Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Мама одного бойца написала меткую фразу о сыне: «Он пришел живой, но с войны не вернулся

Мама одного бойца написала меткую фразу о сыне: «Он пришел живой, но с войны не вернулся». Я догадываюсь, почему так. Я ездила на работу с операторами БПЛА. Знаете что самое тяжелое в их деле? Беспомощно наблюдать. Видеть в прямом эфире  неудачный штурм и понимать, что ничем не можешь помочь. Вот мы сидим с бойцами в подвале, обуюченном детскими рисунками шутим, слышим посвистывание закипающего чайника.. На экране в пол стены сразу несколько квадратиков – трансляция с разных птичек, которые 24/7 контролируют участки фронта, меняясь на перезарядку. Там ничего не происходит. Поле, речка, лес. Будто и нет войны. Вдруг командир поднимает руку и включает на полную рацию: прерывающийся голос сообщает, что штурмовая группа выдвинулась в наступление. Чаепитие отменяется.. Можно, конечно, и не смотреть этот бой. Но как – не смотреть? – Это уже пятая попытка штурма. Пятая. – поясняет кто-то. Такие места получают названия «п..дор-поле» или «п..дор-лес». Это серые зоны – противника там не

Мама одного бойца написала меткую фразу о сыне: «Он пришел живой, но с войны не вернулся».

Я догадываюсь, почему так. Я ездила на работу с операторами БПЛА. Знаете что самое тяжелое в их деле?

Беспомощно наблюдать. Видеть в прямом эфире  неудачный штурм и понимать, что ничем не можешь помочь.

Вот мы сидим с бойцами в подвале, обуюченном детскими рисунками шутим, слышим посвистывание закипающего чайника.. На экране в пол стены сразу несколько квадратиков – трансляция с разных птичек, которые 24/7 контролируют участки фронта, меняясь на перезарядку.

Там ничего не происходит. Поле, речка, лес. Будто и нет войны.

Вдруг командир поднимает руку и включает на полную рацию: прерывающийся голос сообщает, что штурмовая группа выдвинулась в наступление.

Чаепитие отменяется.. Можно, конечно, и не смотреть этот бой. Но как – не смотреть?

– Это уже пятая попытка штурма. Пятая. – поясняет кто-то.

Такие места получают названия «п..дор-поле» или «п..дор-лес». Это серые зоны – противника там нет, но и пройти они не дают.

В поле должны быть мины, но, кажется, его «разминировали» собой ещё те четыре группы. Должно все быть нормально.

Первый взрыв убивает и надежду, и напряжение. Молодой пилот от неожиданности по-детски вскрикивает. Не разминировали.

– Да куда вы все вместе пошли то! Дистанцию - дистанцию надо держать!!! Вас всех там положат! Кто так планирует!?

Парни начинают эмоционально реагировать, командир полушепотом произносит самую короткую молитву: «давайте, давайте».

— Что «давать»? Опять «по-тихому» не вышло, на них теперь вся арта и дроны летят! ...

Потом резкая темнота на экране. Это наш дрон сбит противником.Почти сразу устанавливают связь с соседней «птицей» – она летит вперёд – к позициям врага, чтобы подавить их артиллерийскую точку.

Но, конечно..нет. Сброс падает мимо, противник продолжает работать по нашим минометом.

От скорости сменяемых картинок на экране начинает подташнивать – наш пилот как сумасшедший носится над гущей боя уже не в силах помочь.

Эмоциональные возгласы в комнате затихают – хотя на экране продолжаются взрывы. Командир встает и в полной тишине вырубает экран. Никто ничего не говорит.

… Забыть такое очень сложно. Я знаю тех кто специально перешли на ночные полёты, чтобы не видеть эти штурма.

Пусть ночью потерять птицу риски куда выше. Пусть работа требует большей ювелирности и подготовки. Пусть! Лишь бы не встречаться со смертью в прямом эфире.

…А один мой товарищ вернулся домой. И некогда казавшаяся скучной  сельскохозяйственная специальность вдруг обрела новый смысл.

Коровы, куры – это попытка вернуться с войны. Скучает ли он по небу и полетам? Конечно! Но он уже придумал, как приспособить дроны для опыления сельхозкультур и прочие инновации.

Хорошо, когда есть такой вариант.

#заметки_волонтера

Автор Шепот Катюши