В девяностые было просто: хотелось жить хорошо. Ну, то есть иметь джинсы, которые не рвутся при первом приседании, колбасу без следов туалетной бумаги и возможность иногда говорить «нет» человеку с пистолетом. В нулевые все вдруг захотели быть лидерами — видимо, после просмотра «Бригады» и прослушивания «Зверей». В десятые успех стал измеряться количеством подписчиков и чеками из кофейни с невозможным названием. А теперь, в двадцатые, мы все лечим неуверенность, депрессию и учимся любить себя.
И вот что удивительно: чем больше психологов, тем хуже человеку.
Раньше, если тебе было грустно, ты шёл в гараж, пил портвейн с сантехником Валерой и обсуждал, как правильно заземлять стиральную машину. Теперь ты идёшь к психологу, платишь ему пять тысяч за сеанс и узнаёшь, что твоя депрессия — это «недостаток самопринятия», а сантехник Валера, оказывается, был твоим «токсичным окружением».
Психология — это бизнес. Бизнес, который разрушает население.
Раньше человек просыпался утром, понимал, что жизнь — дерьмо, и шёл работать. Теперь он просыпается, понимает, что жизнь — дерьмо, и записывается к коучу, который за десять сессий научит его «экологично проживать кризис». Потом оказывается, что кризис не проживается, а только дорожает, но это уже не важно — главное, что ты осознал свою «травму непринятия».
Чем больше психологов, тем больше диагнозов. Раньше человек просто был ленивым — теперь у него «прокрастинация на фоне выученной беспомощности». Раньше он тупил в телевизор — теперь «залипает в цифровой детокс». Раньше он ныл — теперь «вербализирует экзистенциальный кризис».
И самое страшное: психологи убедили нас, что быть несчастным — это ненормально. Хотя вся человеческая история — это сплошное страдание с редкими просветами в виде изобретения алкоголя и Netflix. Но нет, теперь если тебе грустно, ты не просто грустишь — ты «в дисфункциональном паттерне».
Так что, возможно, выход прост: выпить с сантехником Валерой, заземлить стиральную машину и принять простую истину — жизнь всегда была сложной, но раньше мы хотя бы не платили за то, чтобы нам об этом рассказали.