Гордый как лев, Сергей Петрович в сопровождении верного оруженосца Михаила шел несгибаемым шагом по запутанным коридорам огромного муравейника к намеченной цели. Лавируя между многочисленными лестничными проемами областного правящего здания, он дружелюбно здоровался с представителями исполнительного сословия, а также желал всем здравия, благополучия и правильно сделанного выбора на предстоящих политических мероприятиях. Следующий тайный совет – закрытое совещание – было принято провести в кабинете хозяина региона.
Иван Иванович, потрясенный предыдущими событиями, сидел с бледным видом еле живой и, прихлебывая чай из красивой голубенькой чашечки, периодически хватался за грудную клеть и тяжело вздыхал. На столе губернатора красовались все предметы штучного коллекционного сервиза, подаренного ему самыми признательными членами регионального союза предпринимателей, на недавнем важном юбилее которого Иван Иванович присутствовал в качестве почетного гостя. Тут же неподалеку, дополняя общий антураж, находились и другие подарки щедрых коммерсантов, за исключением блистеров с недорогими аспирином и валидолом, одиноко скучающими среди раритетов. Дверь отворилась…
Гусь, спотыкаясь, ахая и охая, всячески имитируя болезненный приступ, вышел к Сергею Петровичу навстречу с распростертыми объятиями и виноватой улыбкой нашкодившего пса.
– Доброго здравия! – заискивающе поздоровался хозяин кабинета – Кормилец наш… Виноват! Признаюсь, как на духу. Не знаю, что нашло вчера на меня. Наверное, стресс и пережитые потрясения. Каюсь, Сергей Петрович, каюсь… Прошу вашего справедливого суда, так сказать, и снисхождения.
Казнокрадов по-отечески приобнял губернатора.
– Забыли, дорогой Иван Иванович! – успокоил народный избранник главу области. – Не время сейчас разбрасываться ценными кадрами! – заверил он и продолжил: – Кто старое помянет, тому не быть депутатом! – лукаво прищурился гость и добавил: – Так же, Иван Иванович? На переправе губеров не меняют?
Гусь и Казнокрадов примирительно рассмеялись. Хозяин кабинета радушным жестом пригласил московских гостей к столу.
– Попьем чайку?! – предложил глава области все с той же заискивающей и фальшивой улыбкой. – А то Сергей Сергеевич что-то задерживается у нас…
Гости расселись, и спустя минуту послышались дружные чавкающие и хлюпающие звуки. Чтобы разбавить затянувшуюся аппетитную паузу, Гусь оторвался клювом от чашки и радушно спросил:
– А как самочувствие Дарьи Константиновны?!
– Спасибо, все в порядке, – поблагодарил учтиво, но с легким пробуждающимся неврозом народный избранник.
– Передавайте всенепременно ей от меня привет!
– Само собой… – пообещал Сергей Петрович и мысленно добавил: «Чтоб ты сгорел!», после чего натянул на лицо дежурную маску умиротворения, вселенского милосердия, любви и доброты. Все в одном флаконе.
Сергей Сергеевич, как обычно влетел быстрыми скачками и сухо, по-деловому поздоровавшись с единомышленниками, приступил к огласке главных новостей. Их было, как водится во всех мировых интригах, ровно две – плохая и хорошая.
– Это просто бомба! – начал глава избиркома с хорошего. – Столько лайков и столько отзывов, сколько смог собрать ваш уникальный поединок в интернете… Такого чуда, признаться, дорогой Сергей Петрович, я не видал! Вы безоговорочно и без шансов порвали всех, дорогой наш патриотичный лев! Просто браво, Сергей Петрович!.. Сто баллов по шкале избирателей, не меньше! Вот какого героя не хватало нашему городу!.. Но… – Хлыстов поубавился бравурных эмоций и продолжил: – Но…
– Что «но»?!.. – вопросительно повторил Казнокрадов за главой избиркома.
Гусь демонстративно и наигранно в очередной раз схватился за сердце и потянулся к валидолу.
– Не тяните же, Сергей Сергеевич! – почти предсмертным голосом выдавил глава региона.
– Интернет, интернет… – со вздохом начал глава избиркома – Будь он неладен! Есть и другое видео в сети… И оно не совсем для нас благоприятное.
– Какое еще видео? – терял терпение и бравурный настрой Казнокрадов – Не томите же!..
Хлыстов достал из кармана смартфон и пригласил всех участников «предвыборного заговора» к просмотру.
Судя по первым кадрам, интерьеру и участникам сего «безобразия», это было какое-то массовое общественное мероприятие с приглашенными гостями, местными жителями и журналистами. Всмотревшись далее повнимательней в лица главных героев, присутствующих на переднем плане, любопытствующие зрители окончательно убедились, что являются свидетелями эпохального и исторически значимого оппозиционного сборища с присутствием мэра города и лидера Социал-патриотической партии России.
