Три года Маша прожила с отцом и с мачехой, а сейчас ей уже двадцать. Маша сняла жилье и ушла, чтобы не видеть противную морду. Морда – это, конечно, мачеха.
Говорят, что чужое своим не сделать, и Маша почувствовала на своей шкуре.
Нет, чужая женщина не била и не дергала за волосы, а открыто презирала: «Из поросенка человека не сделать. Смотрю на тебя и убеждаюсь».
На каждом шагу мачеха Машу обижала. Делала так, чтобы муж не видел. Если он дома, она девочку не замечала – игнорировала.
Обедать пора. Мачеха поставит тарелку перед мужем, перед собой тоже, а девочку не позовет. Муж рассказывает про работу и не видит, что его родного ребенка за столом нет.
И вот Маша одна. В квартире еще две семьи. Но это не пугало, так как мачехи нет. Не напрягало и то, что одна семья выпивала и часто скандалы выносила в коридор.
Вторая семья молчала, вмешивалась только в крайних случаях.
В первую ночь было очень хорошо. Маша немного перекусила, сходила в душ, постелила постель и приготовилась спать. Выключила свет, к окну подошла и неожиданно заметила белую фигуру, которая медленно проплыла по двору, остановилась около комнаты Маши и исчезла.
Девочка замерла: «Мама была, это мама приходила». И на душе так тепло, так светло, что Маша легла и быстро заснула. Сновидений не было.
Прошла неделя, самая счастливая за последние три года. Мачехи нет! Нет злых взглядов и ядовитых слов! Наконец-то вырвалась!
И вдруг вспомнила, что у этого гадкого человека завтра день рождения.
Пропустить нельзя.
Отец на работе, а у мачехи отпуск. Надо прийти и испортить ей настроение.
В дверь позвонить, в квартиру не заходить, а уставиться в ненавистные глаза и сказать примерно так: «Желаю тебе зла, чтобы заболела и сгинула. Пусть тебя черти утащат».
И быстро уйти.
Разумеется, отец узнает и перестанет с дочерью общаться. Ничего страшного, его тоже видеть не хочется. Женился, и дочь не нужна. А Маша работает и деньги зарабатывает. Пусть немного, но зарабатывает. Маша умеет экономить, так как знает, что никто не поможет. Рассчитывать можно только на себя.
Ходила Маша по комнате и думала, что сказать про чертей – мало. Надо такое придумать, чтобы эта змея подавилась от злости. Что сказать?
И стала придумывать разные варианты.
Лучше так: «Бабушка знакомая гадала и сказала, что ты через месяц помрешь. Черти за тобой придут. Желаю увлекательное путешествие в Ад».
Про увлекательное путешествие не надо: «Скоро в Ад провалишься. Вон на щеке – красное пятно. Уже появилось».
Больно сделать, так больно, чтобы долго опомниться не могла. И представляла лицо мачехи. Наверное, побледнеет.
Затем быстро на лестницу, оттуда крикнуть что-нибудь веселое: «Дать бы тебе по башке сковородкой». И сбежать.
Даже сама рассмеялась – так здорово!
Возбуждение появилось: побыстрее бы сделать задуманное. Только тогда освободишься от прошлого, забудешь все нехорошее, и будет все светло и радостно.
Спать пора, не будешь же бродить по комнате до утра. Выключила Маша свет и подошла к окну.
Что это? По двору плыла черная неприятная фигура. Медленно плыла, на миг задержалась около комнаты Маши.
По телу пробежал озноб, стало неприятно, даже жутко.
Испугалась Маша, включила свет и снова выключила. Фигуры не было. Показалась?
Легла все-таки.
Буйная семья ссорилась за тонкой дверью. Женский голос: «Сейчас возьму сковородку и тресну по твоей глупой башке».
Маша съежилась.
Мужской голос ответил: "Только попробуй"!
Надо же, и здесь про сковородку. Села Маша, потому что не уснуть. И вдруг затея послать мачеху в Ад показалась никчемной, лишней, бессмысленной. Не стоит себя позорить. Нельзя, нельзя, нельзя.
Закрыть дверь в прошлое. Пусть живут, как хотят. А Маше пора счастье искать.
Приподнялась на локте и заметила, как что-то светлое проплыло мимо окна. Как будто на миг задержалось и скрылось.
Сразу успокоилась душа. Сон был крепким, целительным. И утром так радостно, словно праздник.
Не стоит вступать в диалоги со злом. Это бесполезно. Лучше уйти и забыть. Зло само себя съест.