Сегодня в нашу лабораторию доставили целое стадо сумчатых крыс — прямо с таможни, конфисковали у контрабандистов. Эти бедняжки… Настя качает головой, рассказывая мужу последние новости. Иван слушает вполуха, механически пролистывая ленту соцсетей. Его давным-давно перестали интересовать рабочие будни супруги, а уж истории про каких-то там грызунов тем более не вызывают восторга.
Настя работает в центре изучения диких животных. Она называет свою профессию ласково — "заулок", и любит её всей душой, готова говорить о ней часами напролет. Когда-то муж подшучивал: "Погоди-ка, попкорн прихвачу, а то твои байки — как сериалы, конца-края не видно". Но спустя пять лет совместной жизни Иван словно отстранился. Настя корит себя за это. "Ну, кого же удивишь? Жена вечно на работе…" — мысленно вздыхает она. Но ведь несчастных ленивцев привезли в таком состоянии, что пришлось срочно бросаться на помощь: душные коробки, почти мертвые тела… Кто-то выжил, кто-то оказался слабее…
Маски, перчатки, антисептик — смена давно закончилась, но Настя не смогла уйти, оставив всё на полпути. Лишь убедившись, что оставшиеся крысы вне опасности, она наконец отправилась домой. "А может, тебе уже и ночевать там надо?" — хмурится Иван, глядя на часы. "Нормальные люди уже давно дома!"
"Вань, не сердись, давай лучше поедим, а я тебе всё расскажу, что у нас произошло," — предлагает Настя, стараясь сгладить напряжение. Она совсем не хочет ссоры. "Я уже ел. Да и ждать тебя — желудок к спине прилипнет..." — ворчит Иван. "Тогда хотя бы посидим вместе, а то весь день с грызунами общалась, поговорить даже некому…"
На кухне Настя наливает себе чаю. Иван усаживается за стол и вновь погружается в телефон. Так что история о контрабанде прошла мимо его ушей. Вместо этого он разглядывает снимки своей новой пассии — стройной брюнетки, гибкой, как пантера, способной украсить обложку любого модного журнала. Сабина недавно появилась в отделе, и вокруг неё тут же развернулась настоящая охота. Мужчины падали штабелями, женщины лишь фыркали и делали вид, что её не существует. Но Сабине это было совершенно неважно.
Ей вполне хватало мужского внимания. Среди коллег-мужчин она выбрала двоих — Ивана и Толю. "Иван Андреевич женат, нечего соваться в чужие семьи," — пытались остудить пыл коллеги. "Семья — не тюрьма," — отвечала Сабина, ловко отражая удары. "Лучше займитесь своими проектами и не суйтесь туда, где вас никто не ждёт." Искусство обольщения у девушки было доведено до совершенства. Спустя всего неделю Ваня смотрел ей в рот, покорный, как натренированный щенок. И это еще до того, как она пригласила его к себе домой!
Ваня стал словно облако в тумане, часто попросту не слышал, о чём его просит жена, и ей приходилось снова и снова взывать к нему, будто пытаясь прорваться сквозь плотную завесу. "Вань, у тебя всё в порядке?" — с тревогой звенел голос Насти, тщетно пытаясь пробудить мужа от этой странной отрешенности. "На работе всё хорошо? Какой-то ты стал..." — "Да нормальный я", — отмахивался он, будто стряхивая невидимую паутину.
Настроение Насти утром стало мутным, словно небо перед грозой. Она чувствовала себя опустошённой, как после долгого марафона, когда силы покидают тело, оставляя лишь усталость и слабость. Температура ползла вверх, голова пульсировала, и казалось, что весь мир вокруг превратился в серый туман. "Вань, — позвала она мужа, который уже спешил умываться, — пожалуйста, принеси таблетку от головы. Позвоню в институт, скажу, что позже приду. Что-то слабость дикая..." — "Да переутомление обычное", — бросил Иван, вернувшийся с лекарством и стаканом воды. "Вот тебе и неймётся, а сейчас голова пройдёт, и побежишь опять к своим подопытным!" — усмехнулся он, зная, что споры бесполезны. "Вань, ну это же моя работа", — тихо вздохнула Настя, не находя сил сопротивляться.
Обед пришёл и ушёл, а вместе с ним ушла и головная боль, оставив лишь пустоту внутри. Но работа не отпускала, заставляя Настю вставать и двигаться вперёд, несмотря на слабое сопротивление организма. Вновь таблетка, вновь надежда на облегчение, но оно не приходило. "Кажется, я простудилась", — думала Настя, ощущая лёгкое покалывание во всём теле. "37,3... Этого ещё не хватало!" — возмутился Иван, занятый своими делами. "У меня презентация на носу!" — пытался оправдаться он, не желая делить своё внимание между работой и женой. "Да у меня даже кашля нет", — пыталась объяснить Настя, но её слова тонули в тишине, которую Иван предпочитал держать между ними.
