ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Бали бей осмотрел троицу, которую вызвал в рабочий кабинет. Внешне Дайе-хатун, Сюмбюль-ага и Нигяр-калфа сохраняли спокойствие, но было, видно, что они взволнованы. Хранитель покоев и сам испытывал некое беспокойство. Айше-хатун нашли рано утром повешенной в бельевой комнате. Главный лекарь провёл тщательное обследование и вынес печальный и ужасный вердикт. Наложницу сначала задушили, вырвали язык, а потом уже подвесили на тонком и прочном шнурке.
Бали бей по одиночке опросил каждую девушку, а вот хазнедар, главного евнуха и ункер-калфу решил допрашивать вместе. Его коробило от одного слова"допрос", но расследование должно идти по всем правилам.
-Бали-бей! -первая не выдержала Дайе-хатун. -Я уже... То есть мы наслышаны о показаниях наложниц.
-Аллах, Аллах! -вставил Сюмбюль, прикладывая руку к щеке. -Ужасное происшествие! Что только не болтают.
-Вся их болтовня сводится к одному. -подала голос Нигяр. -Но этого не может быть!
Хранитель покоев качнул головой.
-Да! Почти все девушки говорят, что Хюррем-султан угрожала Айше. И буквально через день её находят мёртвой.
-Это и дураку ясно! -выпалила Нигяр. -Госпожу подставили.
Мужчина был согласен с женой Матракчи. Кто-то решил воспользоваться брошенными словами фаворитки и намеренно провёл убийство.
-Хюррем-султан ещё молода и неопытна. Она погорячилась. -вздохнула Дайе. -И нас не было рядом.
-Ай-ай! -закачался главный евнух в разные стороны. -Этих балаболок нельзя оставлять без присмотра. Ох, чуяло моё сердце... Надо было кому-нибудь из нас остаться.
-И я не смогла с ними справиться. -вторила расстроенная Нигяр.
-Повелитель потребовал, чтобы я вас наказал. -Молкочоглу развёл руками. -Но я не хочу этого делать.
-Господин! -удрученно произнесла Дайе. -Мы готовы понести любое наказание.
Троица смиренно потупили глаза.
-Вот же.. незадача. -в сердцах проскрипел Бали бей. -Я сказал повелителю, что это сильно расстроит валиде-султан. Она только начала поправляться... А тут такое. Конечно, ваше наказание это чистая формальность... Но как таковой вашей вины нет. Валиде была в курсе вашей отлучки .
Мужчина скользнул обескураженным взглядом на хазнедар и главного евнуха.
-Это пустяки, Бали бей! -вяло махнул рукой Сюмбюль. -Вот что будет с госпожой? Неужели она пострадает из-за подлой убийцы?
-Повелитель вызвал к себе свою фаворитку. И разбираться с ней будет сам. -ответил хранитель покоев. -Тем более валиде не сказали истинных причин. Ей преподнесли смерть девушки, как самоубийство.
-Но слухи до неё дойдут все равно. -сказала Дайе. -Махидевран-султан порывается к ней пойти. Уж она то может учинить скандал.
-Я вызывал бас-кадину к себе. -заметил Бали бей. -И предупредил её, чтобы не беспокоила госпожу напрасно.
-Ох-ох! -заквохтал Сюмбюль, скорчив презрительную мину. -Разве она послушает?
-Я поставил у дверей валиде охрану и приказал никого не впускать. Иначе им не поздоровится.
Троица с явным сомнением переглянулась.
-Но я вас позвал, чтобы задать самый главный вопрос. -мужчина поднял палец. -Вы давно служите в гареме. Сами как думаете? Кто мог совершить убийство?
Наступила тишина, и долгожители гарема сосредоточенно обдумывали дилемму. Сюмбюль почесал затылок.
-У меня на ум только приходит одно. -изрёк он. -А не устроила расправу Махидевран?
-Я тоже думаю, что заказала она. -вполголоса протянула Дайе. -Её служанка Гюльшах хитрая бестия.
-А может Садыка? -вырвалось с губ Нигяр. Она выразительно посмотрела на хранителя покоев.
-Да, нееет! -замахал руками Сюмбюль. -Девушка совсем недавно в гареме. И о ней все хорошего мнения....
-Тем не менее она быстро завоевала доверие бас-кадины. -возразила Нигяр. Её так и подмывало сказать о гнусном поступке, но встретив предупредительный взгляд Молкочоглу, прикусила язык.
