногда за весну и лето на Урале на выходные выпадает летная погода всего пару раз за сезон. И эти выходные, в отличие от предыдущих, не стали исключением.
Но, не смотря ни на что, утром в субботу все садоводы исправно потянулись на свои дачи. В основном, люди едут на дачу на личном транспорте. Дорога в сад «Шахтер» проходила мимо дома сторожа, и пользовались ей многие садоводы из соседних садов: «Южного», «Архитектора», «Буровика». Дорога была не очень широкой, разъехаться на ней порой становилось трудно, особенно в плохую погоду, часто приходилось останавливаться на обочине и пропускать встречные машины. При въезде в «Шахтер», как раз у дома сторожа, имелась небольшая квадратная площадка, на которой любили оставлять машины разъезжающиеся встречные автомобилисты. А некоторые водители стали использовать эту площадку и просто как стоянку. Это вызывало резкие протесты сторожа Надежды. За много лет обитания в домике сторожа, она стала считать его своей собственностью, причем не только сам домик, но и площадку рядом с ним тоже. За нее-то она и решила побороться. Первым новшества заметил и даже ощутил на себе дядя Сабиры.
- Представляете, я сейчас не смог разъехаться со встречной машиной, - рассказывал он за ужином.
Вся семья расположилась на крытом крыльце, в беседке стало ужинать слишком промозгло.
- Где не смог разъехаться? – не поняла его жена.
- Да тут, у нас в саду, у дома Надежды, сторожихи нашей.
- Там же вроде бы дорога достаточно широкая.
- А там кто-то покрышки по всей ширине дороги разложил, и на эту удобную площадочку уже нельзя заехать. Поэтому мне пришлось сначала пятиться задом, а потом специально останавливаться и убирать покрышки и бревна. Интересно, зачем их положили?
- Ну, наверно, чтобы на этой площадке машины не вставали, - разумно предположила Сабира.
- Эй, хозяева, вы дома? – раздался от ворот громкий женский голос.
- Дома мы. Заходи, Аня.
К крыльцу, где под крышей расположились хозяева и их гостья, подошла женщина средних лет. Внешне она выглядела еще достаточно молодо, но все впечатление от ее высокого роста и хорошей осанки портила уже слегка расплывшаяся фигура и полная небрежность в одежде. В глаза сразу бросался яркий маникюр, частично облезший. Маникюр она явно делала в салоне – лак был яркий, дорогой, каждый ноготь покрывался тоном, чуть отличающимся от другого. С таким маникюром совсем не сочеталась грязная порванная футболка и вытянутые трикушечные штаны. Конечно, у себя на огороде женщины-садоводки не придерживаются изысканного стиля в одежде, но у Ани случился явный перебор. Катя с Сабирой узнали эту женщину – они видели ее на собрании неделю назад. Как оказалось, Аня жила через улицу от дома Майи Нургалиевны и частенько захаживала к ней в гости, особенно когда ей хотелось посплетничать.
- Хочешь чаю? – предложила хозяйка.
- Да не хочу я чаю, у меня настроения нет. Представляете, у меня собаки потоптали всю рассаду капусты. А ведь я за каждый корешок на рынке заплатила. Прибила бы собственными руками.
- Что, вся капуста пропала? А откуда собаки взялись? – удивилась тетка.
- Черт их знает, откуда они прибежали… - ругнулась Анна. Чувствовалось, что ей хочется произнести более крепкое словцо, но в присутствии племянницы хозяйки она изо всех сил сдерживалась. – Хотя нет, я догадываюсь, откуда они прибежали, и все грядки мне потоптали, уроды. Вот такие следищи на земле! Причем, это не одна собака, а целая их стая у меня на огороде резвилась.
- А откуда они? – спросила Катерина.
- Да это сторожиха наша псов разводит.
- Погоди, Аня, она же их на привязи держит. Вон, они все на ее участке у дома сторожа сидят, она с ними обход делает каждый день.
- Это только те, на которых мы с вами деньги сдаем. А остальных она прикармливает, и они уже сбиваются в отдельную стаю. У нас же по документам в саду должно быть три собаки, а она уже, наверно, десяток других прикормила. Надо в спецслужбу звонить! – Аня казалась сильно рассерженной. – Вот я пожалуюсь новой председательнице, причем пожалуюсь письменно – слова к делу не пришьешь.
- Как они вообще к тебе на участок попали? – спросила Майя Нургаллиевна.
- Так у меня часть забора со стороны соседей упала. Надо починить, да папа Витя никак не соберется.
«Папой Витей» Аня называла своего мужа, Виктора. Он был старше ее лет на пятнадцать, и внешне походил на Винни-Пуха, но в отличие от него, не казался столь энергичным, и все делал как в замедленном сне. Так что забор в разобранном состоянии мог находиться еще очень долго.
- Я тебе могу своей капусты дать, но только уже осенью. Сама понимаешь, рассада вся посажена. Что, неужели все пропало?
- Ну, несколько кочанчиков осталось, но все равно придется покупать.
Аня еще долго и с удовольствием ругала собак и их любителей, а Сабира и Катерина стали убирать со стола.
