Зарисовочка небольшая, про одну прекрасную формами Донну.
Маня, такая Маня. Бультерьерова дщерь, рождённая с веслом. А если ты на свет появилась уже сразу вooружённой, то положение обязывает, правда?
Остальные наши девушки, в количестве две штуки, вполне компанейские и ничего против не имеют полежать рядом, нежно прижавшись друг к дружке чёрными боками. Про мачу речь не идёт, он стоит особняком по причине своей гендерной принадлежности и специфических взглядов на проявление дружеских чувств. Хотя, чего уж там, порой, утомившись догонялками, Бетюха тоже не прочь прилабуниться к тёплой дамской попке изящным дамским формам.
То есть разными составами наши хвосты периодически являют умилённым родителям так приятную сердцу каждого кошатника картину: лежат две мягкие плюшечки, пристыковавшись спинами, греют друг друга, тишь да гладь, в общем, благодать.
Но. Маня никогда не участвует в этих дружеских возлежаниях. Ни с кем и никогда. Надо полагать, бультерьер в процессе воспитания вложил в эту длинноносую голову устойчивое представление о собственном превосходстве над остальным миром.
Мало того, что Манюша во время отдыха не терпит никаких прямых контактов, за исключением родительских рук и ног, она на дух не переносит, чтобы кто-нибудь из хвостатых компаньонов маячил около неё в зоне прямой видимости. Ибо нечего тут действовать на царственные нервы.
Поэтому для сны прекрасная и взыскательная Донна ищет абсолютного уединения - за шторой на батарее, под скатертью на стуле, на худой конец, в шкафу. Но согласитесь, это тоже не дело - всё время отсиживаться по закуткам только потому, что твои недалёкие умишком родители понатаскали домой всякого...всякой...всяких посторонних элементов.
И вот, когда прятаться Маня не желает, а вовсе наоборот, жаждет поваляться на открытом пространстве в тишине, покое и уединении, что остаётся ей делать? Правильно, зачищать это самое пространство от всякого...всякой...от всяких нежелательных субъектов. И тут уж кто под весло попадёт, тот и сам ду..... сам виноват, короче.
Периодически попадают все. Мы с супругом, кстати, не исключение - куда лепитесь, если Маня этот стул уже заняла? И тот тоже. Хвост лежит, не по глазам, что ли? Нет, на третий стул нельзя, он слишком близко, вы будете давить на Манечку своей аурой. Да, лучше всего уйти в соседнюю комнату, и этих прихватите с собой, чёрно-белых.
А тут, значит, как было дело.
Я уже писала, что БабМасенька сейчас находится в стадии освоения подоконников. У неё, к слову, наметился ещё один прорыв, об этом потом, если не забуду.
И вот, убедившись, что на невысоком кухонном подоконнике никаких опасностей не обнаружено, Масяня решила поднять себе планку и освоить высокий подоконник в спальне. А там у нас, как только начинает пригревать, образуется самое козырное место - окно на солнечную сторону, лежи да подставляй бока. А насчёт погреть бока Масенька специалист, место под батареей у лысого отжала в два счёта. Ну и возгордилась собой, разумеется, отчего бы и нет?
А на этом солнечном и тёплом подоконнике лежанки в два ряда - сверху гамак, а внизу, поближе к батарее, мягкая и большая подушка.
Масяня день походила, поприсматривалась, второй, - вроде ничего так, уютненько. И решила действовать. Запрыгнула (с первого раза!), обустроилась и засопела.
И вот, понимаете, Донна. И как назло, в плохом настроении. Она и так то по натуре мизантроп, а тут то ли магнитная буря, то ли не с той лапы....Короче, решила уединиться на гамаке, чтобы не раздражали. Все. По пути к окну раздала дежурные подзатыльники Ночке и Бетюхе (а нечего дорогу перебегать), в самых взвинченных чувствах запрыгивает на подоконник - а там, опа, сюрприииз!
Мася, простая душа, попыталась провернуть обычный номер, ну то есть изобразить невинную овечку, типа, я не я, кобыла не моя. Но Манечка, да если она не в духе, да чтобы всякие чёрные вертелись перед глазами? Папочка - бультерьер другому учил!
Короче, весло мелькало быстро и часто, ошарашенная Масянька с истошным мявом рухнула вниз и унеслась на кухню - зализывать душевные раны под батареей.
Манюха, лениво выслушав мои укоры, мол, ну что тебе, жалко, если Масенька полежала бы тут, всем же места хватает, облизала трудовую веслонесущую лапу и...ушла спать в свой будуар, на наш с ней общий туалетный столик.
Спрашивается, чего было свирепствовать? Морду компаньонке бить? А вот, натура у нас такая, внезапная вся, противоречивая...Полюбуйтесь на неё, раскаяния ни в одном глазу.