-Ни Гюльшах, ни Садыки, ни самой Махидевран на тот момент в гареме не было. То есть при инциденте. -заметил мужчина.
-Сплетни быстро распространяются. -вставила Дайе. -Но вот...
-Что вот? -хранитель покоев внимательно уставился на женщину.
-Я не знаю... Это надо иметь большую силу, чтобы задушить девушку, да ещё... Вырвать язык. -хазнедар поморщилась. -А потом ещё и подвесить. В бельевой очень высокий потолок.
-Это я заметил. -кивнул Бали бей. Сомнения терзали его сознание. Тут поистине нужна мужская хватка. Гюльшах крепкая девица, но в одиночку точно не могла. А Садыка так и подавно. А может они втроём действовали? Но Махидевран насколько он знал сама не станет марать руки. И явно это не её идея. Значит действовал мужчина.
Хранитель покоев устало потер лоб. Бесконечные допросы утомили молодого человека.
-Вот что. -монотонно проговорил хранитель покоев. -Ступайте по своим делам. Я подумаю...
-А наказание? -спросила Дайе.
-Ох! Будь оно неладно. -пробормотал мужчина, закатив глаза. Плечи его недоуменно приподнялись.
-Идите! Я попробую ещё раз поговорить с повелителем.
*************************
В это время Хюррем стояла перед возлюбленным. Как только она ступила в султанские покои, то на неё повеяло холодом. Сулейман, мужчина, которого она любила больше жизни не встретил её с распростёртыми объятиями и радостной улыбкой, как это бывало раньше. Он стоял с отчужденным видом , натянутый, как струна и блуждающим взглядом смотрел в окно.
Русская красавица испытала острую боль в груди. Она уже знала, что в гареме судачат и обвиняют в смерти Айше именно её. Но русские не сдаются! Славянка поклонилась и гордо вскинула голову.
-Сулейман! Я так понимаю ты не веришь мне? Считаешь, что я могла совершить бесчестную расправу?
Султан прерывисто вздохнул.
-Нет, Хюррем! -произнёс он тихим, но чётким голосом . -Ты не могла.
-И это всё, что ты можешь мне сказать? -выпалила фаворитка.
Мужчина снова вздохнул.
Это буквально взбесило девушку. Но она приказала себе не кипятиться.
-Сулейман! Я допустила оплошность., сказала лишнее. И ты должен понимать, что меня подставили.
-Вот именно, Хюррем! Тебе не стоило кидаться угрозами. Видишь что из этого вышло?
-Я то вижу. -ответила славянка, пытаясь поймать взгляд любимого. -Но меня огорчает твоё недоверие. И твоя холодность. Пусть все кричат о моей вине, которой нет , но твоё молчание, как нож в сердце.
-Я не молчу, Хюррем! -отозвался султан . -Я тебя и позвал разобраться.
-Разобраться? Да ты даже не смотришь на меня! Не говоря уж о прочем. В таком случае лучше бы меня не звал. Бросил бы в темницу... И голову с плеч.
-О, Аллах! Хюррем! -воскликнул мужчина. -Что ты такое говоришь?
Фаворитка подавила в себе желание расплакаться. Слезы так и подступали к горлу.
-А как мне говорить? Мой любимый мне не верит.
-Я верю тебе! -сказал Сулейман. -Но пойми... Всё свидетельствует против тебя. Зачем ты пошла разбираться с Айше? Зачем надо было говорить не подумав? А, если бы она набросилась на тебя? У тебя маленький ребёнок...
-У нас, Сулейман! -поправила Хюррем.
-У нас. Наш шехзаде. -кивнул султан. -И тебе не стоило... Это не твоё дело. Дайе, Сюмбюль и Нигяр будут наказаны за то, что позволили устроить беспорядок. Валиде больна, а они плохо справляются со своими обязанностями.
-Сулейман! Валиде сама отпустила их на базар. А Нигяр одна не смогла противостоять. Я пришла на помощь. Неужели я не имею слово?
-Есть ещё Махидевран. -буркнул мужчина.
-Ах, ну да! -с сарказмом улыбнулась Хюррем. -Я забыла. Только вот она не горела желанием прийти и успокоить ораву наложниц. -Похоже сей скандал ей только на руку.
-Хюррем! В конце концов мне бы доложили. -опуская глаза, проговорил Сулейман.