***
Галина Вячеславовна, новая председательница сада, с Леной, казначеем, сидели в ее доме и обсуждали самые насущные дела сада. За последнюю неделю они очень часто виделись, практически каждый день. Галина с огромным удовольствием погрузилась в садоводческие дела. В своей жизни ей не удалось побывать даже маленьким начальником, она всегда считалась хорошим исполнителем, но никем большим. Есть множество людей, которые с удовольствием никуда не высовываются, а все время работают и живут под чьим-то руководством, и таких большинство. Галя всегда думала про себя, что она из их числа. Но оказалось, что – нет. Оказалось, ей нравится принимать решения самостоятельно, влиять на людей и события. Она с удовольствием заметила, что с ней стали все здороваться, больше общаться, к ней стали приходить люди со своими проблемами, причем не только связанными с садом, всех вокруг вдруг стало интересовать ее мнение по самым разным вопросам. Женщина поняла, что она получает от этого прилив энергии, даже какой-то внутренний кайф.
Но, как говорится, в каждой бочке меда есть ложка дегтя. Этой ложкой дегтя у председателя коллективного сада всегда считались должники. Именно эту проблему и обсуждала сейчас председатель со своим казначеем.
- Лена, объясни-ка мне еще раз, что у нас за проблемы с прошлым казначеем, которая работала до тебя?
- Тамара проработала в нашем саду казначеем всего два года, но дел наворотила много, - начала обстоятельно отвечать Елена Юрьевна. – Конечно, делала она это не одна, а при полной поддержке председательницы, которая была еще до Игоря. А после Игоря председателем стала Ирина. Ирина-то вообще ничего не делала, а Тамара еще при старой председательнице начала создавать дополнительные денежные фонды в саду. Она собирала деньги на межевание, на новую электрическую сеть, всякие там счетчики, кабели, провода и так далее. Но эти деньги на дело-то не ушли. Казначей их просто собирала, а потом всем сказала, что деньги потратили на другие нужды – там, на дорогу, на оплату электричества, на оплату должников.
- И что все садоводы сдавали деньги? – удивилась Галя. – Я вот не помню, чтобы сдавала.
- Конечно, не все. Я вот тоже денег не отдала, но кто-то же сдавал. И по моим прикидкам речь идет о паре сотен тысяч.
- Ничего себе!
- А ты как думала!
- То есть деньги они прикарманили.
- Ну, официально, нет. Казначей и председатель якобы обратились в какую-то фирму, занимающуюся межеванием, заплатили им.
- Что, сразу все деньги заплатили? Сначала же всегда дается аванс.
- А та фирма поставила условие, что им надо сразу всю сумму внести. И поначалу они даже стали что-то делать, а потом перестали на наши звонки отвечать. По крайней мере, они мне так рассказывали. Я ведь тогда еще казначеем не была, я как раз вместо нее и стала работать.
- А какими-то бумагами это подтверждалось? Можно ведь и в суд будет обратиться.
- А вот бумаги частично пропали.
- Как пропали? – не поняла Галина Вячеславовна.
- Как говорит казначейша Тамара, - Лена подчеркнула эти слова, - ее муж, растапливая печку, по ошибке сжег большую часть бумаг, и в том числе все корешки на оплату услуг фирмы. И, как говорится, концы в воду.
- Очень странное объяснение, - покачала головой новоиспеченный председатель сада.
- Конечно, странное. Но ведь никак не подкопаешься.
- Слушай, а ведь в этой фирме должны остаться документы, договор, в конце концов. Для суда должно хватить.
- Фирма-однодневка, - махнула рукой казначей, - ее уже давно не существует. Да и кто с ними судиться будет? Ты вот в суд пойдешь? Должен же идти представитель от сада, и лучше, если это будет председатель.
- Пойду. От имени всего сада и пойду.
- Я помню, что правление ходило в прокуратуру, но дело так и не открыли. Тут нужен настойчивый человек, чтобы постоянно капать на мозги следователям. А кому охота за бесплатно это делать?
- Ладно, я этим займусь, - пообещала Галина.
- У нас есть еще одна большая проблема, и она будет поважнее украденных целевых взносов – это должники.
- У нас их так много?
- В саду «Шахтер» сто пятьдесят участков, из них должников – целых тридцать участков. Причем, это махровые должники. Кстати, наша бывшая казначейша – одна из самых злостных должников.
- Да ты что! Она еще и должница!
- Ага, она принципиально отказалась платить за сад, когда ее сняли с должности казначея. Кстати, у нее два участка, и она уже несколько лет за них не платит.
- И что с этими должниками можно сделать? Только реально?
- Да сейчас мы их можем только от электричества отключить. И то страшно.
- Почему страшно? – не поняла женщина.
- Мы тут попробовали одного отключить. Так он бегал по саду, всем угрожал, потом все-таки внес часть денег, минимальную, и его пришлось снова подключить. В общем, это большая нервотрепка.
- Но ведь эффект-то есть. Просто этим надо заниматься.
- Сначала должников надо предупредить, - сказала Лена.
- А давай сейчас лично сходим к этой самой Тамаре, и предупредим ее об отключении, если она не заплатит долг за сад.
- Может, надо бумагу какую-нибудь написать? – засомневалась казначей.
- Пойдем и устно потребуем оплатить долг и пригрозим ей, что в противном случае мы отключим ее участок от электричества. Она ведь сейчас здесь, на даче?
- Да она тут все лето живет. Отгрохала себе такой домище!
- Вот и сходим. И по дороге еще к парочке должников зайдем.