часть 4 предыдущая глава
Варя не перевелась в школу поближе. Изучила маршрут, Виктор ей подсказал номера автобусов, направления. Сам возить отказался, даже вначале.
- Чего с ней носиться, как с княжной? Переходить в школу поближе не хочет, в соседний район тоже, а мне пляши под её дудку? Бензин катай. Сама выбрала – сама и топай ножками.
Лида не спорила. Варя действительно была резка в том числе с Виктором, но с ней, с мамой – особенно. Кому она ещё могла доверить свои эмоции, всплески несформировавшегося характера. Варя специально решила не менять школу, чтобы как можно дольше не возвращаться «домой». И вещи свои она не до конца разобрала, верила – они уедут из этой пещеры в самое ближайшее время.
Но дом одинокого ранее мужчины потихоньку светлел и преображался. Сначала внутри: отмылись от многолетней и многослойной пыли советские люстры под невысокими потолками. Сменились старые покрывала на диване, креслах, постелях на их домашние, из квартиры. Появились светильники и бра, тоже их – из квартиры Лидии. Занавески убогие красно-оранжевого цвета опали с окон, как осенние листья с деревьев в парке. И ворвался свет в дом! Нахальный, разбитной, без приглашения и комнаты потеплели, наполнились уютом. Маленькие, по сравнению с квартирными окнами, окошки обрамили в светло-бежевые, приятные глазу шторы. Лидия очень старалась, чтобы Варя побыстрее привыкла к новому месту, вот и втащила, развесила, поставила всё, что могла из их старой жизни в их новом жилище. Но в кухне маленькой, неудобной, в которой не развернёшься даже она не смогла ничего сделать.
- Когда-то с отцом мы хотели пристроить ванную. Кухня у нас была там, где сейчас Варина комната. Просторная, хоть свадьбу справляй. С соседями мы жили дружно, душа в душу, как раньше любили говорить. Но, как только появилась возможность они плюнули нам в эту самую душу. Документики быстро состряпали, план дома переделали и оформили себе большую часть дома. Пришли и говорят: стену двигайте или мы воздвигнем сами. Поэтому и слышимость с ними у нас такая. Пристройку под санузел пришлось быстро переделать под кухню, а стену они уж и сами переставили, уж больно хотелось расшириться, - рассказывал Виктор за ужином. Лидия с интересом слушала, Варя делала вид, что ей безразлично и почти ничего не ела.
Рассказывал и о себе. Он вообще был неплохим рассказчиком, и, кажется, Лидии это в нём нравилось. Она не прикидывалась, со вниманием слушала истории из его детства и жизни некоторые в третий раз, и поглядывала на дочку. Но дочери плевать! Она ненавидит этот дом, этот район, узкие улочки, дома. Виктора презирает, но «хотя бы из уважения к крову, который он им дал» вела себя в его присутствии нормально. Бунты и голодовки не устраивала.
Виктор был женат один раз до Лидии, и то в далёкой молодости. Тогда и мать, и отец были живы. Со свекровью молодая жена не ужилась и сбежала. Детей общих нет. Больше он не рисковал и не приводил в родительский дом других женщин. Родители один за другим ушли, перемены в стране их добили. Потом уж привык жить один и представить себе не мог постороннего человека в своём доме. Пока не познакомился с Лидией на новой работе. Он водитель на скорой.
Во время этого рассказа Варя стала изо стола и ушла в свою комнату, в которой была дверь, но что толку. Соседи иногда орали так, и ругались, будто они прямо здесь, в её комнате. Почти каждый вечер: выяснение отношений, споры из-за детей, конечно, и воспитывали их там же за стеной, а потом рыдания и вопли, чего только Варя не услышала в первый месяц жизни в этом доме. Она нестерпимо скучала по старой квартире, по добрым, воспитанным, тактичным и образованным соседям. Она ревела ночами.
Но вот она привыкла к концертам за стеной, и даже засыпать под них стала. Когда Виктор был на смене, специально у себя накручивала музыку в магнитофоне на всю громкость, давая понять дегенератам за стеной – она их слышит! Она уже знает почти все их семейные трудности, из-за которых они ссорятся. Соседи истошно били в стену, наверное, ругались ещё больше, Варя ведь не слышала из-за громкой музыки.
Наглый, тёплый, дневной свет так и не ворвался в её комнатку, как не старалась мама – окно из комнатки дочери выходило во дворик за домом, прямо небольшую клумбочку и на деревянный сортир. Поэтому шторы Варя предпочитала не открывать, никогда.