Неделя прошла, как медленный танец с болезнью, и к боли в голове прибавились новые страдания. Живот ныл, словно стараясь вытолкнуть наружу все тревоги и страхи. Врач осмотрел её, словно археолог, пытающийся найти следы древнего недуга среди обломков здоровья. "Одеваясь, Прим заметила, что одежда стала словно чужой, слишком просторной и холодной. "Это что, я похудела?" — задавалась вопросом она, глядя на своё отражение в зеркале, которое отражало лишь тени прежней красоты. "И выглядишь не очень-то", — заметил Иван, проходя мимо, будто мимо незнакомца. "Синяки под глазами, кожа сухая, лопатки торчат", — сказал терапевт, словно перечислял симптомы из учебника, и вручил направления на анализы. "Я столько крови за всю жизнь не сдавала", — пожаловалась Настя мужу, вернувшись домой, но он уже думал о другом, о той, кто занимал его мысли больше, чем собственная жена.
Сначала были крысы, потом анализы... Супруг сначала ворчал, потом молчал, слушая жалобы жены, но его мысли давно ушли прочь, туда, где его ждали похвалы и восхищение новой сотрудницей, ставшей любовницей. "У меня тоже был тяжёлый день", — буркнул Иван, закрывшись в ванной, словно прячась от реальности. Ему не хотелось говорить о болезнях, ведь впереди его ждало нечто гораздо более приятное.
А здоровье Насти продолжало угасать, как свеча на ветру. Анализы показали лишь тени, намекающие на скрытую угрозу, и врач лишь разводил руками, направляя её к другим специалистам. Вещи висели на ней, как на вешалке, подчёркивая её хрупкость и уязвимость.
За дверью кабинета №1, где тишина висит густой пеленой, врач-онколог остановился перед табличкой, будто пытаясь прочесть нечто большее, чем просто надпись. В руках он держал результаты анализов, которые, подобно камню, тянули его взгляд вниз. Покачав головой, доктор выписал дополнительные направления, словно ища спасение в очередных обследованиях.
— Пока рано делать выводы, — прошептал он, не поднимая глаз на пациентку, чьи руки судорожно сжимали край стола.
— Вы думаете... Это рак? — голос Насти дрожал, словно осенний лист на ветру, готовый сорваться от малейшего дуновения.
— Давайте подождем результатов новых анализов, — мягко ответил врач, протягивая ей бумаги, которые казались ей приговором.
Вечером Настя утопала в слезах. Страх, холодный и липкий, обвивал её душу, не давая вздохнуть полной грудью. Её муж был далеко, оставшись невидимым даже в телефонной тьме сообщений и звонков. Она уснула в слезах, а когда вернулась в реальность, обнаружила, что ночь уже ушла, а вместе с ней и надежда на тепло. Иван вернулся поздно ночью, но его мысли были заняты другой женщиной, с которой он делился ночными часами через экран компьютера.
Утро встретило Настю опухшими глазами и тяжёлым сердцем. Когда Иван прошёл мимо, он бросил небрежное замечание:
— Ты совсем плохая стала...
Но эти слова прозвучали, как удар молнии.
— У меня подозрение на рак, — пролепетала Настя, и её голос задрожал, как струна под порывом ветра.
Иван замер, но вскоре вырвался крик:
— Чёрт! И сколько тебе осталось?
Эти слова, брошенные бездумно, вонзились в сердце жены острее ножа. Пытаясь смягчить сказанное, он продолжил говорить, но каждый его звук лишь усугублял боль. Дверь захлопнулась, и слёзы снова хлынули потоком, будто река, вышедшая из берегов после дождя.
Жизнь теперь казалась сломанной игрушкой. Мечты о ребёнке, уютной даче с гамаком под звёздами и верной собаке растаяли, как дымка над горизонтом. Надежда превратилась в пепел, а будущее — в туманную пустоту.
Доктор изучал новые анализы. Онкомаркеры поднялись, как красные флаги тревоги. Потирая подбородок, врач задумчиво произнёс:
— Я вижу, что вы снова похудели, а температура держится. Три недели уже...
Настя молча кивнула, чувствуя, как слёзы подступают к горлу.
— Сомнений больше нет, — заключил доктор. — Мне очень жаль. Вам нужно пройти дополнительное обследование, чтобы точно определить стадию и лечение.
— Сколько у меня осталось? — выдавила Настя, словно задавая вопрос самому себе.
— Ну что за вопросы, словно в кино, — отмахнулся врач. — Всё зависит от стадии и лечения.