-Ага! Пришёл мужик усмирять баб! Ещё бы сам получил. -вырвалось у девушки на русском.
-Что? -удивлённо спросил султан. -Что ты сказала?
Славянка досадно поджала губы.
С другой стороны она пыталась не рассмеяться. Уж на её родине когда женщины дерутся лучше в драку не вступай. Особенно мужчине. Отхватит по полной.
-Хюррем! Твой порыв был отчасти справедливый, но этим ты нажила себе проблемы. Тебе надо было находиться в своих покоях. Заниматься Мехмедом...
-Дааа? -протянула русская красавица и сложила руки на груди. -А ты в курсе, что Айше, потеряв совесть приперлась в мою комнату , пока я навещала валиде и требовала освободить мои покои? Объявила себя фавориткой! Коей не являлась. Вот интересно, чтобы было, если бы у вас состоялся хальвет? Это неслыханная наглость!
Славянка возмущённо тряхнула рыжей копной.
-Я бы разобрался. -изрек султан.
-Да! -кивнула славянка. -А перед этим глупые курицы превратили бы всё в пух и прах! Пришёл бы на пепелище.
-Хюррем! Ты преувеличиваешь.
-Ага! Какой вообще толк от стада тупых овец? Ведь ни одна не догадалась, что за такое поведение их по головке никто не погладит. Зачем тебе вообще гарем?
-Хюррем! Султану положено иметь наложниц. Это давние традиции. -медленно проговорил мужчина. -Не забывай. В Турции свои порядки и устои.
Хюррем подавила в себе гнев и обиду.
-Я знаю. Но и ты не забывай, что я родом из России, где между мужчиной и женщиной заключается брак. И жена у мужа одна, так же, как и муж у жены. И я выросла именно в таких традициях...
-Хюррем! -султан сдвинул брови.
-Подожди! -девушка выставила ладонь. -Я приняла ислам, я приняла турецкий уклад. Я твоя фаворитка, мать нашего сына шехзаде Мехмеда. Ради тебя я согласилась на всё! Лишь бы быть с тобой рядом. Потому что люблю тебя!
-Хюррем! -впервые за весь разговор, глаза мужчины залучились. -И я люблю тебя. И ради тебя не принимаю у себя наложниц. Хотя мог бы.
-Тогда опять повторюсь. Зачем тебе гарем? -с напором проговорила славянка.
-Так положено, Хюррем! -ответил мужчина. -Это османские законы.
-Ну да. -покачала головой девушка. -Законы иметь гарем. Закон не совершать с наложницей никях, даже если любишь. А самый главный закон. Закон Фатиха.
Славянка подошла близко к возлюбленному.
-Сулейман! Я тебе родила сына, и я не хочу, чтобы.... Это ужасный закон... Почему надо следовать этим традициям? Разве ты не можешь отменить? Ты ведь султан!
-Послушай, Хюррем! Веками все султаны соблюдали обычаи. Они придуманы не мной. Ты требуешь от меня невозможного.
-Я не требую. -сдерживая слезы, прошептала девушка. -Я прошу. Всё в твоей власти.
-Хюррем! Я тебя поставил на самую вершину...
-Ох, Сулейман! -воскликнула русская красавица. -Ты меня не понимаешь? Какая вершина? Я в опасности! И наш сын тоже! Сейчас меня обвиняют в убийстве. И так будет, потому что каждая девушка в гареме тешит себя надеждой занять эту вершину. Махидевран ведёт свои козни. Ты считаешь я ничего не вижу и не слышу? В какой-то степени я её понимаю. У неё тоже сын. Только ей нужна власть.
-Махидевран тебе не соперница. -возразил падишах. -А уж другие и подавно.. Ты напрасно думаешь, что я тебе не верю. Если бы не верил, то ты уже давно была на дне Босфора.
-Да! Я поняла. -кивнула Хюррем. -И так же поняла, что всего лишь рабыня. Ты хорошо это продемонстрировал. -с горечью выдавила славянка.
-Хюррем! Что ты ещё хочешь? -вскричал падишах. Его губы задрожали, и мужчина отвернулся. Оба понимали, что за всё время это первая, крупная ссора.
-Повелитель! -тихо произнесла Хюррем. -Сделайте хотя бы одно. Эта просьба точно вам под силу. Не наказывайте Дайе-хатун, Сюмбюля-агу и Нигяр-калфу. Они ни в чем не виноваты.
