_(Вечера в ленте близ Диванки)_
#### **Глава первая: Пик, или Славы мгновенный блеск**
Проснулся Артём — а вокруг золото. Не то чтобы сусальное, нет: хрустальные статуэтки, блестящие кнопки «нравится», цифры, что растут, словно пшеница на тучном чернозёме. Телефон дрожит, экран мигает — то подписчики новые прибывают, то лайки, как весенние ручьи, журчат. И кажется, вот оно, счастье, вот она, слава…
Но что-то не так.
Вчерашний день — как пустое место. Позавчерашний — и того хуже. В голове зияют провалы, будто кто-то вырвал страницы из книги его жизни.
На вечеринке, где шампанское льётся рекой, а лица поклонников сливаются в одно пятно, Артём вдруг осознаёт: они знают его имя, но не знают его. Они любят его образ, но не человека. Он — словно маска, за которой уже и сам себя не помнит.
#### **Глава вторая: Падение, или Как память утекает сквозь пальцы**
С каждым новым видео — меньше воспоминаний.
Детство? Растворилось. Лицо матери? Смутный силуэт. Друзья? Какие друзья, если в списке контактов — только коллаборации да менеджеры?
Лайки пожирают его прошлое.
Однажды, в кафе, где кофе стоит как ползарплаты простого смертного, он видит старика. Тот сидит в углу, читает книгу, и глаза его — две бездны.
— Что читаете? — спрашивает Артём, сам не зная, зачем.
Старик поднимает взгляд:
— *Всё — суета и томление духа… даже тренды.*
И эти слова вонзаются в Артёма, как нож.
#### **Глава третья: Встреча, или Беседа с тем, кто помнит**
Старик называет себя Соломоном.
— Ты думаешь, ты первый, кто продал душу за аплодисменты? — усмехается он. — Цари целые империи променивали на мимолётный хохот толпы.
И начинает рассказывать. О царе, что велел записывать каждое своё слово, но забыл, кто он такой. О поэте, чьи стихи знали все, а имя — никто. О девушке, что танцевала перед зеркалом, пока не стала тенью.
Артём слушает — и впервые за долгое время чувствует: он не один.
#### **Глава четвёртая: Возвращение, или Как собирают разбитые горшки**
Они идут по городу.
— Вот здесь ты в детстве ел мороженое, — говорит Соломон.
— А здесь влюбился впервые.
— А здесь… плакал, когда умерла бабушка.
Память возвращается кусками, как старый пазл. Артём узнаёт улицы, лица, запахи. Встречает старого друга — тот хлопает его по плечу:
— Ты где пропадал, брат?
И Артём понимает: он был мёртв. А теперь — жив.
#### **Глава пятая: Прозрение, или О чём молчат алгоритмы**
— Зачем ты гнался за лайками? — спрашивает Соломон.
— Чтобы чувствовать себя важным.
— А теперь?
Артём молчит. Потом говорит:
— Чтобы помнить, кто я.
Он удаляет старые видео. Начинает новые — без фальши, без глянца. Говорит о том, что больно. О том, что радостно. О том, что *настояще*.
Подписчики сначала в недоумении. Потом — в восторге. Потом — в раздумье.
#### **Глава шестая: Жизнь, или Что останется после хайпа**
Проходит год.
Артём больше не смотрит на цифры. Он пишет книгу. Сажает дерево. Гуляет с тем самым старым другом.
А Соломон…
Соломон иногда приходит, садится рядом, достаёт книгу.
— Всё — суета, — говорит он.
— Кроме этого, — улыбается Артём.
И показывает ему фото матери.
#### **Эпилог: Конец, которого нет**
А лайки тем временем — всё идут.
Но теперь они — просто цифры.
А жизнь — вот она.
**Конец.**
_(«Ибо в многой мудрости много печали, и кто умножает познания — умножает скорбь». Но кто умножает *осознание* — тот, быть может, обретает нечто большее.)_