Однажды протоиерею Димитрию Смирнову (уже покойному) в прямом эфире поступил звонок от пожилой телезрительницы. Дрожащим от слез голосом она спрашивала: как стерпеть обиды от взрослым детей, которым и так отдали все, что было, а они хотят забрать и то малое, что осталось. Священник, предупредив женщину, что его совет может ей не понравиться, процитировал первые строки пушкинского «Евгения Онегина»: «Мой дядя самых честных правил, Когда не в шутку занемог, Он уважать себя заставил И лучше выдумать не мог».
Проще говоря, дядя главного героя романа в стихах напомнил ему о Пятой заповеди Божьей, которая гласит: «Почитай отца твоего и мать твою» и распространяется на всех старших родственников вообще. Почему же он «лучше выдумать не мог»? Потому что за непочтение к старшему родственнику дети могли лишиться наследства, движимого и недвижимого, а также подвергнуться осуждению со стороны общества, мнение которого в прежние времена было очень значимо – не важно, к какому из сословий принадлежал человек.
Мы живет в другом обществе. В таком, где важно быть богатым и успешным, а воспитанию (не образованию!) детей уделяется мало внимания. Если родители потакают своим чадам, реагируя на любой их каприз по принципу «чем бы дитя ни тешилось», они, по словам протоиерея Димитрия, совершают серьезную педагогическую ошибку. Вырастая, такие дети начинают манипулировать родителями, требовать от них все большего, не думая, что вообще для человека значат отец и мать. Потому что в детстве им этого просто не объясняли. Уже будучи взрослыми, они продолжают требовать от родителей всё большего – не задумываясь, что те уже дали им всё, что могли, и теперь сами нуждаются в поддержке.
Обижаться, столкнувшись с таким потребительским отношением детей, бессмысленно. В конце концов, их поведение – результат наших просчетов в воспитании, которое мы им дали. Переделать взрослых людей, выросших чаще всего совсем не на христианских идеалах, почти невозможно. Но можно остановить их в их требовательности, твердо заявив им, что время бесконечных «дай» прошло. И для достижения желаемого им теперь придется потрудиться самим, а не забирать у родителей последнее. Если этого вовремя не сделать, не заставить уважать себя, говоря по-пушкински, последствия могут быть самыми горькими. Насколько именно – и говорить не хочется; онегинскому дяде такое и не снилось.
Всегда, в любом возрасте дети для своих родителей остаются детьми. Но иногда твердая, и даже жесткая позиция отца или матери – много лучше, чем бездумная жалось. Потребовать уважения к себе от великовозрастных чад, если это уместно – совершенно правильно. В том числе – ради их же блага: чтобы их собственные дети и внуки почитали родителей, как учит Святое Писание, а не относились к ним исключительно как к источнику материальных благ.
В. Сергиенко