Эльвира Станиславовна очень себя любит. А как не любить если она идеальная женщина? Во-первых, красавица! Даже сейчас, в свои далеко за пятьдесят, она ещё как картинка. Не важно, что красота не от природы, а нарисована на личике, но картинка. И вот, что удивительно, её ничего не портит: ни нос картошечкой, ни морщины как у печеного яблочка, ни обвисшие как у мопса щёчки. Стоит ей на улице появиться как все встречные и поперечные на неё засматриваются и многие вслед оборачиваются. А некоторые особи мужского пола комплименты говорят. Вот, буквально на днях, двое мужиков у магазина ей столько комплиментов наговорили и ста рублей не жалко, что между делом выпросили.
Ежедневно, с самого раннего утра она крутит бигуди, рисует бровки, красит глаза, наносит тональный крем и румяна, выводит яркой помадой губки бантиком. Потом долго смотрится, смотрится в зеркало: хороша чертовка! Это её мнение, а оно не может быть ошибочным.
И муж это подтверждает ежедневно. Тут, конечно, можно сказать, что муж человек заинтересованный. Как только она открывает рот, чтоб отчитать его за очередной приход "на бровях", он сразу осыпает её комплиментами. Горячо поясняет ей, что пьёт по трем причинам: первая - всегда беспокоиться как бы такую красоту у него не увели. Вторая, естественно, волнуется за её здоровье. И третья, конечно, с устатку.
А уставать ему есть от чего. Всю жизнь работает минимум на двух, а то и трех работах. Ведь Эльвирочка по слабости здоровья работать не могла. Он даже сейчас, будучи на пенсии, работал сторожем, дворником и на полставки электриком на предприятии где когда-то был главным инженером.
Вторым её достоинством было то, что она мать от Бога. Большими трудами и заботами вырастила двоих сыновей, дала им образование. Один окончил техникум, а второй пару лет не доучился в институте, поскольку из-за лени не смог сдать сессию и его отчислили не взирая на оплату обучения.
Оба рано женились. И она, как добропорядочная мать, с первых дней женитьбы так и до сих пор, по силе возможности помогает им в семейной жизни советами и контролем.
И в третьих, она хозяйка каких поискать. Все, что касается быта, она вполне может быть консультантом на высшем уровне. Тут надо сказать, что основную работу по дому выполняет супруг, но под её строгим присмотром.
Только две проблемы портили ей жизнь: слабое здоровье и ехидные соседки. За восемь лет проживания после обмена в это дом так и не влилась в их дружный коллектив. Ну, вторая проблема это так, заморочки.
А вот с первой справиться трудно. Она просто не решаема. Помните персонажа из "Трое в лодке не считая собаки" Джерома К. Джерома? Там главный герой после прочтения медицинской энциклопедии обнаружил у себя признаки всех болезней кроме родильной горячки. Вот та же самая ситуация. Только в одном отличие и было, что у неё эта "родовая горячка", в современном варианте - депрессия, была. Правда, она о ней не знала в свое время, поскольку книгу Джерома К. Джерома не читала. К тому же сорок лет назад моды на депрессию ещё не было. Это сейчас, когда все сплошь и рядом "сидят в интернете", депрессия стала просто бедствием. Каждая вторая молодая мамочка считает своей обязанность ею переболеть. И пусть современная мамочка родила дите как выплюнула поорав от души пару часов, но "переболеть" депрессией просто обязана. А чем Эльвира Станиславовна хуже?
Теперь в своих воспоминаниях часто упоминает как она тяжело переболела этой самой горячкой. И при случае всем рассказывает как ей было трудно и какая она была самоотверженная мать, что с самой тяжёлой депрессией в мире была самой лучшей матерью своим младенцам.
По её рассказам у неё все, всегда было или многим лучше, чем у других, или же, наоборот, в разы трагичнее чем у собеседниц. Допустим, если речь идёт о пирогах, то такие, какие стряпает она нет даже в парижских ресторанах. Но она ни с кем, никогда не станет делиться фирменным рецептом.
- Да Бог с ним, не делись, - злорадствуют соседки. - Ты бы хоть один на всех пирог вынесла, угостила нас. А то помрем и самых вкусных пирогов не отведаем.
