Близнецы
В нашем маленьком городке, где все друг друга знают, со мной в школе учились два брата-близнеца - Гена и Юра. Внешне братья были похожи как две капли воды, но Гена чуть шире в плечах, поэтому их никогда не путали. Характерами же они отличались сильно.
Гена - вечный озорник. Даже в старших классах норовил дёрнуть девчонок за косички, хотя те и жаловались, и ругались. С пацанами тоже не церемонился - лез в драки, всегда старался быть первым. А Юра… Юра был тише воды, ниже травы. Тень брата. Но зато учился куда лучше.
Весной, как только сошёл снег, они пропадали во дворе до темноты. Как раз тогда на детской площадке поставили новые качели - "солнышко". Наверное, нет в России ребёнка, который бы не знал эту опасную забаву: раскачаешься так, что качели переворачиваются через перекладину, и вот ты уже висишь вниз головой, а земля уходит из-под ног. Самые лихие умудрялись делать "солнышко" даже стоя.
Гена был из таких. Ему нравился этот взрыв адреналина - он воображал себя космонавтом, покоряющим невесомость. Раз за разом у него получалось, и с каждым новым переворотом он задирал планку выше. Юра же боялся даже пробовать.
Но "солнышко" - штука коварная. Чтобы удержаться в верхней точке, нужны руки, как у гимнаста. А у обычного парня, даже крепкого, сил может не хватить. То ли Гена переоценил себя, то ли после дождя железо было скользким - только в тот раз он сорвался.
Упал.
А следом - ударили качели.
В районной больнице врачи ничем помочь не смогли.
Они были одним целым
На похоронах стояла непривычная тишина - странная для такого количества людей. Вся школа, соседи, почти половина городка пришли проводить Гену. Но тяжелее всего было смотреть на его родителей. Они застыли у гроба, будто высеченные из камня, и в их глазах читалось то, что нельзя выразить словами.
А Юра... Он был здесь, но как будто отсутствовал. Бледный, с пустым взглядом, он стоял у гроба, словно пытаясь осознать: как теперь жить? Шестнадцать лет они были неразлучны. Одна комната, одна парта, одни улицы. Они понимали друг друга без слов, смеялись одновременно, даже болели в одно время. А теперь - пустота.
Когда гроб начали опускать в землю, губы Юры задрожали. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, но слёзы всё равно катились по щекам. Кто-то из одноклассников робко тронул его за плечо, но Юра даже не повернулся. Он просто смотрел, как исчезает под землёй последнее, что связывало его с собственной душой.
В тот момент все поняли: хоронят не просто Гену. Хоронят часть Юры. Часть их родителей. Часть каждого, кто знал этих двух мальчишек, всегда бывших вместе.
А потом все разошлись. А Юра остался. Он стоял у свежей могилы, пока не стемнело. И никто не решился подойти. Как можно утешить того, кто потерял не просто брата - а своё второе "я"?
И только чёрная лента на фотографии напоминает о том, что иногда детская удаль обходится слишком дорого.
Может, если бы Гена знал, чем всё закончится, он бы десять раз подумал, прежде чем лезть на эти качели. Но назад время не повернёшь. Остаётся только помнить и учиться на чужих ошибках.
Потому что жизнь - не "солнышко". Её не перевернёшь заново.