Сначала расскажу ещё одну показательную историю. В 2013-том году единственный сын наших тогдашних друзей, что жили своей трудной жизнью в маленьком депрессивном городке в 80 километрах от Донецка, новое название которого сейчас иногда мелькает в новостях, заканчивал школу. Родители очень старались помочь ему определиться с дальнейшей взрослой жизнью.
Мама для выпускного купила на местном вещевом рынке белый костюм и чёрные лаковые туфли, рассказав мне, что мальчик был самым нарядным среди одноклассников и что после сможет надеть свой лучший наряд, если кто-нибудь предложит быть свидетелем на свадьбе.
Папа настаивал, что мальчику нужно непременно поступать в Донецкий институт инженеров железнодорожного транспорта, потому что железная дорога будет всегда.
Но у мамы был другой план. Она мечтала, чтобы сын учился в Севастополе, потому что там море и она с мужем сможет туда позже переехать, продав доставшийся ей в наследство двухэтажный кирпичный дом, который родители строили на окраине городка десять лет своими руками.
Вот только в течение полугода никто её недвижимостью даже не поинтересовался. Во-первых, потому что место было совсем неинтересное, во-вторых, потому что отопление печное. Ну, о том, что планировка крайне неудачная, никто даже не узнал. И никто не увидел две странных лестницы, как и второй этаж, где были две небольших комнаты, огромный коридор без окон и гостевая спальня также без окон и дверей.
В итоге моя подруга сначала горько плакала, когда муж и думать о Севастополе запретил, решив, что сын будет учиться в Донецке, а потом радовалась, когда Севастополь стал заграницей...
Когда мы увиделись в очередной раз, нет муж спрашивал у меня с недоумением' "Почему одноклассницы сына никуда поступать не стали? Почему сидят дома у родителей на шее?".
Странно, что взрослый мужчина, выросший в обычном шахтёрском городке и сам, забыв о дипломе автомобильного института, спустившийся в шахту за высокой зарплатой, не понял очевидного: это донбасский тренд.
Девушки, окончив школу, ждут своего жениха. Такого же, как он, шахтёра с высокой зарплатой. Ну, или инженера с высшим образованием, который ради благосостояния своей семьи спустится в шахту.
Именно по этой причине, когда в Донецке во времена СССР решили построить хлопчатобумажный комбинат, чтобы таким образом обеспечить рабочими местами неработающих женщин, очень сильно просчитались. Дончанки работать не хотели. Они привыкли жить на заработки мужей-шахтёров.
И пришлось на наш ХБК приглашать трудолюбивых девушек из Вьетнама.
Именно так воспитали родители и жену нашего Димки:
Вырастили, в школе выучили, после школы замуж выдали - родительский долг выполнили.
Ну, а когда Юля прилетела к ним в Испанию, то почему бы не выдать её замуж за состоятельного испанца?
Почему именно тёще Димки пришла в голову эта прекрасная мысль? Потому что она, по всей вероятности, также мечтала стать женой шахтёра с высокой зарплатой. А коль у неё не получилось, то пусть Юля, не получив ни специальности, ни образования, сможет жить дорого-богато.
И родителям помогать...
А с Димки что взять, если у него теперь даже дома нет в Марьинке? Да и сколько стоил тот дом?