Наблюдать и слушать об успехах слаженной работе правительства и думы под руководством президента трезвому и здравомыслящему человеку невозможно. Картинка блестит отшлифованными лысинами, ухоженными бородками и замысловатыми причёсками и все вместе «балдеют» от игры в победную симфонию. Но обыватель вместо эвфонии (благозвучия) слышит «Какофонию» (др.-греч. κακός – «плохой» + φωνή – «звук») — сочетания звуков, воспринимаемые как хаотическое и бессмысленное их нагромождение. Какофония образуется, как правило, в результате случайного сочетания звуков (например, при настройке оркестра) или режущего сочетания звуков в стихах.
«Какофонисты» при подаче своих успехов и оценке своей деятельности не гнушаются ничем. Съедобный «картофан» дороже апельсинов и мандаринов – так это сезонное колебания цен. А то, что остальные ценники на харчи вибрируют от перевозбуждения в позиции «На старт! Внимание!» и ждут команды «Марш!» их не волнует. Главное костюмчик на бывшем министре по сельхоз.делам и платьице на новом.
Обожают «какофонисты» считать ВВП по ППСу. Где длина меряется в литрах, объёмы в градусах, а результат в инфляционных рублях. Разумеется, получается небывалый рост, разгон, рывок, прорыв и бесконечные нац.проекты –удары по бездорожью и разгильдяйству, бедности и неосвоенному курортному берегу Арктики. Есть к чему стремиться.
Небывалых успехов достигли «какофонисты» во внешней политике. СВО, санкции – мелочи. Главное – наш Трамп банкует в Белом Доме в Вашингтоне в Овальном кабинете. Это же надо добиться – засунуть своего парня президентом США. Вон он пусть и думает: как прекратить достойно СВО, снять с России санкции. Мы будем ставить ему задачи, требования, игриво переглядываясь между собой рассуждают «какофонисты», а он пусть выполняет. Сам напросился на роль «агента Кремля», пусть сам и пашет.
Подыгрывают всеми силами «какофонии» в ЦИКе, ФОМе, ВЦИОМе, РОССТАТе. Как взяли ноту «в 87 %», так и не могут с неё соскочить.
Как какофонический оркестр «Ветрофон» из романа Н. Носова «Незнайка в Солнечном городе»: Он был небольшой и состоял всего из десяти коротышек. Один из этих коротышек играл на консервной банке, другой пел, третий пищал, четвёртый визжал, пятый хрюкал, шестой мяукал, седьмой квакал; остальные издавали другие разные звуки и били в сковороды. Любители музыки приходили на концерты этих модных оркестров, слушали и с истерзанными до боли ушами возвращались домой, проклиная на чём свет стоит всякую какофонию, ветрофонию и своё собственное существование в придачу.
Но вот в некоторых странах обыватели, разглядывая музыкантов и дирижёров через дно гранёного стакана после «литрового пробега», ставят «каком к верху» и наказывают. Отправляют в отставку, бывает и похуже. Слушают «Лебединое озеро» и смотрят танец «белых лебедей». Как-то приятнее для уха и глаза наблюдать иногда балет, а не бесконечную какофонию.