, больных преимущественно туберкулезом и сифилисом, остановили свой выбор на зданиях Знаменно-Филипповского монастыря

, больных преимущественно туберкулезом и сифилисом, остановили свой выбор на зданиях Знаменно-Филипповского монастыря.

В марте 1929 года, учитывая нежелание общины отказываться от монашеского образа жизни, было принято решение о ее окончательном роспуске и выселении. Таким образом завершился период пребывания Евдокии в Великом Устюге.

Встреча с мучеником

Сохранились свидетельства современников блаженной Евдокии, относящиеся к этому периоду. Например, мученик протоиерей Фёдор Веселков (1886 г.р.) вспоминал о своей встрече с Евдокией в Великом Устюге в 1919 году. Молодой диакон, испытывая волнение перед выпускным экзаменом в Духовной семинарии, решил, что если Евдокия подойдет к нему для благословения, то экзамен будет сдан успешно. Евдокия, перейдя улицу, подошла к нему, и отец Фёдор действительно блестяще сдал экзамен.

Дуня пророчествовала

Многие пророчества Евдокии носили печальный характер. Возможно, через нее Господь предупреждал людей о грядущих испытаниях, предоставляя возможность подготовиться к встрече с ним или к исповедничеству.

Так, после закрытия Иоанно-Предтеченского монастыря Евдокия, живя в Яиковском монастыре, соорудила в своей келье множество перегородок. Однажды она втолкнула в одну из этих тесных клетушек приехавшего епископа. Вскоре владыка был арестован и расстрелян.

Игуменья монастыря, отдав Евдокии свои валенки, через два дня была сослана на лесозаготовки.

Однако встречались и иные предсказания. Когда послушница Татьяна кормила голубей, Евдокия сказала:

«Корми, корми, свои голубки будут...».

После закрытия монастыря Татьяна вышла замуж и родила двойню.

Дунины чудеса

Монахиня Анна Андреевна Верховцева, с юных лет жившая вместе с Евдокией в устюжских монастырях, оставила следующие воспоминания:

«В Устюге Евдокию знали все. На рынке торговцы наперебой предлагали ей свой товар. Считалось, что тот, у кого она что-нибудь возьмет, успешно распродаст все, а у кого не возьмет, увезет товар обратно. Так же как и у Ксении Блаженной когда-то... И вот, всё полученное Евдокия складывала в телогрейку, за что получила прозвище Большая Пазуха.

Евдокия любила спать в печи, в теплой золе. Утром она стряхивала золу на пол, вызывая нарекания. Я подстилала половичок, чтобы потом вытряхнуть золу. Однажды Евдокия сказала мне:

"А тебя, Анна, покойники прокормят".

Так и случилось. После изгнания сестер из обители я два года зарабатывала чтением Псалтири над усопшими.

Спустя годы, уже в Сольвычегодске, я как-то купалась и начала тонуть в Вычегде.

"Дунька, спаси!" – закричала я. Евдокия меня спасла».

Мать Клавдии Павловны Шергиной (впоследствии инокини, погребенной рядом с Евдокией) была знакома с блаженной и посещала ее в Устюге.

Маленькая Клавдия, страдавшая глухотой, мечтала отправиться вместе с матерью, но та не хотела брать ее в долгий путь из деревни Рассека. Евдокия, прозорливо назвав девочку «своим крылышком», заступилась за нее. Клавдия, несмотря на усталость, добралась до Устюга. Евдокия, словно ожидая ее, сама открыла две