«Чтобы создать семью, нужно иметь немного сумасбродства, потому что не бывает все так, как нам хочется», – писал святой Паисий Святогорец молодым людям и девушкам. Чудесную историю знакомства по благословению схиархимандрита Илия (Ноздрина) своей дочери Саши рассказывает ее мама православный психолог Евгения Ульева, мама 8 детей и бабушка 9 внуков.
Сегодня супруги Никитины – Максим и Александра – сами многодетные родители, у них пятеро деток: старшему 10 лет, младшей дочке 2 годика. Никитины – владельцы небольшой фермы в деревне Бурнашево, недалеко от Козельска и Оптиной пустыни. Сейчас на ферме живут 35 коров, Никитины занимаются производством и реализацией молочных продуктов великолепного, по отзывам покупателей, качества.
Вышей иконочку, жених и найдется
Прежде чем рассказать историю чудесного знакомства Саши и Максима, поделюсь небольшой предысторией. В 2013 году наша соседка подарила на Новый год дочке Сашеньке канву для вышивки бисером иконы Богородицы «Достойно есть». Помню, как открыла я пакетик с шитьём, смотрю, а там написано, что этой иконе молятся о даровании жениха...
А я и не знала, что у этого образа такая благодать. А Саша вообще, надо сказать, не любительница что-либо шить, рукодельничать. И я ей с юмором говорю:
– Саш, вот как вышьешь эту Богородичную икону «Достойно есть», так жених-то и появится.
Это было в январе, и Саша ни шатко ни валко взялась за работу. Вышивала долго – 9 месяцев. У меня день рождения 24 сентября, и она под мой день рождения чуть ли не всю ночью трудилась, чтобы утром мне подарить.
– Мамочка, посмотри, я закончила икону и хочу тебе сделать подарок.
Дарит мне 24 сентября эту прекрасную вышитую икону «Достойно есть», а 13 октября, через 3 недели, под Покров Богородицы старец Илий (Ноздрин) приезжает в Плёсково, – там в школе-пансионе учились мои дети, и там в усадьбе есть храм Покрова Пресвятой Богородицы. Батюшка Илий служил там каждый год на престол. Я, как всегда, тут же собралась к старцу. А Саша (ей на тот момент было 19 лет) неожиданно говорит:
– Мам, я поеду с тобой, хочу тоже с батюшкой поговорить.
Приезжаем – народу немного, встретились со старцем в школьном домовом храме преподобного Сергия Радонежского. Сели на лавочку, справа от батюшки Саша, слева – я.
Начинаем разговаривать, и Саша задаёт вопрос о своем однокласснике. У них были довольно романтические отношения, но она не понимала, встречаться ей с ним или не встречаться, судьба это или не судьба. А батюшка ей говорит:
– Нет, нет, деточка, это не твоя судьба. Твоя судьба в другом месте.
Поворачивается ко мне и спрашивает:
– У тебя дочка умеет коров доить?
Я так растерялась, что и не знала, что сказать… Потому что – какие коровы? Мы – московские люди. Я коров вообще в жизни близко не видела. А он так по-доброму, весело, Саше объявляет:
– Вот есть такая деревня, Бурнашево под Козельском, там Ира, у Иры коровы, и там ее сын Максим. Это и есть твоя судьба. Поедешь туда, будешь там жить.
Саша в этот момент начинает рыдать. Она же старца тогда про одноклассника спрашивала. А тут такой поворот – нет – и все. Какая-то деревня, коровы… И Саша прямо разозлилась:
– Батюшка, небось вдовец какой-нибудь пожилой. Вечно вы меня куда-то загоняете.
Старец смеется:
– Нет, не вдовец. Что ты! Он будет любить тебя всю жизнь! Не бойся.
А я сижу в растерянности, ничего не понимаю. А старец мне и говорит:
– Пусть учится доить.
Я думаю: где она будет учиться доить?! Какие коровы?! Пытаюсь сообразить: и что это вообще Бурнашево такое... Шутка это или не шутка.
А батюшка все подробно объясняет:
– Знаешь монастырь в Клыкове?
– Да-да, там матушка Сепфора, – отвечаю, хоть что-то знакомое услышала.