Дома Настя сообщила мужу страшную новость:
— У меня четвёртая стадия рака. Доктор сказал, что не знает, сколько мне осталось.
Иван выслушал её, как будто слушал прогноз погоды. Без тени сожаления он заявил:
— Понятно. Но раз уж ты здесь, давай разведёмся. Не хочу остаться вдовцом. К тому же я влюблён в другую. Мы улетим на море через пару дней.
Настя стояла, как статуя, поражённая ударом молнии. Слова мужа били, как молот, разбивая остатки надежды. Вопросы застряли в горле, а мир вокруг неё рухнул, оставив лишь пустоту и холод одиночества.
Настя готовилась к предстоящему обследованию МРТ. Ранним утром появился Иван. "Мужик первым не выдержал", — мелькнуло у него в голове. "Я подобрал тебе отличное местечко на кладбище. Далось оно непросто — пришлось замаслить лапу начальнику богадельни, но ты уж поверь, красота здесь необыкновенная", — сказал он, вручая жене записку с номером ряда и участка. "И подумать не могла, что замужем за таким циничным типом", — покачала головой Настя. Заведённый мотор машины дал сигнал, что пора ехать. Иван сел за руль, окинул взглядом окрестности, взял портфель, попрощался с женой жестом руки и покинул дом. Результаты обследования должны были прийти Насте на электронную почту. Убитая горем, уже ничего не ожидая хорошего, она осталась сидеть на кухне, изучая свои синяки и распухшие суставы. Что-то привлекло её внимание. Присмотревшись, она обнаружила едва заметный шрам на своей щеке.
"Вспышка молнии пронеслась через неё", — вспомнила она разорванную перчатку и лёгкое покалывание, которое почувствовала в тот день, когда привезли животных с таможенного контроля. "Господи, неужели это правда?" — застывала от ужасной догадки Настя. "Нет, нельзя надеяться на лучшее. Врачи ведь не могли ошибиться в таком серьёзном диагнозе", — подумала она, нащупав в кармане своего халата клочок бумаги. "Вот оно", — выдохнула она, развернув записку. Там была пометка: сходить взглянуть на место, где ей скоро предстоит упокоиться.
На кладбище царили тишина и спокойствие. В обычный рабочий день людей почти не было, солнечные лучи согревали землю, и Настя время от времени замечала маленьких ящериц, греющихся на каменных и мраморных клумбах и памятниках. Легко найдя указанный участок под раскидистым деревом, она увидела мужчину, который мирно отдыхал прямо на будущем месте её захоронения.
— Ваня! — вскрикнула она, прикрывая рот ладонью. Незнакомец вздрогнул, открыл глаза и, очнувшись, никак не мог понять, где оказался. "Иван, что ты здесь делаешь? Ведь ты уехал!" — удивление Насти не знало границ. "Вы ошибаетесь", — спустя мгновение собрался с мыслями мужчина. "Меня зовут Савелий", — неуверенно поднялся он, будто оправдываясь, указал на место под деревом. "Прямо на моём могильном участке", — усмехнулась Настя, всё ещё не веря, что перед ней не её супруг. Внешнее сходство было поразительно. Однако вскоре она поняла, что впечатление обманчиво: хотя мужчины выглядели похожими, они были разными людьми.
— Что значит "в каком смысле"? — недоумевал Савелий. "Мой муж заранее приготовил мне эту могилу, потому что подозревают у меня рак. Вот он и поспешил. Сам между тем сбежал с любовницей куда-то на юг. А вы так на него похожи, прям жутковато. Поэтому я вас и спутала", — объяснила Настя. "Что же должно твориться в голове у человека, способного купить живой жене могильное место?" — схватившись за голову, пробормотал мужчина, потрясённо качая головой. Затем отряхнулся от пыли и песка и предложил: "Может, уйдем отсюда? Здесь не самое приятное место для прогулок". "А почему вы сами оказались здесь?" — поинтересовалась Настя. "Приехал проведать родных", — лаконично ответил он. "Сразу после работы заскочил сюда. Тут такая жара стояла, решил посидеть под вашей березкой".
— Ты возвращаешься к своей семье? — спросила удивленная девушка.
— Да, к жене и дочери, им пять лет. Они сейчас едут с моря, поезд сошел с рельсов. А я должен был уехать на три дня по работе, меня срочно вызвали, — объяснил Савелий.
— Простите, я не знала, — сказала Настя, опустив голову.
— А ко мне вряд ли кто-нибудь придет. Родители умерли давно. Муж… Она усмехнулась. Может, еще рано думать о смерти? Возможно, еще не все потеряно, — попытался ободрить ее новый знакомый.
Настя задумчиво посмотрела на свою руку и сказала:
— Жду результатов МРТ, и у меня появились некоторые сомнения относительно диагноза.
