Найти в Дзене

ДРЕВНОСТИ СТАРОГО ГОРОДСКОГО КЛАДБИЩА. Ч.III

Третья, предпоследняя часть рассказа о находках, сделанных на старом городском кладбище Петровска. Ранее хотел сделать эту часть последней, но из-за большого объема информации решил разделить её на две. Таким образом, теперь рассказ будет состоять из четырёх частей вместо трёх.
С началом рассказа можно ознакомиться здесь: Часть I и Часть II. Осень 2024 года выдалась тёплой, большей частью дни были солнечными. Октябрь уже близился к завершению и наставала очередная пора для уборки на кладбище - это действие значительно упрощает такую же работу весной перед Пасхой. Могилы родственников приведены в порядок, осмотрены возможные места двух кладбищенских церквей 1815 и 1913 годов, да и памятник уездному исправнику В.А. Лестраду, само собой, на своём месте... Принято решение навестить обнаруженные ранее старые памятники (у первого, ближайшего склепа, "часовенки", как его часто называют), пройдя с западной части кладбища не по дорожке, а напрямую, через извилистый путь между бесконечного колич

Третья, предпоследняя часть рассказа о находках, сделанных на старом городском кладбище Петровска. Ранее хотел сделать эту часть последней, но из-за большого объема информации решил разделить её на две. Таким образом, теперь рассказ будет состоять из четырёх частей вместо трёх.
С началом рассказа можно ознакомиться здесь:
Часть I и Часть II.

Осень 2024 года выдалась тёплой, большей частью дни были солнечными. Октябрь уже близился к завершению и наставала очередная пора для уборки на кладбище - это действие значительно упрощает такую же работу весной перед Пасхой. Могилы родственников приведены в порядок, осмотрены возможные места двух кладбищенских церквей 1815 и 1913 годов, да и памятник уездному исправнику В.А. Лестраду, само собой, на своём месте... Принято решение навестить обнаруженные ранее старые памятники (у первого, ближайшего склепа, "часовенки", как его часто называют), пройдя с западной части кладбища не по дорожке, а напрямую, через извилистый путь между бесконечного количества оградок захоронений.

Уже почти на месте, примерно посередине между двумя склепами с навесами вижу такую картину - друг к другу жмутся три каменных надгробных камня, один высокий и два других поменьше. Внутри меня ликование - очередное открытие, которое не было сделано ранее!
Как же я их раньше не заметил, если был рядом?
Видно, что эти памятники находятся не на своих местах, а перенесены на относительно свободное место и буквально свалены в кучу (хотя бы не выброшены, и на этом спасибо).

В глаза сразу бросается надпись на среднем из них, на самом низком по высоте квадратной формы:

"Здесь покоится прах младенца Владимира. Скончался 25 апреля 1901 года, 11 месяцев от роду"

Есть ещё строка снизу, но прочитать её невозможно. Можно только предположить, что это строка с эпитафией, т.е. напутственным словом, пожеланием усопшему.

С обратной стороны этого квадратного надгробного камня также имеется надпись, которую поначалу было нелегко прочесть из-за близкого соседства с отколотым памятником, но разглядеть её всё таки удалось:

"Здесь покоится прах Иосифа Арефьевича Ярославского. Скончался 27 декабря 1909 (или 1900/1908) года. 50 год от роду".

Могила, для которой предназначался данный надгробный камень, оказалась семейной - вероятно, для отца (Иосифа Арефьевича) и маленького сына-младенца (Владимира Иосифовича).

А по соседству высокий надгробный камень, вертикальной формы.
С лицевой стороны над ним кто-то основательно "поработал", отколов небольшой кусок от надписи с текстом и оставив в камне глубокие порезы. Считать информацию с памятника почти невозможно...

Что отличало моё посещение кладбище в тот день от всех предыдущих? Время, почти шесть часов вечера конца октября-месяца, закат светового дня. В этот раз я догадался использовать фонарик телефона, поднося его под углом к вдавленным внутрь буквам надписей - играя светом и тенью восприятие информации становилось значительно лучше. Также к этому процессу "расшифровки" я добавил тактильное чтение, т.е. проводил пальцем по рельефным, но уже почти стертым буквам, и это тоже помогло.

Вся надпись на высоком памятнике состоит из восьми строк. В верхней можно прочитать только "... кской", во второй строке "...ес о....", в третьей и четвертой, скорее всего, были указаны имя и отчество погребенного... В пятой строке большими буквами фамилия, очень похожая на "РИЗАНОВ", в шестой "Скон..ал... 18..8 (1878?), седьмая строка - "Года, ап..ля 14. и в последней строке - "дня 64 лет." Для себя решил, что здесь захоронен человек по фамилии Ризанов, который в возрасте 64 лет скончался 14 апреля 1878 года. Не ясен смысл акта вандализма по отношению к памятнику усопшему. Это просто бездумная проба пера в осквернении могил или намеренное выражение нетерпимости к умершему, скажем, после революции? Пожалуй, сегодня на этот вопрос ответить уже невозможно.

