— Черт, — пробормотала Алиса, открывая зонт.
Из-за дождя Алиса решила срезать путь домой — через переулок возле заброшенной усадьбы Кречетовых. Никто не жил в этом трёхэтажном особняке уже лет двадцать, но здание сохранилось на удивление хорошо — словно время обходило его стороной.
В поселке Запрудном дождь усилился, превратившись в настоящий ливень. Алиса торопилась домой из книжного магазина, где работала продавцом ускорила шаг, прижимаясь к стене усадьбы, чтобы хоть как-то укрыться от косых струй. И тут она заметила дверь — небольшую, с потемневшей от времени ручкой. Дверь, которой точно не было здесь раньше.
Алиса точно знала это — она ходила этой дорогой сотни раз. Но сейчас перед ней определённо была дверь. Не парадный вход, а какой-то боковой, почти незаметный.
Повинуясь порыву, она толкнула дверь. К её удивлению, та легко поддалась.
Внутри было сухо и тепло. Алиса моргнула, привыкая к полумраку, и увидела длинный коридор, в конце которого мерцал приглушенный свет. Она сложила мокрый зонт и осторожно двинулась вперёд.
Коридор вывел её в просторный зал, уставленный книжными шкафами от пола до потолка. Алиса замерла на пороге, пытаясь осмыслить увиденное. Это была библиотека — огромная, древняя, с деревянными лестницами на колёсиках, старинными глобусами и мягким светом, льющимся из неизвестного источника.
— Добро пожаловать, — раздался голос справа.
Алиса вздрогнула и повернулась. В кресле у камина (откуда здесь камин?) сидел пожилой мужчина в старомодном костюме. Тонкие пальцы перелистывали страницы книги, а очки в круглой оправе поблескивали в свете невидимых ламп.
— Я... простите, я не хотела вторгаться, — пробормотала Алиса. — Просто дождь...
— Дождь, — кивнул старик. — Он часто приводит сюда людей. Когда нужно укрыться. Меня зовут Авдей Семёнович. Я хранитель.
— Хранитель? — переспросила Алиса. — Этой... библиотеки?
— Именно так, — он закрыл книгу и поднялся. — Библиотеки несбывшегося.
Что-то в его голосе заставило Алису поверить, что она не просто забрела в частную коллекцию книг.
— Несбывшегося?
— Истории, которые могли произойти, но не произошли, — пояснил Авдей Семёнович, подходя ближе. — Нереализованные возможности. Непройденные пути. Несделанные выборы. Все они здесь.
Алиса медленно кивнула, пытаясь переварить сказанное.
— И... много таких историй? — спросила она, оглядывая бесконечные ряды книг.
— Бесконечно много, — старик улыбнулся. — У каждого человека — тысячи несбывшихся путей. И каждый из них записан. Хотите взглянуть?
Алиса вернулась в библиотеку на следующий день. Дождя не было, но дверь оказалась на месте — как будто всегда там находилась.
Авдей Семёнович сидел за столом, заполняя какой-то журнал каллиграфическим почерком.
— А, Алиса, — он улыбнулся, не поднимая головы. — Я знал, что вы вернётесь.
— Откуда вы знаете моё имя? Я не представлялась вчера.
— В этой библиотеке я знаю имена всех, — он отложил перо. — Они записаны в книгах.
Алиса осторожно прошла между стеллажами. На корешках не было названий — только даты и непонятные символы.
— Могу я... прочитать какую-нибудь книгу?
— Конечно, — кивнул Авдей Семёнович. — Только помните — эти истории никогда не происходили. Они могли бы, но мир пошёл по другому пути.
Он подвёл её к одному из шкафов и достал небольшой том в синем переплёте.
— Вот, например. История о Михаиле Кречетове, последнем владельце этой усадьбы. В реальности он умер в 1998 году, одиноким и забытым. А вот что могло бы случиться, если бы он принял иное решение в 1976-м...
Алиса взяла книгу и открыла её. Текст был чётким, словно напечатанным вчера.
"15 июня 1976 года Михаил Кречетов остановился на перекрёстке. Направо — дорога к дому, налево — к железнодорожной станции. В реальности он повернул направо. В этой истории — он пошёл налево..."
Читая, Алиса погружалась в мир, который никогда не существовал — мир, где Михаил встретил на станции женщину, ставшую любовью всей его жизни, мир, где усадьба превратилась в культурный центр, где Кречетов стал известным меценатом, дожил до глубокой старости, окружённый детьми и внуками...
— Как... печально, — пробормотала она, закрывая книгу. — Из-за одного решения такая разница.
