Когда в октябре 1957 года произошёл сбой в ходе рутинной процедуры, на атомной электростанции Уиндскейл в Камбрии, Великобритания, вспыхнул пожар. К тому моменту, как его удалось потушить, радиоактивное загрязнение распространилось по всей Британии и Европе. Рассказываем, что именно произошло и почему всё могло быть гораздо хуже.
Чернобыль, Три-Майл-Айленд, Фукусима — три названия, ставшие синонимами ужасающих катастроф, которые могут произойти, если производство ядерной энергии выходит из-под контроля. Но задолго до этих трагедий случился Уиндскейл.
10 октября 1957 года в одном из реакторов электростанции Уиндскейл на северо-западе Англии три дня бушевал пожар. Это стало худшей ядерной аварией в истории Великобритании. В те ранние послевоенные годы, когда ядерная энергетика только развивалась, этот инцидент преподал суровый урок о рисках, которые необходимо учитывать, чтобы совершенствовать меры безопасности и регулирование отрасли.
Тем не менее эта катастрофа остаётся одной из наименее известных среди крупнейших ядерных аварий. Возможно, это связано с тем, что британское правительство сильно преуменьшило её масштабы. Или же дело в том, что в конечном итоге Уиндскейл не оказался таким разрушительным, каким он мог бы быть.
К счастью, настоящий кошмарный сценарий ограничивается лишь фантазией: в новой видеоигре Atomfall, действие которой разворачивается в постапокалиптическом Озёрном крае в альтернативных 1960-х, катастрофа на Уиндскейле оказалась куда более страшной.
Уиндскейл до пожара
Комплекс, известный сегодня как Селлафилд, который в настоящее время проходит многолетний процесс вывода из эксплуатации, был построен в 1940-х годах. В то время страны стремились, а порой и торопились, разрабатывать ядерные технологии — как для производства электроэнергии, так и для создания атомного оружия. Уиндскейл предназначался именно для последнего: два реактора были построены для производства плутония для британской ядерной программы.
Реакторы, называемые «кучами» (piles), были возведены в сжатые сроки: Куча №1 заработала к концу 1950 года, а Куча №2 последовала за ней в 1951 году. В их конструкции использовалось графитовое ядро с урановыми стержнями, охлаждаемыми воздухом с помощью двух 125-метровых дымовых труб.
Фильтры Коккрофта
Хотя в ходе строительства выявились значительные конструкционные недостатки — главным образом связанные с перегревом и возможностью возникновения пожаров, — политическое давление заставляло разработчиков как можно скорее запустить станцию.
Однако сэр Джон Коккрофт, руководивший проектом Уиндскейла, был серьёзно обеспокоен тем, что в случае пожара урановая пыль будет выбрасываться в атмосферу через дымовые трубы. Он потребовал установить фильтры.
Это стало дорогим и трудоёмким дополнением — так как строительство труб уже велось, фильтры пришлось устанавливать на самом верху, а не в основании. Многие представители британской ядерной программы считали их бессмысленной тратой средств. Эти фильтры насмешливо прозвали «Глупостями Коккрофта» (Cockcroft’s Follies).
Однако, как выяснилось позже, именно эти «глупости» спасли множество жизней.
Как начался пожар на Уиндскейле и что произошло дальше?
7 октября 1957 года на Куче №1 проводилась рутинная процедура нагрева, известная как высвобождение Вигнера. Однако вскоре стало ясно, что что-то пошло не так: после двух попыток провести процедуру данные показывали, что температура в реакторе не снижалась, как должно было происходить.
К 10 октября датчики зафиксировали выброс радиации через дымовую трубу. Изначально предполагалось, что проблема связана с одним из урановых стержней — это не казалось серьёзной угрозой, так как подобное уже случалось раньше. Было принято решение увеличить мощность охлаждающих вентиляторов.
Однако реальная причина оказалась куда страшнее: уран уже два дня горел, а вентиляторы, вместо того чтобы охладить реактор, лишь раздували пламя.
Несколько сотрудников Уиндскейла во главе с Томом Туохи, заместителем управляющего станцией, рискнули жизнью, лично осматривая реактор, насколько это было возможно. Даже в защитных костюмах они подвергались смертельному облучению.