Мылись в доме в тазу, закрываясь на кухне и предупреждая всех, чтобы не ходили пока. Виктора это никак не смущало – он прожил так всю жизнь. Лидия вроде тоже спокойно к этому относилась – она бывала у него дома, видела, как всё устроено. Но вот Варя не могла и не хотела к такому привыкать и говорила об этом маме.
- Конец 20-го века, а живём как в пещере у твоего неандертальца Виктора.
Лида рассмеялась, услышав такое впервые от дочери.
- Ох, Варя, а ты хотела в деревню. К тёте просила тебя отправить. А ведь там испокон веков так живут, и вряд ли что-то изменится.
- Откуда ты знаешь? Ты сто лет не общаешься со своей сестрой.
- Я слишком хорошо её знаю, Варенька. Ты и недели там не продержалась бы, даже в гостях.
Естественно, Варя не верила маме. Разве можно доверять человеку, который довёл их семью до такого?
***
Варя вернулась со школы достаточно поздно, почти в 16 часов дня. Опять эти невыносимые для всех школьников, тягучие последние денёчки учебного года – май! Тысячи детей ждали каникул. Одна Варвара, хотела, чтобы этот учебный год не кончался. У неё мурашки бежали по спине от мысли, что придётся целыми днями находиться в том доме, по вечерам слушать соседей или нудятину от Виктора.
Виктор сидел во дворе на небольшой стопке свежих досок, он для чего-то заказал лес и обустраивал двор. Наверное, хотел сделать его ещё темнее и сырее, совсем закрыв от солнца. Варя не поздоровалась, войдя во двор, сразу пошла в дом. Тут она не бросала на пороге свои вещи, а была более собрана и опрятна. Переоделась, заглянула на кухню, перекусила, стоя, прямо над тумбой для готовки. Посуду после себя оставила в мойке, где были ещё несколько грязных тарелок. И ушла к себе.
Виктор явился к ней без стука и разбудил. Варя задремала. Жара на улице стояла уже летняя, в городских автобусах духота, да и вчера она полночи слушала, как принимали у себя гостей соседи за стенкой. На своей кровати она лежала на животе, прямо в одежде и только повернула сонную голову в его сторону.
- Тебе не стыдно?!
Варя вновь уткнулась в подушку и отвернулась от него, не желая даже отвечать.
- Встала и пошла, помыла посуду! Здоровая такая, а всё мать за тобой ходит, подбирает, стирает, подтирает. У тебя совесть есть? Ты не могла сразу три тарелки помыть?
Варя нехотя встала с постели. Прошла мимо него, вернулась на кухню. Виктор пошёл за ней. Подошла к раковине с грязной посудой и помыла только свою тарелку и вилку. Остальное не тронула. Вновь прошла мимо маминого сожителя, закрылась у себя и вновь повалилась на кровать. Виктор ворвался к ней через несколько минут.
- А теперь встала! И остальное вымыла! – повысил он голос.
Варя не шевельнулась.
- Я не собираюсь терпеть такое в своём доме! Могла бы пожалеть маму. Она вкалывает на смене, потом бежит к своим постоянным на подработку, а ты тут растянулась и только кровать продавливаешь. Встала! – прикрикнул он.
Варе пришлось подняться, она смотрела на него в упор и кривила губы. Он стоял в дверях – не пройти.
- Значит так! Тут не гостиница! Если ты до сих пор не научилась уважать мать и место, где живёшь, то тебе придётся научиться! И помогать ей.
- Я вам не горничная! – выпалила Варя.
- Так и я тебе не отец! Церемониться не стану, - криво улыбаясь, посмотрел он на неё исподлобья Виктор.
Варя, толкнув его плечом, прошла на кухню и вымыла всю посуду, вытерла насухо и расставила по местам. Делала всё демонстративно, громко кидая вилки, грохая кружками о стол. Виктор сидел и ждал в другой комнате. Когда Варя, по-солдатски чеканя шаг, прошла мимо него в свою комнату, он спокойно встал, проверил всё на кухне и пошёл заниматься своими делами во дворе.
Книги автора: "Из одной деревни" и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
В выходной Лида устроила большую стирку, и явилась с тазиком мокрых вещей на внутренний двор. Виктор вышел к ней, рукой заставил поставить таз на бочку для воды и сказал:
- Оставь!
- Витя, я сама.
- Не надо всё самой. Так и надорваться недолго. Иди выжимай, Варя развесит бельё.
- Вить, она никогда этого не делала. Не надо. Я сама, - жалостливо выпрашивала Лида.
