Почему у актёров театра кукол должны быть руки хирурга, можно ли ставить там Достоевского и Солженицына и когда пора прекращать в него ходить? Обо всём этом, а также о планах и новых спектаклях театра – в нашем интервью с главным режиссёром Владимирского областного театра кукол Мариной Протасовой.
От актрисы до главного режиссёра
– Марина Геннадьевна, с чего началась ваша карьера в театре кукол? Какая роль была первой? Какой герой – самым любимым?
– Ролей было много, я все их любила, я ими жила. Каждая роль – это кусочек жизни, каждая связана с определенными партнёрами, режиссёрами...
Самая запоминающаяся, пожалуй, – первая после учёбы, в Тюменском театре кукол. Это был «Знаменитый утёнок Тим». И мне дали утёнка: он весил около трёх килограммов, был главным героем и почти не уходил со сцены. Спектакль ширмовой, ширма высокая – и для меня, которая, как говорится, «метр с кепкой», это было непросто. Почти 40 минут я должна была ходить с этим Тимом на вытянутых вверх руках...
– Вот так обнаруживается, что актёрам театра кукол нужно не только актёрское мастерство, но и хорошая физическая подготовка...
– Да, да, сильные мышцы, сильные руки. Ширма высокая, ходишь на цыпочках туда-сюда... Куклу надо не просто держать, ею надо работать. И когда нам говорят: «Да что вы там, в куколки играете...», ты ничего ответить не можешь, у тебя просто слов нет.
– А во Владимирском театре вы с чего начали?
– Я пришла в театр в 2013 году, и первым спектаклем был «Идёт коза рогатая», с которого начался наш «Театр на подушках». Он до сих пор в репертуаре, уже произошло 33 ввода (прим. ред. – новых актёров), его не хотят списывать, потому что он игровой и всем нравится. Я поставила его по своей пьеске.
– А следующим был «Как один мужик двух генералов прокормил» по сказке Михаила Салтыкова-Щедрина для средних классов. Это, напомню читателям, ещё до старта программы «Пушкинская карта». Сложно ли вам было?
– Мы понимали, что будет сложно привлечь зрителей, будут проблемы , а потому у нас было много подготовительной работы, мы устраивали встречи перед показами.
Когда я работала над инсценировкой, то узнала, что Салтыков-Щедрин бывал во Владимире – приезжал тайно из Кирова, где был в ссылке, к своей невесте, дочери вице-губернатора. Узнала, по каким улицам он ходил, в каком здании танцевал на новогоднем балу со своей возлюбленной – это Дом офицеров так называемый (прим. ред. – сейчас это Центр культуры и искусства на Соборной). Я всё это рассказывала ребятам – и видела в их глазах отклик.
– Когда началась «Пушкинская карта», помог ли вам этот опыт?
– Я этому обрадовалась, такое хорошее дело... Конечно, поначалу нам было немного сложно, поскольку существует сложившийся стереотип, что театр кукол – это для детей. Но это совсем не так: мы ставим спектакли для детей от самого маленького возраста до 16 лет и старше. Мы адаптировались и постепенно «приучили» зрителя к такому формату, и сейчас «Пушкинская карта» уже стала достаточно популярна в нашем театре.
«Я не вижу соперничества между нами и драмой...»
– С появлением «Пушкинской карты» театры стали чаще ставить спектакли по классике. А любое ли произведение можно адаптировать для театра кукол?
– Конечно! В последнее время грани между искусством театра кукол и драматическим театром стёрлись. Драма стала использовать куклы – в постановке Дмитрия Крымова «Серёжа» по «Анне Карениной» мальчика играет кукла. И это прекрасно, очень уместно. Режиссёры, художники, композиторы, создавая театральный проект, используют в одном спектакле разные приёмы: театра кукол и драматического театра, театра представления и переживания, пластического и музыкального...
Можно ли сделать скамейку из разных материалов? Один мастер сделает её деревянной, другой – стеклянной, третий из лозы сплетёт. И что? Это не скамейка? Скамейка. Главное, чтобы она выполняла свои функции.
Один сделал, чтобы поставить на природе – на даче под кустом сирени. Ты сидишь на этой плетёной скамейке, и тебе прекрасно. А другой сделал для музея скамью, деревянную, резную. Она там к месту, и она выполняет свою функцию.
Почему спектакль нельзя сделать кукольным или драматическим? Если я режиссёр театра кукол, я пользуюсь своими методами, а другой, драматический, сделает по-своему.