— Вся наша жизнь соткана из решений, — Авдей Семёнович забрал книгу и поставил на место. — Каждый выбор создаёт развилку. А здесь хранятся все нереализованные пути. Их намного больше, чем тех, что осуществились.
— Здесь есть... книги обо всех людях?
— О большинстве. Не все заслуживают отдельных томов, некоторые становятся лишь персонажами в чужих историях. Но да, принципиально — о каждом.
Алиса сглотнула:
— И обо мне?
Авдей Семёнович внимательно посмотрел на неё:
— Хотите увидеть?
Книга об Алисе Соколовой оказалась тонкой — всего 27 страниц.
— Мало? — спросила она разочарованно.
— Просто вы ещё молоды, — пожал плечами хранитель. — Основные развилки впереди. Это лишь одна из возможных линий жизни, от которой вы отказались семь лет назад.
— Когда я не поступила в театральный, — догадалась Алиса.
— Именно. Эта книга о том, как сложилась бы ваша жизнь, если бы вы пошли туда учиться.
Алиса начала читать, и сердце её сжалось. В этой несбывшейся реальности она стала успешной актрисой, объездила полмира, встретила талантливого режиссёра... была счастлива.
— Я... выбрала не тот путь? — спросила она, поднимая взгляд на Авдея Семёновича.
— Нет правильных или неправильных путей, Алиса, — мягко ответил он. — Есть только выбор. В той реальности вы бы потеряли что-то другое. Что-то, что имеете сейчас.
Алиса вернула книгу и прошлась вдоль стеллажей. Неужели здесь хранятся все возможные пути? Все несбывшиеся жизни?
— А можно... можно посмотреть свою текущую историю? Ту, которая происходит сейчас?
Авдей Семёнович покачал головой:
— Здесь только то, чего никогда не будет. Настоящее хранится... в другом месте.
В следующий раз она пришла через три дня. За это время Алиса успела передумать сотни мыслей о судьбе, выборе, существовании параллельных реальностей. Она даже стала сомневаться, не приснилась ли ей вся эта история.
Но дверь оказалась на месте, а внутри по-прежнему царил полумрак, разбавленный мягким светом настольных ламп.
Авдей Семёнович сидел за шахматной доской, обдумывая ход.
— Добрый вечер, — поздоровалась Алиса. — Вы играете... с кем-то?
— С самим собой, — улыбнулся старик. — Точнее, с тем, кем я мог бы стать, если бы сделал другой выбор пятьдесят лет назад. Этот противник особенно сложен — он знает все мои приёмы.
Алиса прошла к стеллажам. Библиотека казалась бесконечной — коридоры уходили вдаль, превращаясь в лабиринт книг.
— Авдей Семёнович, а можно... можно мне самой поискать что-нибудь?
— Конечно, — кивнул хранитель. — Библиотека открыта для вас. Только учтите — некоторые двери лучше не открывать. Некоторые книги лучше не читать.
Алиса побродила между стеллажами, рассматривая корешки. Некоторые книги были древними, с потрёпанными обложками, другие — совсем новыми. Она наугад достала том в зелёном переплёте.
"Анна Нефёдова. Несбывшаяся жизнь #137".
Алиса знала Анну — пожилую соседку, которая всегда приветливо здоровалась и подкармливала уличных котов. В книге оказалась история о том, как Анна в молодости могла стать известной пианисткой, но отказалась от карьеры ради любимого человека. В реальности она выбрала карьеру и осталась одна.
Все эти годы она была одинока из-за решения, принятого пятьдесят лет назад? Алиса поставила книгу на место, чувствуя комок в горле.
Она бродила по библиотеке несколько часов, читая отрывки из несбывшихся историй. Некоторые были прекрасны, другие — ужасны. Алиса наткнулась на целый стеллаж книг о том, как могла бы сложиться история человечества, если бы ключевые события пошли иначе.
Но в одном из отдалённых залов она нашла нечто странное — книгу в ярко-красном переплёте, стоящую отдельно от других. Книгу с её именем.
"Алиса Соколова. Финал".
***
Авдей Семёнович нашёл её сидящей на полу, с раскрытой книгой на коленях. Лицо Алисы было белым как мел, руки дрожали.
— Я же предупреждал, — тихо сказал он, опускаясь рядом. — Некоторые книги лучше не открывать.
— Что... что это? — прошептала Алиса. — Это не похоже на другие книги. Это не... несбывшееся. Это...
— Возможное будущее, — кивнул хранитель. — Одно из многих. То, которое может произойти, если вы продолжите идти нынешним путём.
Алиса снова посмотрела на страницы. Там было описано, как через неделю, 17 октября, она поскользнётся на мокрых ступенях библиотеки и ударится головой о мраморный пол. Травма окажется смертельной.