Фаворитка поклонилась и вышла за дверь.
-Ох, Сулейман! -прошептала она. Слезы брызнули из глаз. Хюррем побрела, словно в тумане по длинному, как ей казалось нескончаемому коридору.
*************************
Садыка проследила за рыжеволосой султаншей и отметила про себя, что та вышла от повелителя в слезах. Шпионка довольно потерла руки. Ей не терпелось пойти рассказать бас-кадине, но один вопрос возник у неё в голове. Почему султан не приказал бросить русскую наложницу в темницу? Но потом она откинула навязчивую мысль. Скорей всего он решил её казнить, но сделает это позже. Может даже и прилюдно. Иначе чего ей заливаться слезами?
Девушка повернула в обратную сторону и нос к носу столкнулась с Гюльшах.
-А! Подруга! -гнусаво протянула соперница на звание лучшей служанки. -Ты всё рыскаешь?
-О чем ты? -лениво осведомилась Садыка и притворно зевнула.
-Всё дурочку из себя строишь? -не унималась Гюльшах, ехидно скривив рот. -Это ты расправилась с Айше?
-У тебя с головой всё в порядке? -Садыка постучала пальцем по лбу. -Чего мне её убивать? Все знают, что это сделала русская ведьма. Она же ей угрожала.
-Русская ведьма только угрожала. -возразила служанка. -А ты убила. Я не вчера родилась. И меня не проведешь.
-У тебя разыгралось воображение! -хмыкнула шпионка. -Или ты пожалела её? А что скажет на это Махидевран-султан? Может ты перешла на вражескую сторону?
-Что ты несёшь? -возмутилась Гюльшах.
-Это ты мелешь попусту. -парировала Садыка. -И прекрати за мной следить! Иначе я пожалуюсь госпоже, и ты вылетишь, как пробка!
Девушка вскинула голову и устремилась прочь. Гюльшах с перекошенным лицом злобно провожала её взглядом.
-Приблудилась, замарашка! Шушера помойная! -прошипела служанка. -Подлизалась к госпоже.Я тебе устрою веселенькую жизнь! Попомнишь меня, селёдка плоскогрудая!
Гюльшах плюнула в сердцах на мраморный пол.
*************************
Сулейман закончил работу и отложил инструменты. На сердце мужчины лежала огромная тяжесть. Он так и не смог отвлечься от мрачных, терзающих мыслей. Султан понимал, что очень сильно обидел любимую женщину. Последние события навалились и сдавливали горло невидимой, цепкой рукой. Иногда ему казалось, что трудно дышать. Воздуха, живительного и свободного катастрофически не хватало.
Сулейман оглядел брошь в виде тюльпана-символ Османской династии и прерывисто вздохнул.
-Хюррем! Простишь ли ты меня? Моя непокорная, гордая госпожа?
Мужчина поднялся и хотел кликнуть стражу, чтобы позвали хранителя покоев, но слова застряли в горле. Он покачал головой. Нет! Хюррем может и не прийти ко мне. Сулейман грустно усмехнулся.
Повинуясь неведомому порыву, султан вышел из покоев. Стражи поспешно поклонились, но венценосный правитель даже не заметил их. Размашистым шагом он прошествовал по коридору и свернул в гарем.
-Дорогу уууу! -завопил кто-то из слуг. -Султан Сулейман хан хазретлери!.
Падишах пересёк помещение, не удостоив и толикой взгляда строй юных наложниц.
Сулейман подошёл к дверям, откуда доносился знакомый, нежный голос. Колыбельная. Сладкое и в то же время горькое томление прокатились по телу, задевая струны, растопленной души.
Великий правитель легонько толкнул дверь и вошёл в уютную, наполненную теплотой комнату.
Он увидел сразу, склоненную над детской кроваткой золотоволосую голову и уловил мягкий, красивый профиль.
-Повелитель! -юная мать вскочила и поклонилась. Печальный взгляд голубых глаз не ускользнул от падишаха.
-Мехмед уснул? -вполголоса спросил мужчина.
Хюррем кивнула. Сулейман приблизился к кроватке. Малыш тоненько сопел, чуть приоткрыв ротик.
Волна восторга и умиления заполнили каждую клеточку мужского тела.
-Ты пела новую колыбельную. -сказал султан.
Хюррем молчала.
