28 февраля 2025 года. Самый конец зимы. Начало моего отпуска. Мне и мужу предстояла увлекательная поездка в Сочи по железной дороге в поезде «Саратов - Имеретинский курорт». В Саратове мы сели в плацкартный вагон и заняли нижние полки, согласно купленным билетам. Только расположились, как в вагон впорхнули «верхние пассажирки». Мама с очень сердитой десятилетней дочкой. Обе были в розовых одёжках с пёрышками на воротниках.
Увидев занятые «козырные полки», мама сделала большие глаза: «Что, это не наши места снизу? Как это? Мы с ребёнком перепутали? Думала, что выкупили нижние? ДочИнька, у тебя живот ещё болит?»
Я посоветовала «верхним»: «Багаж разместите под моей полкой. Свободное место там есть!». Сердитую девочку мама положила на полку сверху, дала ей лекарство и начала причитать: «ДочИнька, скоро всё пройдёт, потерпи, я с тобой!»
Дочь в ответ: «Мам, а с какоВа… ты лекарствами меня опять пичкаешь? Они не помогают! Предложи мне что-нибудь поинтереснее. Ой, как же живот болит!».
Далее всю оставшуюся поездку мама обращалась к ребёнку не иначе как: «ДочИнька», а девочка, соответственно, к маме: «Мам, а с какоВа…» («перепуга», надеюсь), а далее шло требование девочки.
Настоящих имён наших пассажирок я так и не узнала, поэтому для себя им дала имена: «ДочИнька» и «А, с какоВа …» (эти слова–паразиты серьёзно прицепились к речи ребёнка)
С сердитой «ДочИньки» - школьницы мама привычными движениями сняла розовую куртку с пёрышками и розовые джинсы. Под верхней одеждой оказалась всё та же розовенькая девочка в розовой майке и в розовых шортиках с оборками. На малышке ещё были розовые очки (в прямом смысле – в розовой оправе). «Розовые» ехали на «важный показ в Краснодар» ради девочки - участницы конкурса. Что это был за показ, я так и не поняла, но узнала из их разговоров, что у «ДочИньки» проблема – это не 100% зрение, и она может проглядеть без очков на том самом показе нарисованный чёрный крестик на чёрном полу.
Удивительно, но ребёнок был максимально вежлив со мной и с моим мужем. «ДочИнька» приятным голосом просила поставить свой розовый телефон на зарядку под столом, спрашивала у нас: «А сколько часов осталось до Краснодара?», «Какая станция с длинной стоянкой будет в ближайшем будущем?». «Когда начнёт темнеть?». К своей мамочке обращалась с капризными интонациями, и не иначе как: «Мам, а с какоВа…».
Парочка «верхних» была очень забавна для наблюдения. Со стороны выглядели как две прехорошенькие райские пташки.
В середине поездки проводница пыталась помыть пол в вагоне и случайно забрызгала пёрышки на тапках старшей из птичек
О, ужас, ужас, ужас! Мамочка привередливым голосом на весь вагон грозилась наказать нашу проводницу – никогда-никогда не покупать у неё кофе.
Обиженная пассажирка сразу приступила к чистке птичьего оперения на своих тапках туалетной бумагой, нелестно высказываясь о «недалёкой швабре», которая обгваздала её дизайнерские шлёпки (интересно, что или кого она имела в виду?).
«Идеальная» мама не оставляла свою «идеальную» кровиночку ни на минуту. Читала ей детские книжки, пела песенки, подсовывала игрушки, уговаривала её животик не болеть. Дочь с неохотой и глубокими вздохами (напомню, девочку периодически беспокоил живот) принимала мамину заботу.
Ненужные в данный момент вещи (игрушки, еду, одежду, обувь) верхняя младшая пассажирка сбрасывала вниз между полок
Мамочка, ласково(!) делая замечания дочери, спускалась на пол и прятала упавшие пожитки в свою сумку.
Иногда девочка самостоятельно пытались забраться на верхнюю полку или спуститься с неё, пискляво щебеча на весь вагон: «А с какоВа…! Помогите! Помогите! А с какоВа…, трудно, что ли?». Но, никто, кроме матери, не бросался розовой пташке на выручку. Вагон был полон молодых и здоровых парней, которые с интересом наблюдали за этим чудом. По нормам ювенальной юстиции под страхом наказания взрослые дяди (и не только дяди) не имеют права не только дотрагиваться до детей, но и подходить очень близко к несовершеннолетним. Время такое, пассажиры не виноваты! Эту полезную информацию мама до девочки не донесла, а должна была!
Вечером старшая из пассажирок очень убедительно уговаривала младшую почистить зубки. После минуты уговоров девочка сдалась и была готова к процедуре. Но вот беда! Мама забыла зубные щётки и пасту дома! Розовые пташки плохо подготовились «к показу». Птички – они и есть птички!