— Но вы сказали, что здесь только то, чего никогда не будет, — голос Алисы дрожал. — Почему это... здесь?
— Потому что это может не случиться, — Авдей Семёнович осторожно забрал книгу из её рук. — Если вы измените что-то. Такие книги появляются, когда кому-то нужно предупреждение. Знак. Они показывают того, кто может остановиться на краю.
— Значит, я умру через неделю?
— Или нет, — старик поднялся, подавая ей руку. — Теперь, когда вы знаете, выбор за вами.
***
Дома Алиса не могла заснуть. Она ворочалась всю ночь, думая о прочитанном. Неужели судьба настолько предопределена? Или у неё всё-таки есть выбор?
Утром она позвонила на работу и взяла отгул. Весь день она провела, блуждая по городу, пытаясь разобраться в своих мыслях. Если всё предрешено, зачем библиотека показала ей эту книгу? И чем больше Алиса думала, тем отчётливее понимала — дело не в падении на ступенях. Дело в выборе, который она должна сделать до этого дня.
Выборе, который изменит её жизнь.
***
— Я не понимаю, — сказала Алиса, вернувшись в библиотеку на следующий день. — Что я должна изменить?
Авдей Семёнович разложил на столе какие-то старинные карты.
— Ты уже меняешь, просто задавая этот вопрос.
— Но я не знаю, что делать! — в голосе Алисы звучало отчаяние. — Как избежать того... финала?
— А чего ты хочешь, Алиса? — хранитель поднял на неё взгляд. — Не от чего ты бежишь, а к чему стремишься?
Она замолчала. За последние годы она так привыкла плыть по течению, что даже не задумывалась о своих истинных желаниях.
— Я... я не знаю, — наконец призналась она. — Я просто живу. День за днём.
— Вот именно, — кивнул Авдей Семёнович. — И это — твой выбор. Отсутствие выбора. Отказ от решений. Именно он привёл тебя к тому финалу.
Алиса опустилась в кресло:
— Что мне делать?
— Сделай шаг. Любой. Главное — решай сама.
***
Следующие три дня Алиса провела в размышлениях. Она перебирала свою жизнь, как коллекцию старых фотографий — что пошло не так? Когда она перестала стремиться к чему-то? Когда смирилась с серой обыденностью?
Она пересмотрела свои страхи, желания, мечты. Позвонила матери, с которой не общалась два года из-за глупой ссоры. Написала бывшему однокласснику, в которого была тайно влюблена все школьные годы. Подала документы на курсы литературного мастерства.
Мелкие решения, маленькие шаги. Но каждый из них был осознанным, каждый делал её жизнь более... её собственной.
16 октября, за день до предсказанной даты, Алиса снова пришла в библиотеку. Авдей Семёнович встретил её у входа.
— Ты изменилась, — заметил он.
— Я надеюсь, — улыбнулась Алиса. — Я хотела сказать спасибо. И... попрощаться.
— Уезжаешь?
— Да. Подруга предложила поехать с ней в Санкт-Петербург. Мы давно планировали, но я всё откладывала. Теперь решилась.
Авдей Семёнович кивнул:
— Хороший выбор.
— Та книга... "Финал"... она изменилась? — спросила Алиса.
— Зачем тебе знать? — старик улыбнулся. — Ты уже всё решила.
***
17 октября Алиса проснулась рано. Собрала чемодан, выпила кофе, в последний раз оглядела квартиру. Поезд отправлялся в 11:40.
По дороге на вокзал она прошла мимо усадьбы Кречетовых. Дверь библиотеки была на месте. Алиса на мгновение остановилась, но решила не заходить. Некоторые истории лучше не знать наперёд.
В этот же день в городской библиотеке, где Алиса никогда не была, библиотекарь заметил странную женщину у выхода. Та стояла у подножия мраморной лестницы, словно чего-то ожидая. Пять минут спустя молодой человек, спускаясь по мокрым от дождя ступеням, поскользнулся и начал падать. Женщина мгновенно оказалась рядом, удерживая его от падения.
— Осторожнее, — сказала она. — Здесь скользко.
— Спасибо, — парень с благодарностью посмотрел на неё. — Я мог серьёзно удариться.
— Иногда достаточно незначительных вещей, чтобы изменить судьбу, — улыбнулась женщина и вышла под дождь, не раскрывая зонта.
Алиса Соколова в это время уже была в поезде, уносящем её в новую жизнь. А в старой усадьбе, в Библиотеке несбывшегося, на самой дальней полке стояла книга в ярко-красном переплёте. Её страницы были абсолютно пусты, а на корешке значилось:
"Алиса Соколова. Несбывшийся финал".