Султан заметил , как дрожат длинные ресницы фаворитки. Он протянул руки и взял хрупкие плечи, осторожно сжал, а потом приподнял лицо возлюбленной, касаясь пальцами подбородка.
-Хюррем! -хрипло проговорил Сулейман. -Я обидел тебя! Мой чудесный, райский цветок! Прости своего раба, любимая! И прими этот тюльпан! Я сделал его для тебя.
Он протянул брошь на раскрытой ладони.
Славянка смотрела на драгоценность отрешенным взглядом.
-Прошу тебя, Хюррем! Это от всего сердца! От любящего сердца! -подчеркнул мужчина, поглаживая гладкую, нежную кожу.
Фаворитка закусила губу, и ей не получилось сдержать слез.
-Сулейман! -прошептала она и потерлась щекой о сильную ладонь.
-Я люблю тебя, моя русская красавица! Ты не рабыня! Ты моя яркая, путеводная звезда! Выведи своего заблудшего путника на верную дорогу! -султан улыбнулся и принялся вытирать прозрачные капельки.
Он обнял и притянул девушку к себе. Уткнулся губами в маленькое ушко.
-Прости! Я болван! Недостойный тебя тупоголовый осёл!
Хюррем фыркнула, и тут же влюблённые весело рассмеялись.
-Ох, Сулейман! -помотала головой славянка , разметав искры золотых волос. -И я ведь люблю этого болвана и осла! Очень люблю! Всем сердцем!
И всепрощаюшая ,вечная любовь соединила их души, слившись в нежном поцелуе.
***************************
Прошло несколько дней, и про "несчастный" случай в гареме никто не вспоминал.
Со дня на день, злобствующая Махидевран ожидала провозглашения о лютой казни ненавистной соперницы. Но ничего не происходило. И вот в священный вечер четверга, когда султан позвал к себе русскую ведьму, черкесская княжна не выдержала. Она вылетела из своих покоев и стремглав помчалась к валиде.
Айше-Хафса , только отпустила девушку, которая делала ей масках. Женщина с удовольствием пила щербет, смакуя божественный напиток. Бас-кадина вломилась без стука и с порога завопила:
-Валиде! До каких пор это будет продолжаться?
Опешившая и возмущённая мать султана от такой дерзкой выходки чуть не поперхнулась и уставилась на невестку.
-Что ты себе позволяешь, Махидевран? -осведомилась она и поставила бокал на столик.
Разъярённая фурия, сверкая глазищами ещё больше заверещала.
-Я позволяю? Я мать наследника! А эта убийца! Ведьма! Она что себе позволяет? Почему её до сих пор не казнили? Или ждёте, что она и дальше будет убивать?
-Хюррем не убийца! -заступилась валиде. -Прекрати наводить гнусную клевету!
Весенняя роза продолжала выпускать острые шипы. Она подбоченилась и гневно заклокотала:
-Все подтвердили её причастность к убийству. А вам вздумалось защищать негодницу? Она околдовала не только султана, но и вас! Даже, если она вонзит вам в горло нож, то и тут вы будете утверждать, что она не убийца? Откройте глаза, валиде!
-Я уже открыла глаза. -презрительно проговорила Айше-Хафса. -И вижу что ты совершенно растеряла остатки разума. Сейчас же ступай к себе и займись сыном! Ты совсем забыла о его существовании!
-Я требую выкинуть отсюда эту мерзавку! Сейчас же! -затопала , взбешенная султанша. Лицо покрылось багровыми пятнами .
Валиде подошла к невестке и отвесила сильную, хлесткую пощёчину.
Махидевран пошатнулась и схватилась за щеку.
-Отрезвела? -чуть ли не выплюнула мать султана. Она схватила молодую женщину за плечи, несколько раз встряхнула и развернув её спиной толкнула к выходу.
-Стража! -скомандовала валиде. Тут же появились два охранника.
-Посадите её в Западную башню. Под замок! -отчеканила Айше-Хафса. Стражи подхватили под руки, обескураженную бас-кадину. Валиде ухватилась двумя пальцами за острый подбородок.
-Ты просидишь три дня взаперти на одной воде и хлебе!И если ты за это время не одумаешься и не начнёшь вести себя, как подобает матери наследника, то я самолично вышлю тебя туда откуда ты больше никогда не вернешься! И Мустафу у тебя заберу! Ты хорошо меня слышишь?
Махидевран судорожно сглотнула, и стражники потащили её по коридору, словно набитый сеном мешок.