ыхать

ыхать. Я только присела на постель, как она уже направилась к выходу. Внезапно передо мной вновь возникли чудные места, которые она мне показала, и я не могла представить, что она уйдет, не поделившись рассказом об этих местах.

— Матушка, матушка, возвратитесь! Поговорите со мной! — вскрикнула я вслед ей.

В это мгновение ко мне подбежала медсестра и спросила:

— Акилина, почему вы кричите?

— Позовите её обратно! — просила я.

— Кого вызвать? — спросила медсестра.

— Ту самую монахиню!

— Какую монахиню?

— Вон она, идет там!

— Акилина, но ведь здесь никого нет.

Я огляделась и действительно убедилась, что никого нет. Ни один из присутствующих не видел и не слышал о монахине. Врач подошел ко мне и спросил:

— В чем причина шума, Акилина? Все отдыхают, а вы кричите. Зачем тревожите больных?

— Мы тут с одной монахиней гуляли…

— Куда же вы смогли пойти?

— На улицу…

— Вы выходили? Это не может быть! Давайте расскажите, где вы находитесь сейчас? И как вы смогли ходить с переломом ноги?



Я рассказала им все, что помнила: про два цветка в коридоре, про резные деревянные перила, окрашенные в синий цвет, и про трамвай с номером пять, проехавший мимо. Все были удивлены моей точностью, хотя я никак не могла видеть этих вещей, так как была доставлена в больницу на скорой помощи и не покидала свою палату физически телом.

Но когда я начала рассказывать о лестнице на Небо и о поездке с монахиней, врач принялся проверять мой пульс и измерять давление. Затем он сказал:

— Акилина, подумайте сами, у вас даже ходунков нет, вы не можете стоять на ногах даже с костылями. У вас нет и тапочек, а бинт на ноге чистый и белый. Если бы вы хоть раз ступили на асфальт, следы бы остались. Как вы могли ходить?

Я посмотрела на бинт и почувствовала, как покраснела. Получается, что всё это было моим воображением? Но погодите, ведь я ясно помню, как взбиралась по лестнице на Небо с той монахиней.

Такое чувство радости осталось в моей душе, которое невозможно описать словами. Как же я хочу снова оказаться там! "

Отец Валентин комментирует:

«Все, кто слышал рассказ Акилины об этом эпизоде, убеждены, что причиной было повышенное давление и галлюцинации. Однако я склонен считать, что она испытала подлинное духовное видение. Ведь не физически она передвигалась, ее душа вознеслась на Небеса, тогда как ее тело оставалось на земле. Если душа стремится к святости, к возвышенному, разве это не может быть истиной?

Подобное преображение произошло и с Клавдией Устюжаниной. До хирургического вмешательства и своего небесного путешествия она была одним человеком, а после изменилась до неузнаваемости.»

Из воспоминаний протоиерея Валентина Бирюкова.

Батюшка, рассказывая подобные истории, всегда повторял:



«Таких примеров, о которых я рассказываю людям, много и много было в жизни. Но все ли хотят слышать и извлечь для себя урок ? Чаще мы ищем не спасения души, а благополучия земного. Ропщем на скорби, хотим мир построить на земле. Но на земле мира никогда не было и не будет. Пот