Попытки потушить пожар не приносили результата. Среди принятых мер: Извлечение расплавленных топливных картриджей (в которых находились урановые стержни) вручную, с помощью строительных труб, чтобы перенести их в охлаждающий бассейн. Использование шлангов для подачи воды в реактор, несмотря на риск возникновения реакции с водородом, которая могла бы привести к взрыву.
К ранним часам 11 октября более 10 тонн урана было охвачено пламенем, а температура достигла 1300°C.
В отчаянной попытке спасти ситуацию Туохи приказал полностью отключить подачу воздуха для охлаждения и вентиляции, надеясь задушить пламя. На протяжении всего этого времени он лично инспектировал реактор, пока наконец не убедился, что его план сработал и огонь потух.
Последствия катастрофы
В истории ядерных аварий только две получили максимальный уровень опасности (7 баллов) по Международной шкале ядерных событий (INES): Чернобыльская авария (СССР, 1986 год). Катастрофа на Фукусиме (Япония, 2011 год). Пожар на Уиндскейле был оценён в 5 баллов — так же, как и частичный расплав реактора на Три-Майл-Айленде (США, 1979 год).
Во время пожара радиоактивные вещества были выброшены в атмосферу и распространились по Великобритании и Европе. Наибольшую опасность представляли: Йод-131 — радиоизотоп, связанный с раковыми заболеваниями щитовидной железы. Полоний-210 — крайне токсичное вещество, которое, по оценкам, стало причиной более 200 случаев онкологии.
Тем не менее жертв могло быть значительно больше, если бы не фильтры в дымоходах. Так называемые «Глупости Коккрофта» спасли множество жизней, предотвратив более масштабное загрязнение. В отчёте о происшествии работа персонала Уиндскейла была охарактеризована как «оперативная, эффективная и проявляющая высокий уровень самоотверженности».
Засекречивание информации
Поскольку Уиндскейл был военным объектом, производящим оружейный плутоний, информация о пожаре была скрыта от общественности. Люди, такие как Том Туохи, не получили заслуженного признания за свой героизм.
Правительство Великобритании, возглавляемое Гарольдом Макмилланом, запретило продажу молока в радиусе 200 квадратных миль от Уиндскейла на месяц — выяснилось, что коровы подверглись облучению йодом-131. Однако эвакуация не проводилась, а премьер-министр распорядился засекретить большую часть доклада. Полная версия отчёта была обнародована только спустя более 30 лет.
Другая ядерная катастрофа 1957 года
Пожар на Уиндскейле был не единственной ядерной аварией в том году. Менее чем за две недели до него, 29 сентября 1957 года, на заводе «Маяк» в Челябинской области (СССР) произошёл Кыштымский инцидент — взрыв хранилища радиоактивных отходов, который привёл к масштабному загрязнению территории площадью в тысячи квадратных километров.
Кыштымская катастрофа остаётся третьей по масштабу ядерной аварией в истории, получившей 6 баллов по шкале INES. Однако, поскольку объект был военным, советские власти долгие годы не признавали сам факт происшествия. Только спустя десятилетия информация о взрыве на «Маяке» и радиоактивном загрязнении огромной территории стала известна миру.
Как видеоигра Atomfall соотносится с реальными событиями?
Если бы последствия пожара на Уиндскейле были хуже — например, если бы фильтры Коккрофта не были установлены, — катастрофа могла бы привести к образованию огромной зоны отчуждения, возможно, охватившей весь Озёрный край. Это было бы похоже на Чернобыльскую зону после аварии 1986 года. Именно такую альтернативную реальность представляет видеоигра Atomfall.
Atomfall переносит игроков на пять лет вперёд после гораздо более разрушительной версии пожара, где необходимо выживать в карантинной зоне. Однако в отличие от реальных событий, игра больше вдохновлена научной фантастикой, чем историей: Мутировавшие монстры и смертельно опасные пчёлы; Роботы в стиле 1950-х; Постапокалиптическая атмосфера Великобритании. Тем не менее, несмотря на художественные допущения, Atomfall напоминает о том, каким могло быть худшее развитие событий во время пожара на Уиндскейле — самой страшной ядерной катастрофы в истории Великобритании.