На стенах висели похожие рекламные агитки СППР с призывными, кричащими слоганами и обличающими власть гневными плакатами, которые в конечном итоге обещали всем униженным и оскорбленным жителям области неминуемое возмездие для чиновников и райскую жизнь остальному населению всего лишь за правильно отданные народные доверчивые голоса.
Мэр поднял осторожно и с болезненными мучениями руку, тем самым привлекая внимание и давая сигнал присутствующим в зале гостям о начале долгожданного мероприятия. Наступило мертвое затишье, предшествующее всегда урагану страстей и сенсационных новостей с разоблачениями. И, судя по внешнему виду главы города, по тем шишкам, синякам и подтекам на голове, а также физии бедного чиновника, что-то должно было произойти. Алексей Андреевич кивком поблагодарил писак за оказанное внимание, доверие и уважение и с видом бесконечно угнетенного негра из пока еще соединенных американских штатов показательно медленными телодвижениями придвинул к себе микрофон.
– Раз, раз, раз… – проверил глава города работу техники и приступил: – Дорогие мои коллеги, здравствуйте! В эти тяжелые дни я безумно рад видеть вас, видеть вашу поддержку, а также хочу поблагодарить за оказанную честь и доверие к нашему общему делу, к нашей непримиримой борьбе за будущее родного края! Друзья!.. – продолжал призывно сыпать входящий в роль спасителя мэр. – Наш славный город, наш регион в большой опасности! Прогнившие коррумпированные московские структуры пытаются управлять нами, управлять нашими судьбами и судьбами наших детей и…
Хамов развернул резко микрофон в свою сторону и гневно попытался вставить частичку собственного дополнения к вступительному монологу:
– Эти пидо…
Алексей Андреевич успел пресечь подобное безобразие в виде до конца не высказанного нецензурного и неполиткорректного замечания и продолжил:
– Они присылают нам сюда своих представителей, своих варягов, которые и пальцем не ударят ради улучшения жизни граждан и благополучия целого региона, а будут только ненасытно пить нашу кровь и выкачивать последние крохи из нашего многострадального края!
Хамов опять в порывах боевых эмоций и ненависти к правящему олигархическому классу предпринял попытку перехватить инициативу:
– Не допустим к нам этих пидор… – яростно бросился он в атаку, но не был услышан до конца.
Перекупиполе, демонстрируя навыки циркового артиста, снова успел предотвратить катастрофический сбой проходящего мероприятия и прикрыть рукой микрофон.
– Юрий Евгеньевич… – зло прошипел городской глава. – Имейте выдержку и терпение! Я вас умоляю! – после чего освободил громкоговорящее устройство и продолжил с новыми силами и эмоциями: – Сегодня и сейчас от каждого жителя нашего региона зависит то, каким будет его будущее. От каждого голоса, отданного по велению сердца, по велению разума и любви к своей Родине, будут зависеть итоги выборов и то, как мы встретим свое светлое, надеюсь и не побоюсь этого слова, будущее и превратим его в благоприятное настоящее! – Алексей Андреевич взял короткую паузу и громко рявкнул: – Нет, друзья мои, компрадорской олигархии! Нет засилью «чужих» жуликов и воров! Да здравствует Социал-патриотическая партия России! Ура, товарищи!
Как по команде Хамов и Перекупиполе одновременно поднялись и зааплодировали в унисон. Зал дружно принял и поддержал двух представителей левого фронта громкими продолжительными овациями.
– Вот гадина, вот мерзость!.. – оторвав взгляд от дисплея, выругался Сергей Петрович.
Гусь утвердительно закивал и произнес:
– А я всегда был против этой кандидатуры! Всегда!.. Говорил, говорю и буду говорить, что этот человек не наш! – Гусь повернулся и обратился тоном заговорщика к народному избраннику: – Хочу, чтобы вы это знали, Сергей Петрович! Всегда был против этого предателя! Как на духу говорю, всегда!
– Это еще не финал… – интригующе вставил Сергей Сергеевич. – Смотрим, что будет далее…
Далее посыпался подготовленный ряд вопросов из уст коварной нимфоманки Лизы Клейменной, по всей видимости, являющейся организатором и ведущей ведьмой на этом шабаше.
– Скажите, Алексей Андреевич, – начала она мерзким скрипучим голосом, – как вы можете объяснить тот факт, что до недавнего времени находились в команде кандидата Казнокрадова?
Перекупиполе, выждал паузу, удрученно склонил голову и приступил к публичному покаянию.