- А теперь будет! Ходит на всех дуется. Пусть немного поможет, от неё не убудет. Может, голова включится.
Лида сделала ещё попытку, но Виктор одним взглядом остановил её и не сдвинулся с места, пока она не вернулась в дом. Варя оттуда так и не появилась. На этот раз Виктор был зол на Лиду н прошёл мимо неё, мимо небольшой кучи грязного белья и стиральной машинки, постучал Варе в комнату. Ответа не было. Тогда он просто вошёл. Варя читала книгу, забрав ноги под себя на своей кровати.
- Иди помоги матери вещи развесить.
Варя быстро встала и пошла помогать маме. Без слов, без показательных швыряний тазиков или вещей. Просто помогала, даже с удовольствием.
Виктор уехал на своих Жигулях по делам.
- Спасибо, Варюш. Вдвоём-то оно быстрее. Останется время отдохнуть, а то завтра на смену.
- Мам, не оставляй меня с ним.
- Что?
- У меня каникулы начались. Лето. Не оставляй меня с ним, не ходи на работу.
- Что ты такое говоришь? Виктор тебя обидел?
- Нет, но он… - Варя стыдливо опустила глаза. А в голове крутились воспоминания из Нинкиных рассказов. – Давай уедем, - посмотрела она на мать глазами, полными слёз.
Лида обняла дочку и гладила, гладила по волосам.
- Мы и так уехали. Больше некуда. Всё образуется, ты привыкнешь. Виктор - хороший человек. Неотёсанный местами, грубый, у него же нет детей, но он честный и справедливый. Ах, как жаль, что сейчас почти не осталось никаких летних лагерей. Ты помнишь, как ездила в Орлёнок?
Варя покачала головой.
- А тебе понравилось, ты потом долго о нём рассказывала нам с папой. Но ничего, в этом году мы обязательно поедем на море.
- И ОН тоже? – Варя отлепилась от мамы и кивнула в сторону улицы, кажется, машина Виктора подъехала ко двору.
- Ну, конечно, - старательно улыбалась Лида, делая вид, что это прекрасная идея.
- Тогда я не поеду! Он будет смотреть на меня в купальнике.
Лида немного опешила. А Варвара вновь спряталась у себя. Мама хотела пойти за ней, поговорить, но вошёл Виктор, внёс какую-то коробку.
- Я тут подумал… - немного смущённо сказал он. – У Вари в комнате совсем темно, будто в темнице. Взял обои посветлее. Вот! Хотите, сами клейте, а то я со смены приеду, и всё сделаю, - он достал три рулона светлых, нежных обоев в цветочек. – Не понравится ей, - заметив странную улыбку на лице Лиды, он сунул их обратно в коробку. – На кухне переклею, а вы сами... Зря я это...
- Думаю, ей понравятся – она же девочка. И мы лучше сами сделаем у неё небольшой ремонт, может, это поможет нам снова сблизиться, а то она совсем от меня отстранилась.
- Ты сама виновата! – гнул своё Виктор.
- Вить, она подросток, у неё сейчас такой период.
Виктор только вздохнул. Лида права, у него нет детей, и он понятия не имеет как это – воспитывать больших или маленьких детей. А ещё он опасался, что Лида рано или поздно пойдёт на поводу своенравной девчонки и уедет от него. Он этого не хотел. Лида его во всём устраивала, ну, кроме того, как позволяла разговаривать с собой дочери.
***
- Варя, привет, у вас всё хорошо? – звонила мама с работы уже во второй раз. Раньше, когда у них была нормальная жизнь и жильё, мама звонила с работы в редких случаях. Сказать, чтобы дочь сбегала в булочную, или напомнить об итоговой контрольной. Но с ней что-то произошло после того короткого разговора, она стала присматриваться к Виктору. Звонить домой почаще со мены.
- Да, всё хорошо, - нехотя отвечала Варя.
- А где Виктор?
- Уехал куда-то, не отчитывался передо мной.
- Ну ладно. Я вечером позвоню, когда он будет дома.
Поздним вечером на звонок ответил сам Виктор. Уже сонный, уставший, но довольный тем, что раздобыл и заменил тумбу под мойкой на кухне, а то на старую смотреть страшно было. Он так хотел хоть немного улучшить свой дом, только бы Лида не ушла от него.
- А Варя где?
- У себя, наверное. Спит. Что она ещё может делать в такое время. Я не заходил к ней. Целый день её не видел.
И Лидии легче дышать стало на работе, она успокоилась и без происшествий, не считая трёх вызовов за ночь, доработала смену.
продолжение _____________