Роман Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» является одним из самых популярных произведений писателя. Однако даже те читатели, которые не раз открывали эту книгу, редко задумывались о том, откуда Булгаков позаимствовал имя одного из самых главных своих персонажей – Воланда.
Писатель взял у писателя
Многие уверены в том, что Михаил Булгаков имя для сатаны просто выдумал, однако это вовсе не так. На самом деле писатель позаимствовал его у своего немецкого коллеги Иоганна Вольфганга Гете, а точнее из его драмы «Фауст». Как пишет Александр Романов в своей книге «Шагавший по лезвию. Михаил Булгаков», именно так Гетевский Мефистофель назвал сам себя, когда попросил нечистую силу расступиться. «Junker Voland kommt!» - крикнул он, что в переводе на русский язык звучит как: «Дворянин Воланд идет!». А Мефистофель, как известно, и есть тот самый дьявол.
Почему же великий Гете назвал так Мефистофеля? Дело в том, что, как утверждает автор книги «Расшифрованный Булгаков. Тайны "Мастера и Магариты"» Борис Соколов, в средневековых литературных источниках Воланд «было одним из имен черта». Оно считается производным от другого слова «Faland», что значит «лукавый», «обманщик». Кстати, сотрудники варьете в романе Булгакова, силясь вспомнить имя Воланда, произносят: «Может быть, Фаланд?».
«Воланда» нет в русских переводах Гете
Тем не менее, несмотря на то, что источник, которым воспользовался Булгаков для того, чтобы одарить именем героя своего романа, уже давно установлен специалистами, в большинстве вариантов «Фауста», переведенных на русский язык, «Воланд» отсутствует. По мнению автора книги «Загадки старых мастеров» Александра Шапиро, никакой тайны здесь нет: просто отрывок с этим именем встречается в произведении Гете только один раз и очень труден для стихотворного перевода, поэтому переводчики его опускают.
В точности переведенную фразу «Junker Voland kommt» во времена Михаила Булгакова можно было увидеть разве что в прозаическом пересказе «Фауста» Александра Соколовского, датированном 1902 годом. Как предполагает Шапиро, скорее всего, Булгаков был знаком с переводом Соколовского и именно оттуда взял имя для Воланда. Почему именно это, а не другое? Как писал литературовед А. Вулис, «может быть, в связи с тем, что это имя, в отличие, скажем, от Люцифера, Мефистофеля, Асмодея и т. д., не вызовет у читателя никаких литературных реминисценций» (от лат. reminiscentia «воспоминание»).
Немецкое или французское?
Однако Михаил Афанасьевич не просто скопировал имя у Гете, он его несколько видоизменил. Как справедливо заметил литературовед Борис Соколов, в редакции романа «Мастер и Маргарита» 1929-30-х годов на визитной карточке Воланда значилось: «D-r Theodor Voland» (как и в «Фаусте»: «Junker Voland kommt») . Впоследствии писатель от латиницы отказался, а начальной буквой, которую запомнил поэт Бездомный, оказалась не V, а W.
Но Евгений Яблоков в своей книге «Художественный мир Михаила Булгакова» высказывает мысль о том, что имя Воланд не следует считать обычным заимствованием из немецкого «Фауста». В данном случае, по мнению Яблокова, здесь имеет место быть так называемая двойственность: ведь аналогичное слово «volant» есть и во французском языке. Его можно перевести на русский язык, как «летун». А если заглянуть в словарь Владимира Даля, то там «летуном» обозначается огненный змей или дракон.