Целый год я прохлаждалась и на Дзен ничего не писала. Жизнь меж тем текла потихоньку и прошлой осенью в сообществе "Акварель" в ВК было опубликовано мое интервью с Еленой Литошенко, администратором сообщества. Интервью это важное и для этого моего канала, поэтому публикую.
- Наталья, чуть не все Ваши акварели - пленэрные. Почему? Идефикс) это этюды или картины?
- Елена, конечно это не картины, а этюды. Но я даже и не задумываюсь, если честно, над этим вопросом. Они делаются в момент восхищения увиденным. И потом возвращаться к ним тоже трудно: настроение ушло. Вообще иногда, я позволяю себе какую-то картинку назвать картиной. Когда удалось гармонично поймать состояние и настроение в природе - и почему я взяла именно этот образ на кисть и все это считывает зритель.
- Вот как заглядевшись с Синего моста на Мойку.
- Ритм города, где реки и каналы кружат вокруг зданий. Вот как я чувствовала в восхищении речку в ладонях города, так и сделала) Ну она такая получилась, в духе нежно любимой ленинградской школы.
- Да)
- У меня длинный опыт в акварели с художественным образованием в истоке. Длинный, но скорее не большой, так как живопись – это не профессия, а страстное увлечение. Пройден путь от рисования по фоточкам до только пленэрных работ. У меня нет пленэрного сезона. Сезон – круглый год. Почти вообще не рисую не на натуре, а если да, то внутри себя ощущаю такие работы вторичными. Природа шире, глубже, многообразнее - и интереснее дышать с нею, а отпечатки не дышат.
Ценность момента – как раз в подключении меня, маленькой частички, к огромной Вселенной.
Пусть звучит немного пафосно, но в картинках - попытка осмыслить Вселенную, выразить свой восторг, любовь, страсть любования. У меня вообще почти всегда яркое визуальное впечатление вызывает желание схватиться за кисточку. И если невозможно сделать это прямо сейчас, то хотя бы в голове: как это можно рисовать.
В акте живописи для меня важнее итога сам процесс. И не столько вот танец с кисточкой, а скорее неуловимое чувство единения с натурой. С опытом наблюдений и натурных зарисовок начала замечать, что иногда получается ощущать некие арки напряжения, связи в объектах природы. Олицетворяю их, проговаривая внутренними словами, когда работаю.
Поэтому люблю работать быстро-быстро: так эту тончайшую связь единения иногда удается поддержать. И мне кажется именно тогда, когда удается поймать этот момент на бумагу, и рождается картина. Она далеко не всегда бывает изобразительно совершенной, но выразительно – всегда. Это заметно и по зрительским реакциям.
Выбираю часто не красивенькие, открыточные виды, а самые обычные. «…Почему некрасивых не любят. Кто-то должен любить некрасивых» (Бродский).
В обычных – красота течения жизни. Один и тот же вид могу писать много раз – он все время разный.
Когда папа высказал идею о том, что надо писать не пять работ, а одну, но проработанную, я, конечно, отшутилась что по-другому не умею.
Мы с вами говорили о художниках, которые приносят натурные работы и дома делают большую картину. У меня так не получается. Такие опыты видятся надуманными. Не у других, у себя.
- «Просто смотреть» - одно, рисовать это - совсем другое: по-другому видишь,
больше понимаешь, глубже чувствуешь. Смотреть на море (а холодновато, а волнуется) - или войти в его объятия и заплыть «за буйки».
- Как Вы сказали, ценность соединения с натурой?
- …Привычка это или потребность, рисование - способ взаимодействия с миром, без которого как будто и не живешь.
- Поэтому трудно определить: этюд, картина? Вроде как и этюд, потому что быстрый нашлёпок и без особенной выстраданной идеи. Но всегда ищешь пластическое решение, исходя из увиденного, а идея в собственном восхищении, удивлении, радости.
Какая-то не очень глубокая идея? Может быть, но недавно мне сказали, что картинки мои несут тепло, которого сейчас очень недостаёт. Может быть тогда и не так это все мелко?.. Трудно ответить на вопросы: - а зачем? а что с этим дальше? - Ну как зачем? Не дышать-то невозможно.