К десяти часам по московскому времени (в Саратове другой часовой пояс, то есть на один час больше) девочке захотелось спать
У неё случился очередной каприз: «Мам! А с какоВа не выключают свет!!!! Мне же спать пора! Выкрути эту лампочку из плафона!». Мама продолжала ворковать: «ДочИнька! Потерпи, я спою тебе!!!», и ни разу за всю поездку не меняла интонации, и не повышала голос на капризное создание, хотя дочь неоднократно провоцировала её на материнский праведный гнев! Подобное поведение матери вызывало у меня множество вопросов. И где только эта чудо-птица черпает вдохновение, силу и самообладание? У меня с моими детьми-школьниками в арсенале тридцать лет назад была одна, но очень действенная фраза: «Могу только выпороть…».
Через час притушили свет, в вагоне все успокоились, и под стук колёс я начала вспоминать своё детство
Самый конец семидесятых годов. Что это значит? К приходу родителей после восьмичасовой рабочей смены домой десятилетняя доченька должна была научиться успевать: подмести/помыть пол, удалить пыль с мебели, разобраться с грязной посудой, сварить картошку, заварить чай, сходить за хлебом и молоком, приготовить свою школьную форму к завтрашнему дню. Отмазкой от работы по дому могла стать, например, серьезная болезнь (желательно с повышением температуры больше 38 градусов по Цельсию или переломы конечностей), а кровь из носа, головная боль или синяки с садинами от мытья грязной посуды не спасали.
Моя двенадцатилетняя подруга, возвращавшаяся домой с уроков в 13:00, была делегирована родителями встречать брата-старшеклассника в 13:45 горячей едой. И делала она это пять раз в неделю! Спросите: «Почему и зачем?». Универсальный ответ того времени: «Она же девочка и пионерка к тому же!». А ещё школьницам нужно было успевать выполнять домашку и посещать спортивные секции или в кружки, расположенные в шаговой доступности от дома и школы. За пять часов между возвращением с уроков и до появления мамы и папы с работы девочки учились справляться с десятком поручений! Так взрослели все мои ровесницы. Ну, почти все.
Те девочки, которых кроме мам и пап воспитывали ещё бабушки и прабабушки, отдыхали после уроков намного интереснее! Мамины или папины мамы коротали время с внученьками над изготовлением приданого. Будущие невесты-хозяюшки, не все, конечно, вышивали салфетки и скатерти, плели кружева на коклюшках, и мастерили макраме, между делами учились вязать носки, шапки, штопать и латать носильную одежду, а к старшим классам могли виртуозно обшивать на швейной машинке всю семью.
При этом братики моих одноклассниц «били футболом соседские окна», курили «за сараями», воровали яблоки в охраняемых сторожами садах, а старшеклассники на чердаках и в подвалах химичили брагу. Они же пацаны!!!
Один раз мою одноклассницу мама оставила без просмотра мультика в наказание за неубранную кровать брата(!), к которому неожиданно пришла …девушка! Какой конфуз на весь квартал! Неубранная кровать в доме, в котором две женщины! Этой однокласснице в ту пору было 11 лет, и она просто не успела «вылизать квартиру» к неожиданному приходу гостьи! А её старший брат шестнадцати лет был в это время дома и рисовал школьную стенгазету. Этот художник – школьный активист (мамин сЫночка - корзиночка) больше всех домочадцев орал на неё за это недоразумение!
Люди, с которыми я росла, – это выходцы из сельской глубинки. По зову комсомола после ВОВ деревенская молодёжь приехала в город стоить нефтяной, авиационный и подшипниковый заводы, налаживать химическое производство. Молодые семьи получали отдельное жильё со всеми удобствами, и обзаводились потомством.
Деревенский уклад жизни продержался на моей рабочей окраине более 60-лет. Потом приземистые двухэтажки снесли. Всех жильцов расселили в дома с лифтами и лоджиями. Время матёрого патриархата и домовитых девочек в пионерских галстучках безвозвратно ушло из городов.
Но вернемся к нашим розовым птичкам. Прошла ночь. Рано утром наш вагон, нервно стуча железными колёсами по стыкам рельсов, спешил к Краснодару. Розовая мама разбудила свою розовую птичку и отравила её умываться
Через несколько минут девочка выскочила из туалета и прокричала на весь вагон: «Мам, я покакала!». «Мне бы твои проблемы!» - отреагировала наша бывалая проводница, которая в этот момент проходила мимо по вагону.
Живот у девочки больше не болел! Круто! Всё успела десятилетняя деточка! Какая же она молодец! У маминой радости всё получилось! Идеальная мать была по-настоящему счастлива и, умиляясь, глядела на кровиночку. Аминь.
В Краснодаре вагон, практически, опустел. И весь дальнейший путь мы с мужем проехали вдвоем без соседей.
А, через несколько часов, прибыв в морской порт Сочи, я, готовая к приключениям, вместе мужем заняла красивую каюту с окном на кораблике «Astoria Grande» в двухнедельном круизе «Волшебный Восток».
И моя жизнь тоже удалась! Но, об этом расскажу в следующий раз.
А какой формат жизни вам больше нравится? С розовыми пёрышками или в пионерском галстуке?
Подписывайтесь на канал. Ставьте лайк. Спасибо! Ниже приведены ссылки на мои статьи из подборки "Про поезда":