Эти строки написаны на стене старинного собора в Любеке в 12-14 веках:
Я – Свет, а вы не видите Меня;
Я – Истина, а вы не верите Мне;
Я – Учитель, а вы не слушаете Меня;
Я – Господь, а вы не повинуетесь Мне;
Я – Путь, а вы не следуете за Мной;
Я – Жизнь, а вы не ищете Меня;
Я – ваш Бог, а вы не молитесь Мне;
Я – ваш лучший Друг, а вы не любите Меня.
Если вы несчастны, не вините Меня.
Слишком прямолинейно? Возможно. Но за этими словами скрывается целая бездна боли, недоумения и разочарования, которое мы, люди, так часто проецируем на Бога.
«Тебя никто не обязан любить до смерти»
Иосиф Бродский в одном из своих стихотворений говорит:
Как хорошо, что некого винить,
Как хорошо, что ты никем не связан,
Как хорошо, что до смерти любить
Тебя никто на свете не обязан.
Это не холодная философия отчуждённости. Созависимый человек всегда ищет, на кого свалить ответственность. Он живет с внутренним ощущением, что ему кто-то чего-то должен: понимания, любви, защиты, идеального совета. Даже Бог. Особенно Бог.
Он молится, но на самом деле — требует. Слушает проповеди, но втайне ждет универсального рецепта — как жить, как чувствовать, как быть принятым и любимым. Он не хочет искать свой путь. Он хочет, чтобы путь ему дали, желательно — с гарантией счастья.
Например, верующему нельзя злиться на Бога (это же грех!), вот ему и приходится подавлять злость, регрессируя в состояние того самого "ребенка", когда-то ненужного и отвернгнутого.
Взросление начинается там, где заканчивается привычка искать "спасателя" и ждать, что кто-то решит твои проблемы вместо тебя. Оставясь беспомощным ребенком, ты так и будешь ждать волшебника на голубом вертолете, т.е. того, кто спасет тебя или его хотя бы можно будет обвинить за то, что он не прилетел. Даже Бог подходит на эту роль!
Поэтому Бродский прав, говоря о независимости от невротических требований, когда никто не виноват в твоих чувствах вины и обиды на мир. Твои чувства принадлежат лишь тебе. Даже Бог не может их изменить.
Почему даже молитва может быть манипуляцией
Когда такие люди сталкиваются с болью, страданиями, утратой - они обижаются на Бога. Только признаться себе в этом нельзя: ведь злиться на Бога – грех! И тогда рождается глухая подавленная злость, а внутри снова звучит голос ребёнка: «Ты должен был прийти. Ты должен был меня спасти. Почему Ты не пришел?»
В этом месте вера превращается в каприз, а молитва - в попытку манипуляции.
Созависимость — это жизнь в режиме ожидания
Ты как зритель в театре, который хочет, чтобы кто-то сыграл за него главную роль. Это страх взять на себя ответственность. Проще сказать: «Это Бог не дал…», чем признать: «Это я не сделал». Удобнее ждать «волшебника в голубом вертолёте», чем выйти на сцену собственной жизни.
Но духовное взросление начинается именно с этого выхода. С того самого момента, когда ты больше не перекладываешь вину - ни на родителей, ни на партнёров, ни на мир, ни даже на Бога.
Маркер созависимости: искать готовый ответ и ждать, что его принесут тебе на блюдечке с голубой каемочкой.
Такой верующий ждет готового решения от проповедника, не желая искать свой ответ. Он всерьез уверен в существовании универсального ответа для миллиардов людей на свете. Он рад свалить всю ответственность за свою жизнь на кого угодно, лишь бы не принимать решения. Его вымораживает слово "ответственность"
Он привык существовать внутри чужой тени. Он смотрит на сцену и ждет, что кто-то сыграет за него главную роль. Ответственность лишает удобного зрительского кресла, заставляет выйти из тени на свет и признать, что твою роль никто, кроме тебя самого, не сыграет.
Если ты несчастен - не вини Бога.
Может быть, ты тоже когда-то ждал, что Он вмешается, исправит, спасёт и был смущен, когда этого не случилось?