Село Клыково расположено рядом с Оптиной пустынью. Здесь еще недавно жила схимонахиня Сепфора, которую прозвали «матерью монахов» и «небесной птичкой». Ныне она погребена в монастыре Спаса Нерукотворного в Козельском районе Калужской области.
Я читала о монастыре и даже мечтала там купить дом, почему-то в свое время было желание туда переехать. Старицу Сепфору я по книжкам полюбила, но никогда мы туда не доезжали.
А батюшка продолжает:
– Клыково прямо, Спасово направо, а Бурнашево налево. Вот там её судьба. Поезжай, там мост новый хороший.
Я сижу в прострации: Боже, какой мост! Какое Бурнашево!
Саша поплакала, я посмеялась: может, все-таки шутит батюшка. Испытывает так? Мы с ним всегда очень много доверительно разговаривали, и с шутками, и по-всякому.
А Юра, его племянник, тогда пояснил: «Женя, он всех в деревню отправляет. Ты же знаешь батюшку – всех на землю».
Когда мы поехали домой, позвонила моя старшая дочка Маша узнать: как старец, на что благословил?
Я поставила на громкую связь:
– Машуня, батюшка благословил Сашу в деревню ехать.
А Маша веселится:
– Ой, Саша, поедешь в деревню, будешь помещица, будут у тебя коровы, усадьба.
Маша обрадовалась, я повеселись, а Саша в негодовании, не хочет ни в какое Бурнашево ехать, обиделась на всю эту историю, надулась и собралась с подружкой уезжать в город Калининград. Это, видимо, от переживания, что не благословил батюшка ее с тем молодым человеком встречаться, – кавалер у нее еще вертелся в голове.
Судьба придёт и на печи найдёт
Прошло недели две, она думала-думала и вдруг говорит:
– Ну, ладно, мам, поехали посмотрим.
Я ее поддержала:
– Сашулька, съездим, за погляд денег не берут. Ну, посмотрим и посмотрим.
Сели мы в машину, а это оказалось 2 ноября, была родительская суббота. Я посмотрела в навигатор, как ехать. Хорошо, что про мост батюшка сказал. Моста-то не было на картах Google (думаю: может, действительно шутка), деревня была, речка Серёна есть, а моста нет.
А на месте уже, подъезжая, увидели: мост новый... («Наверно, не шутка…») То есть его просто не успели в Google картах отфотографировать, внести. Мы по дороге заехали в Шамордино, помолились, потом в Оптиной побывали, там попали прямо на панихиду, помолились об упокоении родственников. Точно благословения и взаимных молитв испрашивали. Большие круги нарезали и потом поехали в Клыково.
Приезжаем в Клыково, и тут я растерялась, куда ехать дальше – не понимаю. Пошли к Сепфорочке, в первый раз мы попали на её могилку, смотрим, там акафист читают. Вышел игумен Михаил (Семенов), грозно на всех посмотрел – на эту самодеятельность с акафистом. Но его уже практически дочитали. Помолившись, мы пошли в церковную лавку спрашивать, где тут деревня, Ира, коровы. А за ящиком девушка очень милая Марина говорит:
– Есть одна Ира, её муж, отец Савватий – монах у нас в монастыре. Я сейчас отцу Зосиме позвоню, и он позовёт отца Савватия.
Оказывается, по благословению старца, когда дети выросли, папа Максима постригся в монахи. Сейчас он уже схимонах Кукша.
А тогда я изумилась прозвучавшим именам... Дело в том, что святые Зосима и Савватий Соловецкие – это тоже покровители нашего рода. Наш предок, Епифан Мартынович Потемкин, пострадал при советской власти – сидел на Соловках.
И вот отец Зосима позвал нам к телефону отца Савватия, потому что они оба были в отъезде, на православной выставке. Мы с будущим свекром разговорились. Он рассказывает:
– У меня сын такой хороший старший – Максим. Младший Павел уже женат, священник.
Я говорю:
– А сколько лет вашему старшему-то?
– Он с 1982 года.
На тот момент ему был 31 год, Сашеньке 19. То есть у них приличная разница – 12 лет. Он никак не мог жениться, всё Сашу ждал, как мы смеёмся теперь.