– Бывало ли такое, что люди реагировали на вашу постановку не так, как вы ожидали?
– Вообще первый показ – это всегда самый страшный момент. Ты долго работаешь над спектаклем, погружаешься в материал, и наступает момент, когда ты понимаешь, что предвзято относишься к этой работе. Нет целостного впечатления: ты настолько внутри, что непонятно, как это выглядит снаружи. И только зритель может показать это, проявляя эмоции. Поэтому место режиссёра – на последнем ряду, он должен видеть, как смотрит зал.
Были разные истории со зрителями, конечно. После премьеры «Матрёниного двора» в 2018 году ко мне обратился один из зрителей и спросил: «А почему вы решили, что это можно поставить в куклах? И зачем вы это сделали? Это что, нельзя было поставить в драме?». Вопрос был для меня крайне неожиданным, но я ответила: «А где это написано и где есть такое правило, что это нельзя сделать с помощью кукол?».
– Всё же для многих людей театр кукол – это что-то детское...
– Да, раньше к куклам относились как к чему-то несерьёзному. Драма говорила: «Это наши младшие братья».
Я никогда не видела между нами какой-то конкуренции. Мы разные. Мы можем сделать одно и то же название, но на разных языках, – и это будут разные спектакли. Мы пользуемся разным инструментом. Мы не конкуренты, мы коллеги.
– А что бы вы посоветовали посмотреть или почитать, чтобы исправить это мнение? Чтобы понять, что такое театр кукол?
– «Божественную комедию» Сергея Образцова по пьесе Исидора Штока. Это гениальный спектакль. Его можно посмотреть даже в записи – и вы увидите, что такое театр кукол.
А если есть возможность – лучше приехать в Москву и посетить музей театра кукол им. Образцова, где вы увидите кукол со всего мира. И поймёте, что люди всего мира выражают свои идеи и мысли именно с помощью кукол. И всё возможно.
Когда я осуществила свою мечту и поставила спектакль про Женю Родионова (прим. ред. – спектакль «Верую») в театре кукол, я поняла в чём разница между драмой и куклами. Мне не понадобились десятки человек, у меня играют четыре человека всю историю, и мне хватило всех – и солдат, и военачальников, и всех, кого мне надо было. Вот что такое театр кукол.
Кто в театре самый нервный и почему нельзя трогать чужую куклу без разрешения
– Вы в самом начале говорили, как сложно вам было с утёнком Тимом. А какая кукла из тех, с которыми вам приходилось взаимодействовать, самая технически сложная?
– Марионетки. Для работы с ними у актёра должны быть руки как у хирурга – уверенные, крепкие. Когда актёр ведёт марионетку, он управляет ниточками. Каждая ниточка – коленка сгибается, шейка поворачивается, представляете? Марионетки очень тонкие, «нервные». Надо чтобы ничего не дрогнуло.
Марионетка вообще не наша кукла, она пришла из-за рубежа, у неё нет русских корней. Но в России сегодня её уже освоили неплохо: мы тоже учим актёров, устраиваем мастер-классы, приглашаем специалистов по марионетке...
Тростевая кукла тоже непростая. Но у нас рядом хорошая школа кукловождения, Нижегородское театральное училище, – оттуда выпускаются прекрасные кукловоды.
– А какие спектакли с марионетками сейчас есть в репертуаре театра? Что посоветуете посмотреть?
– У нас их очень много. Например, Достоевский, «Белые ночи», там штоковые марионетки. Есть «Красная шапочка», «Матрёнин двор», «Сказка про ёжика и медвежонка» Сергея Козлова с классическими марионетками...
– Вы сказали, что марионетки «нервные». А есть ли у актёров какие-то приметы, поверья?
– Они говорят – у каждой куклы свой характер. Наша заслуженная Надежда Владимировна (прим. ред. – артистка театра Надежда Лукьянова) говорит: «Я не могу, не могу справиться с ней! Вот вчера у меня куклу брал вот тот-то – всё, она меня не слушается!». Не принято брать чужую куклу, каждый ревностно к своей относится. Есть примета, что если кукла кому-то отдана, то хозяина она перестаёт слушаться, надо заново налаживать отношения. Только с разрешения и по большой необходимости можно.
– То есть, вы когда новый спектакль ставите, сразу определяете персонажей, набор кукол и сразу – актёров, которые будут участвовать?
– Да, конечно. К кукле привыкаешь, ты в неё вкладываешь всё. Понимаешь, как ею управлять, как она себя ведёт при движениях. Если актёру что-то неудобно – он идёт в мастерскую, и под его руку переделывают механику.
