"То, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу"
Уверена, у каждого из нас есть книги, прочитав которые, мы мысленно возвращаемся к его героям, оцениваем их поступки, спорим с ними или автором, находим аргументы "за" и "контр". Так происходит и со мной. Углубление в тему "О`Генри" произошло как раз по этой причине. Искала цитату о дорогах и увлеклась… Ностальгия по юности или даже по подростковому возрасту. Было время, когда казалось, что лучше произведений, чем у Брет Гарта, О`Генри, Джека Лондона, Стефана Цвейга не существует. Конечно же я читала и "Двух капитанов" Каверина и "Повесть о настоящем человеке" Полевого.
В общем : "Дело не в дороге, которую мы выбираем. То, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу"(О`Генри) Эта фраза может в полной мере относиться и к моим одноклассникам.
Луиза Гакаева
Со мной в классе училась девочка, Луиза Гакаева. У неё было удивительно красивое лицо: гладкая , будто мраморная, кожа; иссиня-чёрные волнистые волосы, огромные глаза с густыми длинными ресницами, но… искорёженное тело. Я не знаю диагноза её болезни, похоже на ДЦП, а может другое какое-то заболевание. Мало ли природа подсовывает людям гадостей. Родители делали очень много для её лечения. Внешне это выглядело так : одно время она покидала коляску, пыталась ходить самостоятельно при помощи трости, с очень красивой инкрустацией. Видно было, с каким трудом даётся ей каждый шаг, как то ли от боли, то ли от напряжения синеют до фиолетового оттенка её губы, как теряется она, когда кто-то из спешащих из класса толстокожих моих одноклассников бросает ей: “Давай быстрей”. Потом коляска появлялась снова. Её ставили у двери, и она сидела полубоком к классу и учителю. На виду у всех. Но ей это не мешало, она жила отстранённо, никого не допуская к себе ближе, чем хотела позволить кому-то сама. Она была очень гордой и самодостаточной девочкой. Круглая отличница по всем предметам, она тем не менее не гналась за оценками. Оценки не были её самоцелью. Ей было интересно узнавать новое. На уроки она иногда приносила такие книги и буклеты, что даже учителя охали с завистью.
Ей очень не нравилось, когда её считали особенной. Преподаватели были к ней предельно внимательны, к доске не вызывали, даже устно, правда иногда оставляли после урока на "тихий опрос". Помню наша классная иногда до приторности сладко-фальшивым голосом, распекая нерадивых учеников говорила : “Берите пример с Луизы, несмотря на…(и так далее) она учится лучше тебя (Вася,Петя, Серёжа)”. Луиза вся напрягалась, когда слышала о себе подобное, потому что это было бестактным. А тактом некоторые учителя не отличаются 😊
Единственным человеком, кто вообще не видел особенностей Луизы был Владимир Кондратьевич Рубан, учитель английского, чьё детство и юность прошли в Австралии. Он недавно вернулся из эмиграции, Луиза для него (как и он для Луизы) была светом в окошке. Луиза осваивала почти самостоятельно английский, у неё была огромнейшая фонотека на английском : уроки фирмы "Мелодия", спектакли, рассказы, стихи… На уроке Владимир Кондратьевич с Луизой перебрасывались фразами и шуточками, которых мы не понимали и завидовали. После школы она поступила в Пятигорский институт иностранных языков, окончила его и стала экскурсоводом-переводчиком, там же, на Минеральных водах.
Внутри этой девочки был стержень, который не позволил ей сломаться, выстоять, найти свою дорогу.
Виталик Мальцев
Иногда, пути которые выбирали мои одноклассники были не такими заметными и достойными подражания и уважения. То есть, выглядели менее героически.
В старших классах иногда складываются такие отношения, которые тебя не радуют. Некая своеобразная диктатура. Вот и в нашем 8 классе сложилась такая. Классным руководителем у нас была учитель физкультуры. Спорт в умелых руках педагога может стать удивительной мотивацией. Но не в нашем случае. В нашем классе из 13 мальчиков серьёзно занимались спортом трое: один баскетболом, двое борьбой. И им всё прощалось: неуспеваемость, неблаговидные поступки, ложь., не участие "в общественных мероприятиях". Баскетболист был настолько поглощён собой, баскетболом и своими успехами в нём, что в упор не видел ни нас, ни того, что происходило в классе. У него была цель, и он к ней шёл. Как конь с шорами на глазах: видел только путь перед собой. А вот те, что занимались борьбой, диктовали «погоду в доме». Они участвовали в соревнованиях разных уровней, приносили победы школе и пользовались широкой известностью далеко за её пределами как спортсмены, а не как ученики.
Контрольных они не писали. Как правило, время их проведения совпадало то с тренировкой, то с соревнованиями. Учиться хорошо с их точки зрения было стыдно, а владение способами избежать "двойки" в журнал или дневник считалось достойным высокого интеллекта и признаком эрудиции... и приравнивалось к ученическому подвигу. Два дуболома, решавших все проблемы фразой: "А если в лоб?" Из-за них даже на совместную фотографию семь мальчишек просто не пришли. Проигнорировали…
На фото, кроме девочек, шесть мальчишек :
баскетболист, обладавший каким-то разрядом, считавший себя небожителем и поэтому редко снисходивший до отношений в классе;
два борца и их оруженосец, маленький, толстенький, скорее всего друживший с этими двумя только из-за боязни постоянных насмешек над ним;
ещё один насмешник и девичий угодник, стоявший над всем, что считал мышиной вознёй,
и Виталик, отстаивавший силу знаний, а не кулаков.
Виталик был увлечён математикой и физикой, участвовал в городских и республиканских соревнованиях, являлся членом городского шахматного клуба. Два дуболома не цеплялись к нему, лишь потому, я думаю, что шахматы относили к виду спорта, а может рассчитывали на его помощь на экзаменах.
Два раза в неделю в старших классах перед первым уроком была обязательная полит информация. На одной из них кто-то рассказал о заметке в "Комсомольской правде". Один человек, несколько лет возил за собой гроб своей любимой, замаскированный под ящик. Он хотел похоронить её там, где она мечтала быть похороненной. Заметка взволновала больше, чем рассказ о посещении какого-то завода или города Л.И. Брежневым.
Когда выходили из класса, Виталик сказал мне, если бы это был мой гроб, то он тоже возил бы его за собой, пока не достиг того места, где мне хотелось бы лежать после смерти. Услышали те, кто не должен был слышать. Заржали. Виталик смутился, но произнёс: "Понять не каждому дано..."
Мне стало обидно за него: у меня мужской ум всегда был в приоритете. И я
громко сказала, что сделала бы то же самое с его гробом. С вызовом посмотрев на ржавших. Это был такой мой акт самопожертвования. Хотя, конечно, не совсем самопожертвования. Я знала, что смеяться надо мной никто не посмеет. Слишком явными были знаки внимания ко мне этих моих одноклассников.
Странное дело, я ждала, что последуют подколы, неудержимое веселье по этому поводу, но все будто забыли об этой "политинформации".
А поступок Виталика удивил. Не побоялся стать предметом насмешек тех, кого боялись не только в классе.
Так что эпоха "апофегей"- это не только выбор пути, что выбрал герой романа "Апофегей" или пути безоглядного "одобрям-с" большей части населения страны, это ещё и путь личностного выбора и роста, как у моих одноклассников и современников.