- Так нету. Вот только настряпала как все враз до последней крошечки съели. Даже самой не досталось, - поясняет, доедая пирог которым её угостила соседка. - Не плохой пирог, можно сказать, съедобный. Тесто как резиновое и начинка пересолена. До моих-то пирогов все же далеко! У меня же тесто как пух и начинка вот прямо пальчики оближешь.
Соседка губы поджимает и начинает обижаться. А чего обижаться коли все, что говорит Эльвира Станиславовна, чистейшая правда.
И тут же, не обращая внимания на соседку с её поджатыми губами, рассказывает:
- Вчера мясо запекала в духовке. Так невестка вот прямо с ножом к горлу: мама, научите меня так же готовить!
- Может поделишься рецептом? - пристают зловредные старухи.
- Всё просто. Ваня мясо отбил, замариновал. А я его в фольгу и в духовку. Такая вкуснятина. С пальцами чуть не съели.
- А маринад-то какой, чего намешала?
- Не знаю, говорю же - Ваня мариновал. Я же вчера так болела! Думала не встану.
Со всей душой начинает на здоровье жаловаться. Соседки переглядываются, посмеиваются: секрет как она болеть любит. Болеет от души и только со смертельным исходом. Как она дожила до своих лет удивляет всех без исключения.
Стоит кому-нибудь пожаловаться на недомогание как выясняется, что у неё эта болезнь уже давно в наличии только в несколько раз тяжелее. Больница для неё что дом родной. Узнает, допустим, что у соседки обнаружили гипертонию второй степени, то у неё тут же непременно седьмой степени будет. От пороков сердца и сердца уже не должно остаться, а она болеет всеми и сразу. Лечиться тоже самозабвенно. Принимает таблетки, что прописал врач, что пьёт соседка и что назначила себе сама.
Не берусь утверждать какие у неё головные боли, а у врачей местной поликлиники от неё мигрень не проходящая. По её мнению в России медицина поставлена не на должном уровне, как правило, очередную болезнь у неё в упор не находят, приходиться диагноз ставить самой. Очень разочаровывается бестолковостью медиков и ещё больше болеет именно этой болезнью.
"Скорая" у них бывает гораздо чаще чем у всех пенсионеров их дома вместе взятых. А дом не маленький, пятиэтажка на четыре подъезда. И пенсионеров в нем как селёдки в бочке. Так ведь и понятно. В одно время и примерно в одном возрасте заселились. Вот и получается, что у неё в жизни две заботы: здоровье и отпор соседкам достойный дать.
А какие ещё могут быть заботы?
Дети её навещает редко. Только по великим праздникам и то, если отвертеться не удаётся. А чего детям ходить когда она почти ежедневно сама их навещает? Следить за невестками кто будет? Не важно, что у самой чистая посуда от грязной только и отличается местом расположения на полке или в раковине. Невесток контролировала жёстко, спуску не давала. Не забывала себя в пример поставить:
- Ты же знаешь, что у меня всегда идеально чисто!
Словно они у свекрови сроду дома не бывали и порядка не видели.
На этой почве со старшей снохой в контрах. Старшая плохо родителями воспитана и непременно с сарказмом свекрови отвечает:
- Имели счастье видеть. И пример с вас, Эльвира Станиславовна, брать совсем не хочется. С такой идеальной чистотой и дизентерией заболеть не долго.
И перелаются. По этой причине уехал старший сын с семьёй в другой город от греха подальше. А с младшей, ничего, ладят. Ещё бы не ладили. Младшая сноха со свекровью как две капли воды характерами похожи. Словно Эльвира Станиславовна самолично её с малолетства воспитывала. В одном только отличие - невестка на работу ходит. Кормилец-то, сынок Эльвирин, не сильно к работе стремится. Это её Ванечка на двух, а то и трех работах вкалывает, а сынок далеко не в папу. Не разбежится. Слава Богу хоть, наконец-то, по себе работу нашёл и уже который год на одном месте держится. И дома не торопится к чему-нибудь руки приложить. Поскольку воспитан был лучшей в мире матерью правильно, то строго делит домашнюю работу на мужскую и женскую. И не делает ни ту, ни другую.
Продолжение тут.