– А если у спектакля два состава – то и два набора кукол?
– Нет, куклы дорогие, их долго делать, процесс сложный. Когда в дубле два актёра, они очень аккуратно пользуются, понимают – он не один хозяин. Вдвоём решают, что делать, подстраиваются, с чем-то смиряются...
– А если срочная замена? Кто-то заболел, допустим, – меняете спектакль или актёра?
– Спектакль отменять нельзя ни в коем случае – билеты проданы, мы не можем отменить, зритель ждёт. В таком случае режиссёр должен принять решение о срочном выводе. Выбирается сильный актёр из тех, кто не задействован в постановке – и он должен за одну-две репетиции выучить весь текст, все мизансцены. Это сильный стресс для всех.
– А похожи ли куклы на тех актёров, которые ими управляют?
– Если куклу делают наши художники, да, часто похожи. Это бессознательно получается: все друг друга знают, видели... Но чаще делают приглашённые – и они на свой взгляд делают. И вот потом задача актёра – попасть в эту куклу. Они говорят «попасть в маску»: оправдать своё присутствие на сцене, оживить куклу.
Как полюбить театр: рецепт Марины Протасовой
– С какого спектакля вашего театра начать, чтобы полюбить театр и потом постоянно ходить?
– У нас в театре всё устроено так, чтобы зрители начинали с самого маленького возраста. У нас есть «Театр на подушках» – там уютно, есть большие подушки в виде старинного конструктора, дети из них строят башни. Многих потом не увести. И билеты на эти спектакли разлетаются как горячие пирожки. А дальше уже по возрастам – на сайте расписано, какую постановку на какой возраст мы рекомендуем. Я их все обожаю.
– Ну вот допустим подросток, 11–12 лет. Он ходил в театр в детстве, потом был перерыв. На что купить билет, чтобы понравилось?
– Для этого возраста я посоветую «Синюшкин колодец». Или спектакль в Малом зале «И вот однажды» по пьесе Ксении Драгунской «Все мальчишки дураки». Он очень смешной, с прекрасными куклами, с училкой, детьми, которых сделала наша художница Вероника Завиткова. Поставила его режиссёр-постановщик и ведущая актриса нашего театра Елена Тюрина.
Пушкин, «Руслан и Людмила», наша премьера. Он идёт на большой сцене, там почти вся труппа задействована, около 70 разных кукол, два плоскостных театра – куклы театра теней и просто плоскостного театра, марионетки, тростевые куклы, предметы, которые оживают.
– А для взрослых что порекомендуете?
– «Дыши», иммерсивный спектакль о художнице-авангардистке Ольге Розановой, есть спектакль о Марине Цветаевой «Нить Ариадны», «Женитьба» Гоголя, Пушкин, Достоевский, Островский, Солженицын... У нас есть выбор.
– А что в ближайшее время увидят владимирцы?
– Сейчас мы репетируем спектакль для детей от трёх лет «Гусёнок Дорофей» по пьесе Нины Гернет. Ставит наш ведущий актёр, он же режиссёр-постановщик Алексей Ложкин совместно с художницей Вероникой Завитковой.
На второй площадке – уличный спектакль по мотивам муромских сказок Ивана Климова «Как скоморохи сказки показывали» от компании постановщиков из Санкт-Петербурга.
Впереди еще постановка по сказке «Серебряное копытце» Бажова. Пьесу я сама написала, когда-то ставила в Туле, а теперь вот во Владимирском театре поставим. А в августе-сентябре – спектакль про Александра Суворова, известного военачальника.
– А какой спектакль вы бы хотели поставить, если бы у вас не было никаких ограничений? Любые деньги, любые актёры, сколько угодно времени?..
– У меня много всяких мечтаний... Сейчас в принципе всё можно поставить – только докажи, что это состоятельный проект, что это сейчас нужно. Времени не хватает. Ведь чтобы сделать спектакль, надо всё узнать как можно больше, раскопать тему, посидеть с ней, пожить.. Чтобы было понятно всем, а не только тебе...
Но вообще я бы хотела поставить Шекспира. Я его обожаю и считаю, что это уникальный драматург, и темы, которые он брал, они актуальны и доступны и сейчас. Это благодатный материал. «Ромео и Джульетту», конечно, «Зимняя сказка», «Сон в летнюю ночь»... Мне всё это очень нравится. Романтика и любовь, считаю, всегда нужные темы.
#театрвовсем