Голод.
В первый год войны случился неурожай. К этому добавились организационные неурядицы в колхозе после ухода на фронт мужчин. К весне все запасы продовольствия закончились, начался голод.
С первыми проталинами люди бросились на поля собирать колоски. Зерно сушили, размалывали и пекли лепешки. У людей истощенных голодом на теле выступала сыпь, изо рта, носа и ушей начинала течь кровь и человек умирал.
Салтанов Николай Иванович и его сестра Бугаева Нина Ивановна рассказали семейную историю: - «Мама, Елена Ефимовна, жила с сыном Мишей и ее мамой. Муж Иван Спиридонович, наш отец, воевал в Заполярье. Вместе с односельчанами мама собирала колоски. От съеденного хлеба стало плохо. Пошла кровь, потеряла сознание. Бабушка привезла ее в больницу в село Голубовка. Врач уже ушла, и возвращаться не согласилась, но посоветовала к голове прикладывать лед, сбивать температуру. Что бабушка всю ночь и делала. Мама выжила, но три месяца была как заколдованная. Не понимала, что происходит. И только в июне, увидела соседку везущею на тележке сено, встрепенулась: - «Что же я, сижу, чем буду кормить корову» и пришла в себя».
Позднее врачи определили, люди умирали от септической ангины. Тяжелое отравление происходило от используемого в пищу перезимовавшего в поле зерна содержащего споры грибка фузариум. После чего собирать колоски было строго, настрого запрещено.
Шеповалов Александр Андреевич рассказал, будучи пацаном, часто бегал в поле на полевой стан. Там перепадала чашка каши, которую приносил домой.
Хлеб Родине.
Хотя сами колхозники голодали, но долг перед государством выполняли. Зерно, предназначенное для отправки, называли «глубинка». Это был неприкосновенный фонд, который хранился в складах до становления зимней дороги. Хлеб на элеватор везли обозом из десяти, двенадцати подвод.
Дорога до элеватора в Новосергиевке и обратно занимала три дня. День ехали туда, с небольшим отдыхом для лошадей в Трудиловке. На следующий день разгружались и подкармливали лошадей на колхозном постоялом дворе. На третий день в обратный путь.
Детский дом.
Вот, что пишет об этом в своих воспоминаниях Пшеничников Анатолий Иванович – он начинал свою трудовую деятельность воспитателем в этом доме: - «Появление детского дома в Ключевке связано с тем, что здесь нашлось подходящее помещение. Даже не одно, а несколько, пристроенных одно к другому. В основании этого комплекса находился поповский дом.
Основным контингентом детей и воспитателей детского дома были жители города Вязьма (граница Смоленской и Московской областей), где осенью 1941 года шли затяжные кровопролитные бои.
Постепенно увеличивалась численность детей в детдоме, рост, в основном, шел за счет безотцовщины близлежащих районов. Привозили на лошадях деды или родственники, были и дети, выловленные на вокзалах. Директором детдома была женщина из Вязьмы, Анна Петровна.
Сначала приходилось тяжело: не было одежды, обуви, кормили слабо, дети искали друзей среди местных, и они их подкармливали. Потом стало все постепенно улучшаться: одевали детей в готовое белье, верхнюю одежду, отличникам давали шубы, пальто с воротниками из меха. В детдоме была своя самодеятельность, радиоприемник, которых в селе ни у кого не было, своя электростанция с двигателем в 5 лошадиных сил, одноцилиндровый. Учились в школе вместе с Ключевскими детьми. После семилетки детей направляли в ФЗО (фабрично-заводское обучение), через 2-3 года они получали специальность, их трудоустраивали, давали общежитие или квартиру. Как исключение, директор детдома мог оставить одного-двух отличников до окончания средней школы. По мере освобождения оккупированных территорий, приехавшие работники, забирали своих детей и уезжали. На их смену присылали новых воспитателей и детей. Нина Ивановна Янсон с мамой осталась в селе. После возвращения с войны Красикова Алексея Ивановича они создали семью. Родили восемь детей.
В детском доме было организовано подсобное хозяйство в пойме ручья Антошка. Там были делянки зерновых, огородных, бахчевых культур. Работали, в основном, дети из детдома под руководством кого-то старшего. Детский дом в Ключевке закрыли в 1954 году. Все разъехались, кто куда».
Участники войны.
К концу первого года войны в село стали возвращаться из госпиталей солдаты, получившие тяжелые ранения. Тактаев Анатолий Алексеевич, работал в школе учителем. Хмелевских Сергей Иванович, сначала валял валенки, потом до пенсии работал продавцом в сельмаге. Демин Леон Семенович и Махортов Федор Арсентьевич устроились в детский дом. Сыврачев Иван Николаевич был выбран председателем. Жаров Николай Никитович, Здержиков Прокопий Андреевич, Ларионов Федр Иванович, Черных Василий Лукьянович, Ларионов Василий Иванович, не смотря на увечья, по мере возвращения включались в колхозную работу.
Пришло долгожданное известие о Победе. Радость, слезы и надежды все перемешалось.
Сто двадцать один человек с Ключевки не вернулись с войны. Их имена на вечную память выбиты на мемориальных табличках у памятника ветеранам Великой отечественной Войны.
Много пришлось пересекаться с ветеранами войны и по работе и по жизни. Почти все мужчины среднего возраста во время моего детства были ветеранами войны. При этом ни разу не приходилось слышать от этих простых тружеников слов, что он ветеран и, что ему кто-то чем-то обязан. Не рассказывали они и о войне, о своих подвигах и наградах.
Сестра Лида поведала такую историю, когда хоронили соседа Красикова Алексея Гавриловича, пастуха личных овец, все были удивлены. На подушечке с другими наградами лежали три ордена славы. И этот герой всю свою жизнь пас индивидуальное стадо и скромно умалчивал о своем боевом прошлом.
Мой отец, Салтанов Василий Андреевич 1927 года рождения, был призван в 1944 году в возрасте семнадцати лет. Готовили на артиллериста в Тоцких лагерях. В апреле 1945 года привезли в Берлин, в бою не участвовал, объявили Победу. Ветераном отец, себя не считал. Сегодня, когда участники реальных боев уже ушли в мир иной, такие солдаты, как отец, чествуются как ветераны.
На мой взгляд, война не для всех жителей села закончилась в мае 45 года. Много в Ключевке было вдов, женщин, которые до войны не вышли замуж и так и остались незамужними. Сестра моего деда Салтанова Александра Спиридоновна так и не вышла замуж. Двоюродная сестра мамы, Демина Екатерина Ильинична, вернулась с войны больным человеком и так, и осталась одна.
Семьи, в которые вернулись с войны мужчины, в большинстве своем сумели устроить для себя и детей достойную жизнь. Условия для этого были. Одиноким, бездетным женщинам и по жизни было сложнее, а когда пришла старость большинство из них так и жили в маленьких, стареньких избушках с удобствами на улице.
Последние десятилетия в стране много бывает шума по случаю дня Победы. Одинокие, бездетные женщины, на которых в годы войны держался тыл, получали поздравления, медали и при этом по нужде ходили в ведро, а мылись в тазике при помощи кружки. На мой взгляд, для них война заканчивалась, когда они тихо уходили в мир иной.
Больше информации на моем канале https://dzen.ru/id/66c340d99f51c96c24041819