— Что у тебя там? — спросил Савелий, взяв ее ладонь и внимательно осмотрев. — Похоже на царапину и воспаление, — заключил он.
— Именно так! Ты тоже подумал об этом! — обрадовалась Настя. — Помню, я порвала перчатку и почувствовала, что поранилась где-то, — добавила она.
— Сдавала ли ты анализы на инфекции? — спросил Савелий.
Настя покачала головой.
— А на паразитов?
— И тут результат отрицательный, — уверенно ответила она.
— Ты высказала мои предположения! — радостно воскликнула Настя. — Может быть, я рано радуюсь, но мне кажется, что это не рак!
В этот момент телефон издал звуковой сигнал. Настя взглянула на экран:
— Результаты МРТ... Читай или нет?
— Не обнаружено, — прошептала она, чувствуя, как внутри нее поднимается волна облегчения.
От счастья она бросилась обнимать Савелия, но вдруг остановилась и покраснела.
— Ради Бога, прости меня! Это от избытка эмоций, — начала она извиняться, но мужчина лишь улыбнулся и тоже обнял ее.
— Я действительно очень рад за тебя, это одна из лучших новостей за последние годы, хотя она касается не меня лично, — сказал Савелий, отпуская Настю.
— Как тебя зовут, хозяйка удачного места под березой? — поинтересовался он.
Настя продолжала стоять смущенная, но радостно улыбалась.
— Анастасия. Настя, — поправилась она.
— Анастасия... Звучит великолепно, как имя великой княжны, — заметил Савелий.
— Ой, скажешь тоже, — засмеялась она.
— Худощавая, словно скелет в обертке, — пошутил он.
Настя с удовольствием поддержала шутку, согласившись, что мяса на костях у нее немного. Ей хотелось поделиться радостью, и она не хотела оставаться одна. По дороге домой Савелий предложил ей зайти в кафе.
— Такое событие стоит отметить хорошим обедом, — решил он.
Фотограф, специализирующийся на съёмке диких и экзотических животных? Невозможно! — вскрикнула потрясённая Настя. Почему? — недоумённо поинтересовался Савелий. Потому что я зоолог! Работаю в исследовательском центре диких животных, и у нас полно альбомов с твоими снимками, Савелий Эр! — с восторгом смотрела на него Настя. Теперь она уже вовсе не видела сходства с мужем. Перед ней сидел настоящий гений фотографии! Какая удача! — восхищённо подумала она. Савелий тоже был приятно удивлён. Конечно, у нас найдётся немало тем для обсуждения, — подтвердил он. Ещё немного пообщавшись, Савелий проводил Настю до дома. Позвонишь, когда результаты анализов будут готовы? — спросил он, стоя у подъезда, протягивая визитку с телефоном. Но потом передумал: Нет, пожалуй, я сам тебе позвоню.
А ещё... Хотел бы увидеться с тобой снова, если ты не против, — добавил Савелий. Конечно, Настя была не против и дала ему свой номер. В больнице настояли на дополнительных обследованиях, которые показали наличие паразитов и инфекций, полученных от укуса сумчатой крысы. Насте назначили лечение, которое вскоре начало приносить плоды. Не дожидаясь возвращения мужа, она подала на развод.
Савелий поддержал её, внимательно следил за лечением. Смотри, какая ты молодчина! — подбадривал он. Её щёки порозовели, глаза заблестели, ключицы перестали выпирать. Ещё чуть-чуть — и ты будешь готова украсить обложку журнала! — шутил Савелий. Ну да, в альбоме экзотических животных! — смеялась Настя.
Тетерева ждёт меня, книжная Анастасия, — вдруг спокойно, но уверенно произнёс Савелий. Настя замерла, её смех застыл на губах. Она ценила в нём надёжность, умение находить выход из любых ситуаций, но никак не ожидала такого поворота событий. Мне правда нужна такая тетеря, — мягко улыбнувшись, добавил Савелий, стараясь снять напряжение и дать ей время осмыслить услышанное. А можем завести собаку? — робко спросила Настя, снова краснея. Да, — рассмеялся Савелий, крепко обнял её и закружил в танце.
Иван вернулся в опустевшую квартиру. На столе лежали ключи, записка с адресом кладбища и короткая фраза: Твоё место. Пусть этот подарок не самый желанный, но ты можешь подарить его своей девушке. Ведь ты славишься оригинальностью. Та брюнетка, с которой он уехал отдыхать, вернулась из отпуска и предпочла более успешного коллегу. Настя и Савелий поженились, завели породистого пса. И ровно через год после завершения лечения у них родилась маленькая Сашенька. Её появление стало не только радостью, но и сюрпризом судьбы, словно сама жизнь наградила их за все пережитые трудности. Началась новая глава в их жизни.