Поехали мы эту Иру искать по наводке отца Савватия, приехали, нашли по описаниям нужную нам избу – как из сказки про избушку на курьих ножках, старая-старая. Ей 100 лет на тот момент было. В этой древней избе когда-то жил священник, который был настоятелем местной церкви. Тут же рядом и стоял храм. Потом при советской власти и батюшка этот пострадал, и церковь снесли в 30-е годы. Остался только фундамент.
Забегая вперед, скажу, что на нем отец Илий благословил восстановить храм во имя Троицы Живоначальной с двумя приделами – святой Параскевы Пятницы и святителя Николая Чудотворца. Но поскольку денег таких сразу не найти, сначала, – сказал, – постройте часовню в честь новомучеников и исповедников Церкви Русской, а потом и храм возведете.
В той избушке мы застали Ирину с Максимом, у них было свое хозяйство, они действительно держали коров. А тут из Москвы приезжает девочка, дочка бизнесмена, модная, красивая. Ира нас для начала и повела показывать коров: испугаемся, нет? Мы их посмотрели, а мы же в них ничего не понимаем, говорим:
– Ой, какие милые коровки. А можно их погладить?
Ну, прямо домашний зоопарк. Она поняла, что мы ничего не понимаем в уборке навоза и так далее, смотрела на нас, как на блаженных. Мы с ней про батюшку Илия разговорились. Они с Максимом его духовные чада, по его благословению покупали коровок. Батюшка им помогал. И вот я говорю:
– Мы невесту привезли.
Заходим мы все вместе в избу, там огромная русская печь, из-за неё выходит Макс, заспанный.
Я говорю:
– Максим, судьба придёт и на печи найдёт. Вот печка есть, вот это Сашенька, это твоя судьба, батюшка Илий благословил.
И они с первого взгляда приглянулись друг другу.
Я специально смотрела, потому что Саша у нас с характером девушка. Если бы ей что-то не понравилось, она бы развернулась и уехала, и её бы ничего не остановило, никакие благословения. Она сама знает, что хочет. Они реально очень понравились друг другу. Пошли гулять сразу же, он ей какие-то красоты, закаты показывал. Мы с Ирой остались дома, попили чаечек, они нас снабдили молочными продуктами, отправили домой.
«Ну всё, – замуж»
Ребята стали перезваниваться, переписываться через соцсети. Максим немного в семинарии поучился, он тоже сначала жил в городе, – в Саратове, где, кстати, и батюшка Илий в семинарии учился. По второй специальности, освоенной уже по переезде в деревню, Максим – зоотехник. Обменивались новостями: а я вот это, а я вот то, пошёл гулять, коров доить... И им было интересно общаться, быстро сошлись.
Когда батюшка Илий поехал в Клыково, Макс к нему побежал:
– Батюшка, невеста понравилась, благословите жениться.
Батюшка говорит:
– Ну, знаешь, я должен узнать у невесты, согласна ли она.
Вскоре отец Илий приехал в Переделкино, я побросала детей, поехала к нему. Там толпа народа, к батюшке и пробиться не знаешь как. Приезжаю и, как нож в масло – прямо в толпу. Батюшка видит меня, но он загорожен людьми, сидит, разговаривает. Я – раз в кухню, а батюшка – в маленькую дверцу в столовую прошел, которая за его спиной. И мы с ним там сталкиваемся.
Он мне:
– Ну, чего, она его полюбила?
Я говорю:
– Батюшка, да, вроде симпатичный парень, общаются.
Он говорит:
– Ну всё, выдавай замуж.
– Как выдавай замуж? Мы его видели один раз! Я его знать не знаю.
– Да что ты! Ничего не бойся. Да он её любить будет всю жизнь.
Я говорю:
– Батюшка, а когда свадьба-то? После Пасхи?
Это был ноябрь 2013 года.
Он говорит:
– Не-не, надо быстрее. После Рождества.
– Да как же? Папа наш их еще не видел!
– Ничего, давай, после Рождества их венчай.
Я так растерялась. А батюшка раз – и уходит из трапезной. Я иду за ним, и стоит моя подружка, говорит:
– А как ты так прошла-то, что тебя никто не остановил?
Я ей рассказываю всю эту историю – про скороспелый, как нам казалось, брак, и что мне предстоит свадьбу играть. Она и говорит:
– О, я тебе помогу.