Оставшийся из трех собранных вместе памятников оказался самым интересным. Значительная его часть оказалась отколотой, причем с лицевой стороны, где как раз находится надпись... Видимо, эта часть оказалась утраченной при сносе креста, который должен был быть наверху в первоначальном, истинном облике памятника. И где теперь отколотая половина?

Поднеся телефон со включенным фонариком, вижу следующее:

"...МРАМОРНОВА. Сконч. 13 июля 188(?). От роду 50 лет."

И тут меня пронзило насквозь осознание необычной находки, ведь эта фамилия мне хорошо известна. Далеко не первый год Петровск посещает выпускник исторического факультета МГУ, кандидат исторических наук Александр Игоревич Мраморнов. Казалось бы, что ему делать в нашем городе?

А в городе на Медведице в 1874 году родился его прапрадед, Александр Петрович Мраморнов (запомните отчество), который закончил наше Духовное училище (то самое здание, большую часть времени в которой располагалась школа №3 и которое с 2024 года наконец-то начали реконструировать). Александр Петрович продолжил своё обучение в Саратовской Духовной семинарии, впоследствии став священником. Судьба его закончилась трагически в 1941 году, в лагере Акмолинского отделения Карагандинской области.

Моё знакомство с Александром Игоревичем случилось в
августе прошлого года, когда он в очередной раз приехал в Петровск. Его поездка как раз была связана с духовным и культурным празднованием 150-летия со дня рождения его прапрадеда. Видеосюжет на 15 минут об этом августовском дне можно посмотреть во ВКонтакте:
vk.com/wall15067_7925

О своем открытии на кладбище сразу же сообщаю знакомому однофамильцу. А.И. крайне удивлен... Отвечает, что впервые видит такой надгробный памятник, но после поиска в своих архивах на генеалогическую тему выясняет, что 13 июля 1880 года в Петровске скончался священник Соборной Петропавловской церкви Петр (!) Иванович Мраморнов - то есть его (А.И.) прапрапрадед, или отец Александра Петровича (о котором рассказано двумя абзацами выше). Мы оба в шоке - ведь случайно удалось найти надгробный камень его предка! Сам Александр Игоревич написал об этом во ВКонтакте:
vk.com/wall15067_7942

Но если это Петр Иванович, тогда почему же на камне фамилия была написана как "Мраморнова", а не "Мраморнов"? Всё просто, фамилия здесь указана в родительном падеже. В утраченной части памятника, вероятно, имелась надпись "Здесь покоится прах Петра Ивановича..." и далее текст сохранившейся части "...Мраморнова, скончался 13 июля 1880".

Во второй половине 19-го века в Петровске вместе с П.И. Мраморновым в Соборной Петропавловской церкви служил дьякон Александр Щеглов. Он же был на погребении Петра Ивановича, эта информация есть в метрической книге, о которой мне рассказал А.И. Мраморнов. Щеглов... знакомая фамилия, не правда ли? Да-да, это тот самый отец Сергея Александровича (!) Щеглова, автор крайне интересного и важного для нас материала "
Город Петровск. Отрывки из воспоминаний" о жизни в городе в период 1866-1881 годов (я несколько раз в своих записях ссылался на данный источник информации, а 4 февраля этого года была проведена небольшая краеведческая встреча, посвященная С.А. Щеглову и его воспоминаниям).

Фамилия Мраморнов в "
Отрывках..." встречается несколько раз. Например, Сергей Александрович писал следующее:

"Помню, что за это время я не раз ходил в дом священника П.И. М… и с чрезвычайным любопытством рассматривал у него движущуюся искусственную черепаху. Мы жили так бедно, что в подобных случаях я чуть дыша, с трепетом и страхом входил в казавшиеся мне хоромы священника"

В данном случае П.И. М... это Петр Иванович Мраморнов, автор воспоминаний в тексте неоднократно применял умеренную цензуру и шифровку по отношению ко многим именам, дабы окончательно не раскрывать личность.

А теперь, как любят говорить, "следите за руками" - наш современник, А.И. Мраморнов является прапраправнуком священнику Петру Ивановичу Мраморнову, который в Петропавловском соборе нёс церковное служение вместе с Александром Щегловым, который является отцом Сергею Александровичу Щеглову, написавшему те самые "Отрывки из воспоминаний".

Представляете, как замкнулась для меня теория "шести рукопожатий" (о том, что все люди на Земле знакомы друг с другом через пять других человек) во времени? Хорошо помню, что в ту ночь от эмоционального перевозбуждения я долго не мог уснуть...

В тот вечер октября на кладбище открытия застывшей истории не закончились. Но об этом - в последней части рассказа.

P.S. В комментариях к этой записи фотографии найденных старых памятников, их местоположение на кладбище и информация о священниках Мраморновых.