– Да, это так… – выдавил могильным тихим голосом глава города и продолжил свою исповедь: – Как и многие из вас, я был ослеплен и введен в иллюзорные заблуждения, связанные с кандидатурой этого московского деятеля. – Его голос стал набирать громкие обороты. – Я так же, как и вы, верил в светлые, теплые намерения этого персонажа и надеялся на то, что кандидат Казнокрадов на стороне добра и будет отстаивать в первую очередь интересы людей, принципы справедливости и демократии, а также интересы нашего многострадального края. – Алексей Андреевич тяжело сглотнул. – Но как же я ошибался! Как же я ошибался!.. – драматично и с долей самокритики повторил он театральную реплику. – Мне нет прощения и всяческого оправдания, я не достоин такой чести – возглавлять этот город! Возможно, в будущем я сложу полномочия и уйду с позором в отставку, но… – городской глава набрал полные легкие и продолжал с пафосом, – но это будет после того, как мы все вместе не допустим победы этого столичного пронырливого дельца и не изберем достойного и по-настоящему любящего родной регион кандидата! Такого, как Юрий Евгеньевич Хамов! – Перекупиполе в ожидании заслуженной порции народного признания и возможных новых аплодисментов обвел зал возбужденным стеклянным взглядом и торжественно закончил клятвой: – Нет мне покоя, дорогие мои товарищи, и не будет, покуда эта иногородняя зажравшаяся гниль, эта ненасытная гидра ходит по нашим улицам и обманным путем крадет наши души и голоса. Пока я жив, пока в моих жилах течет кровь и бьется сердце в груди, не будет в наших рядах никаких заезжих олигархических и коррумпированных варягов! Нет – вору и проходимцу Казнокрадову! Да – патриоту и нашему любимому герою соотечественнику Хамову!
Зал во главе с Елизаветой Клеменной забился в очередных продолжительных конвульсивных овациях и экстазе. Следующий вопрос был личного характера:
– Скажите, уважаемый Алексей Андреевич, что вам известно об инциденте, произошедшем накануне между кандидатом Казнокрадовым и Юрием Евгеньевичем Хамовым? И какую роль сыграли в этом конфликте вы? Спасибо!..
– Для меня это очень сложный и очень личный вопрос. Как только я понял, что мои политические взгляды не совпадают с вороватыми и лживыми мотивами Сергея Петровича, я сразу дал понять ему о моем несогласии и противоположной позиции. Я постарался объяснить ему, что честен, неподкупен и независим, что обладаю совершенно другими моральными и деловыми принципами. Корысть, выгода и нажива – это совершенно не для меня. Но это было тщетно… – мэр выжидательно замер в последующей театральной паузе и с новыми силами продолжил: – Когда я объявил о своем желании не поддерживать его кандидатуру, то в отношении меня было применено жесткое насилие, опасное для моей жизни и моего здоровья. В номере гостиницы, куда меня привезли насильно… – глава города дрогнул и пустил слезу, – меня стали избивать!.. Вы это можете видеть, – обратился градоначальник к пишущему сословию, – по ужасным следам на моем лице! – Мэр остановился, опустил голову и затряс плечами, судорожно сглатывая слезы.
– Ну какая же гадина!.. Гнида! – не мог удержаться Сергей Петрович. – Это же просто возмутительно!..
Гусь с пониманием и озабоченностью похлопывал народного любимца по спине и негодующе фыркал. Михаил застыл с вопрошающим взглядом и испуганной гримасой на физиономии.
– Гадина! Гадина! – не мог никак успокоиться Сергей Петрович. – Подлец и извращенец!
Тем временем, задыхаясь от возбуждения и нового приступа не сдерживаемой эротической страсти, Лиза Клейменная продолжала журналистский допрос:
– Что же было дальше, Алексей Андреевич?! Мы все здесь понимаем, что вам пришлось пережить и через что пройти… Мы поддерживаем вас и выражаем самое искреннее сострадание. Продолжайте!
– Далее… Далее… – городской глава постепенно стал приходить в себя. – Далее могло произойти самое страшное, что я мог представить в своей жизни. Меня просто могли убить или даже изнасиловать! И если бы не вовремя подоспевшая помощь в лице нашего настоящего героя и кандидата Хамова Юрия Евгеньевича, не сидеть мне сейчас перед вами с непоруганной честью и достоинством!
Время неподвластно застыло на выражениях лиц, присутствующих единоверцев в кабинете главы региона. Немая сцена… Первым стал приходить в сознание помощник Михаил.
– Дядя?.. – единственное, что мог выдавить из себя молодой человек.
Сергей Петрович отрицательно затряс головой и произнес оправдательное и глупое словосочетание:
– Я здесь ни при чем!
Клейменная все не унималась и требовала новых ярких деталей и жареных подробностей:
– Что же было дальше, Алексей Андреевич?! Кто еще присутствовал в этом зверском нападении и был сообщником Казнокрадова?!
Перекупиполе интригующе улыбнулся и продолжил обличительный процесс:
– Эти имена вы все уже знаете! Они известны! Участниками коварного нападения и неудавшегося злостного изнасилования являются также глава региона Иван Иванович Гусь и помощник депутата Казнокрадова по имени Михаил!
Гусь по негласному общему одобрению молча достал из сейфа подаренную бутылку с французским коньяком.