Жанр: психологическая драма, coming-of-age
Режиссер: Фил Барантини
Главные роли: Стивен Грэм, Оуэн Купер, Эшли Уолтерс, Кристина Тремарко, Эрин Доэрти, Фэй Марсей
Почему они убивают?
Великолепный сериал от Netflix. Шум был настолько мгновенно возросшим и оглушающим, что пришлось изменить своим собственным протестным принципам и посмотреть, спустя всего три дня после выхода, о чем, к удивительному счастью, жалеть в итоге не пришлось, вещь действительно сильная, но за оживленным обсуждением часто теряется художественная составляющая и этот пробел я постараюсь через призму своего восприятия восполнить.
«Переходный возраст» - большой акт искусства и нетипичный пример того, как отталкивающая, пугающая и массово непопулярная тема умудрилась угодить в мейнстрим. Здесь нет интриги, нет детективной составляющей, нет мистики, нет вопроса «кто убил?», но есть куда более важный вопрос «почему убил?» и создатели не хотят заслонять его загадками. Я категорически не согласен со зрителями, рассказывающими о сюжетных дырах, их тут нет, вы просто неправильно трактуете задумку. Сценарные умалчивания никак не препятствуют главной идее сериала, а в связке с концепцией съемки без монтажных склеек производят совершенно ошеломительную иллюзию документальности происходящего, в жизни никто не расскажет вам, где загадочный нож, как совершалось убийство и что этому предшествовало. Жизнь ставит лишь один вопрос. Почему? Этот вопрос, по-хорошему, должен повиснуть в голове каждого человека, посмотревшего «Adolesсence».
Для кого этот сериал?
Лейтмотив всей картины авторы заявляют очень аккуратно, тонко, но с первого же монолога детектива Люка Баскомба, еще до ареста Джейми. Сериал как бы сопоставляет две пары отцов и сыновей-подростков. В каждом из двух случаев отец совершенно ничего знает о сыне, их контакт сведен до ленивого и смолтокового «Hey, what's up, kid?» пару раз в неделю, а всё, что находится за границей ничего не значащего минимального набора словесных конструкций, отцов совсем не интересует. И отсутствующее взаимопонимание невозможно исправить ничем, ни вымученной любовью, ни показательной строгостью. Оно упущено уже на самом важном и базовом уровне. Как одно из следствий, каждый из двух сыновей становится жертвой буллинга и, конечно же, не признается в этом. И тут закономерно на первом плане играет не вопрос вины убийцы (она здесь очевидна и неоспорима), но вопрос ответственности родителя за происходящее. И именно для родителей и родителями написан и отснят «Adolesсence». С точки зрения смыслов важно и правильно окунуть зрителя в удушающую, гнетущую и ломающую атмосферу школы, базового репрессивного института, напомнив нам о нашем периоде переходного возраста.
Мужское и женское начало
С течением повествования авторы переходят от мужского и отцовского контекста повествования к женскому, но не материнскому. Эдди Миллер, как отец, пребывает в леденящем ужасе от того, что его сын способен на такое, детектив Люк Баскомб обеспокоен тем, что и его сын склонен к подобному, а не передний план выходит сторонний взгляд Брайони Аристон. Она никак не ассоциирует себя с Джейми, в этой истории она лишь внешний наблюдатель, человек за стеклом. И ее задача постараться понять мотив. Отличный ход, отчетливо транслирующий главный вопрос произведения, ведь Брайони выражает отношение самой картины, ее создателей к личности Джейми Миллера и к его поступку. Стремление понять мотивы, не возводя их в оправдательные категории, не ставить на блок собственные эмоции и даже заплакать в завершении работы, когда все выводы сделаны. И такой подход в сериале этически доминантен. Ведь «Переходный возраст» без труда мог свалиться в манипулятивный публицистический пафос (и остался бы при этом серьезным и, возможно, еще более заслуживающим восторгов в массовом сознании проектом), но не сделал этого, что автоматически возводит его в ранг культовых, спустя всего пару недель с момента релиза. Почему так? Потому что изначально довольно артхаусная и не принимаемая массовой культурой тема остается таковой с первого и до последнего кадра, не скатываясь к примитивным творческим ходам, а сериал, тем не менее обрастает колоссальным резонансом, откликается в обществе. Хороший знак. Очень жаль, что, скажем, Михаэлю Ханеке ранее эту стену непринятия пробить не удалось. Ведь он уже раскрывал эту тему в своих картинах максимально честно и открыто, но остался для зрителя чем-то отталкивающим и пугающая. А, зря, режиссер он просто блестящий и с его работами определенно стоит познакомиться каждому. «Adolesсence» же эту стену снес, не церемонясь вообще. Это андерграунд, который нагнул и вывернул индустрию. Что, возможно, свидетельствует и об определенных сдвигах в сознании людей. В это хотелось бы верить, во всяком случае.
Так какова же мораль притчи?
Сразу оговорюсь, истеричные лозунги о том, что детям, подросткам хорошо бы закрыть доступ, а в идеале оградить от всемирной сети вообще, считаю просто-напросто нелепыми. Всем, кто обзавелся транспарантами с надписью «Ban social media for» строго рекомендую завязать себе глаза, вставить беруши, воткнуть пальца куда-то в область круговой мышцы и, посвистывая, идти по направлению к горизонту, периодически останавливаясь на привал, чтобы погладить траву и накормить дохлых койотов газетой «Правда». Занятно, что одним из таких адептов бессмысленных и глупых лозунгов является... сценарист сериала Джек Торн. Какая милая ирония, человек сам не осознает, насколько глубокую и крутую вещь он написал.
Все мы безумно хрупки. И касается этот тезис не только жертв, но и насильников, не только людей, преступивших социальные и законодательные нормы, но и людей, охраняющих порядок, не только детей и подростков, но также их родителей. Парапарапам. Признание этой хрупкости, и своей собственной, и того, кто рядом, – есть первый шаг к постройке утопического мира, в котором закон силы не будет доминирующим, а право слабого будет учитываться и защищаться по умолчанию. И в таком мире даже сильные признаются в своей слабости. Ну, себе самим хотя бы. Сегодня мы от этой точки недостижимо. И право сильного де-факто все еще является основным законом планеты и еще долго будет таковым. С другой стороны, вышел же вот такой «Переходный возраст» и испепелил в дым все рейтинги. Возможно, у нас еще есть шанс. Возможно. Пока же все мы пребываем в глобальном переходном возрасте.