Как часто бывает, что кино рождается в условиях тотальной экономии и жёсткого контроля, но в итоге становится настоящей легендой? Советский мюзикл «Д’Артаньян и три мушкетёра» — именно такой случай. Несмотря на скромный бюджет и массу препятствий, съёмки этого фильма стали подлинной одиссеей, полной случайностей, опасностей и чистой удачи. За весёлым, музыкальным, авантюрным полотном скрывается цепь невероятных событий — именно они и сделали фильм живым, подлинным и вечным. Вспомним, что происходило по ту сторону камеры.
Не то д’Артаньян, не то Рошфор
Сегодня сложно представить в роли бесшабашного д’Артаньяна кого-то, кроме Михаила Боярского. Однако, по замыслу постановщика Георгия Юнгвальд-Хилькевича, дело обстояло по-другому. Первым кандидатом на эту роль был Александр Абдулов. Боярскому же предложили примерить на себя роль коварного Рошфора, которого в итоге сыграл покойный Борис Клюев, Михаил Сергеевич категорически отказался: ему надоели образы злодеев.
Режиссёр не сдавался и предложил ему на выбор два персонажа — Атос или Арамис. Но и это не вдохновило актёра. Лишь когда пришла третья телеграмма, где фигурировала фамилия д’Артаньян, он не выдержал. Отправившись в Одессу, Михаил Сергеевич быстро покорил всех своим голосом: композитор Максим Дунаевский сыграл ему песню «Пора — порадуемся», и Боярский моментально её спел. Это стало решающим фактором.
Приукрашенный вес Портоса
С утверждением Портоса история тоже вышла непростой. Валентин Смирнитский был приглашён Юнгвальд-Хилькевичем сразу, однако для порядка режиссёр устроил пробы и Георгию Мартиросяну. Тот справился отлично, но политическая конъюнктура вмешалась: зампред Гостелерадио наложила вето. Мартиросян получил эпизодическую роль, а Смирнитский — сценария реплик Портоса.
При этом актёр прибыл на пробы с гипсом на ноге из-за недавнего перелома. Он был далёк от пышных форм литературно образа из романа Александра Дюма, поэтому в костюмы поместили накладки. Однако к финалу съёмок они стали не нужны — Смирнитский настолько вжился в образ, что даже физически преобразился.
Меня зовут Холмс, Атос Холмс
Образ Атоса мог навсегда оказаться связан с другим выдающимся актёром — Василием Ливановым. Легендарный артист дважды проходил пробы и был великолепен. Но параллельно рассматривал и роль Шерлока Холмса и выбрал именно её — судьбоносное решение. Тогда режиссёр обратил внимание на Вениамина Смехова, которого заметил в спектакле «Мастер и Маргарита», где тот играл Воланда. Смехов согласился, но не пожелал бросать театр.
Это привело к курьёзам: на съёмки артист прилетал только по выходным, а в остальное время его заменял дублёр. Поэтому во многих сценах Атоса часто снимают со спины — это заметит только самый наблюдательный зритель. Ещё один нюанс связан с песней «Есть в графском парке чёрный пруд». Вениамин Смехов не смог спеть несколько высоких нот, и в срочном порядке вокальную партию записал джазмен Вячеслав Назаров. Смехов обиделся, но позже признал — иначе и быть не могло.
Пикантный наряд Миледи
Образ Миледи в исполнении Маргариты Тереховой стал поистине культовым. А ведь роль изначально принадлежала Елене Соловей, которая отказалась от картины из-за беременности. Терехова ворвалась в проект, как ураган. У неё был сильный, свободолюбивый характер. Все трюки она исполняла сама, в том числе скакала на лошади без подготовки.
Актриса лично разработала образ героини — от макияжа до костюма. Именно Терехова настояла на шелковой и почти прозрачной блузе, которая вызвала шок у режиссёра: «Это же наряд Бекингема!» — пытался возразить он. «Плевать», — ответила Терехова. В кадре впервые в истории советского кино зрители могли отчётливо видеть женскую грудь так долго. Этот риск был оправдан — зрители не могли оторвать глаз от обольстительной Миледи.
Боярский на волоске от...
Настоящая драма разыгралась во время съёмок сцены боя между д’Артаньяном и Рошфором в Одесском оперном театре. Михаил Боярский, уже по традиции, отказался от дублёра. Он трижды выполнял прыжок с высоты 15 метров, чтобы выбрать лучший дубль. В кульминационный момент покойный Борис Клюев, играющий Рошфора, нарушил хореографию боя и случайно попал шпагой Боярскому в рот. Острие пробило нёбо, и ещё чуть-чуть — оно вошло бы в мозг.
Михаил Сергеевич доиграл сцену, но потом его нашли в туалете, истекающего кровью. Он был немедленно госпитализирован. Но уже на следующий день, несмотря на рану, Боярский два часа пел в Клубе моряков — таковы были условия владельца площадки. Его самоотдача потрясла всю команду.
Особенности минимального бюджета
Производственные реалии «Мушкетёров» могли бы стать учебником выживания для начинающих режиссёров. Бюджет — минимальный, камера — дешёвая, съёмочная техника — отсутствует. Так, вместо тележки для кинокамеры команда использовала инвалидное кресло.
Алмазные подвески Анны Австрийской мастерил сам Юнгвальд-Хилькевич из фольги и голубых лент. Эфесы шпаг делались из консервных банок. Но в кадре всё это играло, искрилось и казалось настоящим. Это ещё раз доказывает: важно не сколько, а как — и с каким вдохновением — делается кино.
Пьяные мушкетёры под присмотром КГБ
Съёмочная группа не только работала, но и умела веселиться. Во Львове актёры отказались жить в гостинице «Колхозная» и перебрались всей компанией в номер режиссёра. Там устроили пьяный дебош. После жалоб их переселили в обкомовскую гостиницу, где номера, как говорят, были с необычными «жучками».
Но это не остановило творческий порыв: Боярский пародировал Брежнева, Дуров изображал Ленина. Естественно, сотрудники КГБ не могли остаться в стороне. Юнгвальд-Хилькевича быстро вызвали на допрос и предъявили запись. Постановщик пообещал, что такого больше не будет. Все отделались легко, но Лев Дуров по странному совпадению получил звание народного артиста на три года позже.
Рыба и ничего больше
Фильм снимали не только про героизм, но и с налётом авантюризма. В один из вечеров актёрская труппа осталась без денег и решила «взять в долг» ящик копчёной рыбы из магазина. Георгий Мартиросян отвлёк продавщицу, а остальные схватили ящик. Неделю все мушкетёры питалась только рыбой. Позже деньги вернули и извинились. Эта история стала анекдотом, который постаревшие звёзды любят пересказывать и по сей день. Она олицетворяет дух проекта: чуть бесшабашный, местами нелепый, но неизменно тёплый и человечный.