И за 5 минут она нам организовала свадьбу в пансионате в Ватутинках (её муж – сын замдиректора). Я звоню Саше в университет, она в педагогическом университете училась по благословению батюшки:
– Сашулик, так и так, батюшка благословил замуж, вот прямо сразу.
Она и со смехом, и со слезами это слушает, немного растерялась. Это было 14 ноября, и через два дня, 16 ноября, мы поехали опять в Бурнашево знакомиться: папа, Саша и я, втроём. Ира уже с Максом нас ждали.
Мы приехали с иконами венчальными, благословили молодых. Такая благодать Божия чувствовалась.
Наш папа (Александр Юрьевич Ульев. – Ред.), когда увидел эту избушку, сразу же озаботился хозяйственной частью: «Надо что-то придумывать, строить!»
В 20-х числах ноября Макс уже приехал к нам. Они с Сашей пошли в Троицкий ЗАГС, подали заявку. Им назначили 24 января 2014 года день росписи, а 26 января договорились венчаться в Москве.
Чудесные совпадения
Внутри этой истории был еще один невероятный эпизод. Соседом Макса и Иры оказался человек по имени Александр, родная сестра которого, Наташа, живёт во Франции, замужем за французом. Летом 2013 года мы случайно познакомились с Наташей в Италии. Отдыхали в одном и том же месте, дети подружились, начали играть, и мы, родители, между собой перезнакомились. Ее муж Николя – финансовый аналитик в Париже.
И я как-то спросила Наташу про супруга – не католик ли он?
– Нет, не католик, он у меня крещёный православный, его батюшка Илий крестил.
– Как батюшка Илий?!
– А у меня брат там недалеко от Оптиной живёт, и вот Николя уверовал, и батюшка Илий его покрестил.
Сами они живут в Париже, и мы договорились, что когда они будут в России, нам позвонят, и мы увидимся.
Осенью начинается вся эта невероятная история с замужеством Александры, и 2 января, на память святого праведного Иоанна Кронштадтского, моего любимого, мы приезжаем в деревню, чтобы купить дом, где будут жить молодые.
А накануне мне звонит Наташа и сообщает, что они в России, предлагает увидеться. Мы пока в Калужской области у брата.
– Наташа, а вы где в Калужской области?
И тут она произносит:
– Деревня Бурнашево.
– Да-да, знаю я такую деревню, мы за вашего соседа замуж выходим! – объявляю я и рассказываю ей всю эту историю, добавляя как ни в чем не бывало:
– Мы завтра туда едем, нам надо дом покупать, давай там и увидимся.
Николя чуть с ума не сошёл, когда всё это узнал.
Он финансовый аналитик и поэтому понимает, что вот так на ровном месте без Промысла Божиего невозможно было всему так совпасть. А когда еще и съемочная группа всё это снимать приехала, он был совершенно потрясен!
Дело в том, что 2 января, в этот же день, в деревню нагрянула съёмочная группа с известным режиссером во главе. Они приехали к отцу Павлу, младшему брату Максима, снимать фильм «Дорога домой» – про то, как люди из города уезжают в деревню. Принялись снимать да вдруг уточнили:
– А у тебя еще брат?
И вот уже Элина Жгутова, известный режиссёр и общественный деятель, с оператором в тот же день, 2 января, приезжают в Бурнашево снимать Макса. Весь это «небесный гобелен» невероятного сплетения обстоятельств еще и оказался вот так сразу же на камеру запечатленным.
Нас везде просто преследовали чудесные совпадения. Так Господь показывал, что всё не случайно.
В январе 2014 года Саша с Максом повенчались.
Мне многие знакомые говорили – как ты могла отдать дочь в деревню, неизвестно куда. Но я понимала и чувствовала, что это Промысл Божий, мы в потоке благодати, которую Господь дал, – иди и делай, не останавливайся.
Сейчас одна из главных целей – собирать средства на строительство храма во имя Троицы Живоначальной, это одно из завещаний старца Илия.
Еще батюшка благословил рожать всех детей, которых Бог даст.
Сейчас у Максима и Александры пятеро деток.
Телеграмм-канал «Ферма Никитиных»
Подготовила Ольга Орлова