Еще в 2017 году Реджепу Эрдогану удалось провести победный для него общенациональный референдум по радикальному изменению конституции Турецкой Республики, о продлении срока своего пребывания у власти и упразднении должности премьер-министра, чьи полномочия слились с президентскими.
В государстве при этом сохраняется режим чрезвычайного положения, установленный еще с июля 2016 года, когда была предпринята неудачная попытка военного переворота. Реджеп Эрдоган может отменять решения, принятые парламентом, приговоры судов, а также самостоятельно подписывать указы, имеющие силу закона.
Религиозное население турецкой провинции, крестьяне, многие госслужащие, мелкие торговцы продолжают поддерживать Эрдогана, несмотря на заметное возмущение им горожан, молодежи, студентов, квалифицированных специалистов, образованных предпринимателей, интеллигенции. Все недовольные президентом указывают на все более жестокий облик выстроенной им системы авторитарной власти, все сильнее вторгающейся с религиозной проповедью и политическими репрессиями в каждую сферу общественной жизни – на фоне бешено растущих безработицы, коррупции, инфляции, эмиграции из Турции ее самых перспективных и производительных граждан, а также массы нерешенных проблем в отношениях с соседними странами и ведущими мировыми державами.
Как нынешние события в Турции и массовые протесты могут повлиять на соседние с ней государства, от России до Ирана и Центральной Азии?
Однако постоянное заигрывание с Кремлем не помешало турецкому производителю беспилотников Bayraktar, например, продвигать строительство в Укpaине завода по их производству.
Игорь Семиволос, директор Центра исследований Ближнего Востока, полагает, что движущей силой турецкой внешней политики в первую очередь всегда останется экономика:
"Что касается региональных вопросов, России, Ближнего Востока, ключевую роль для Анкары играют деловые интересы.
И если президентом Турции вдруг стал бы Экрем Имамоглу, то все бизнес-сделки будут вращаться вокруг него, так же, как сейчас вращаются вокруг Эрдогана".
Связи Турции со странами Запада
Крупнейшим торговым партнером Турции остается Европейский союз, на долю которого приходится около трети ее внешней торговли, согласно статистике ЕС. Если кризис в Турции продолжит усугубляться, возможная смена правительства в Анкаре почти наверняка повлияет на ее отношения с Брюсселем, который приостановил процесс вступления Турции в ЕС в 2018 году на фоне "отступления от демократии". Впрочем, отношения между Брюсселем и Анкарой должны потеплеть в любом случае. В первую очередь потому, что Европа сейчас стремится уменьшить свою оборонную зависимость от Вашингтона и сформировать военную миротворческую миссию на Укзфине – и в этом вопросе вооруженные силы Турции могут сделать ее ключевым игроком.
Иран
Кризис в Турции разгорелся в то время, когда Тегеран и Анкара обмениваются угрозами и обвинениями во вмешательстве во внутренние дела друг друга. У Турции и Ирана часто возникают конфликты по различным региональным вопросам, таким как поддержка Анкарой исламистов, свергнувших режим Башара Асада в Сирии, державшийся во многом на иранских штыках, или поддержка ею Азербайджана против Армении.
Айдын Ахван, политический аналитик из Стамбула, в интервью Радио Фарда (Иранской службе Радио Свобода) напоминает: "Эрдоган – очень прагматичный правитель, меняющий альянсы и союзы всякий раз, когда это выгодно его интересам. И при этом он – сторонник так называемого исламского пути. Турецкая же оппозиция, со своей стороны, чаще евроцентрична и выступает за светскую и демократическую систему правления. Поэтому мир, каким его видит Эрдоган, безусловно, больше соответствует предпочтениям Тегерана".
Подпишитесь на канал "Жизнь Дурова: ЗОЖ, деньги, ИТ" - все самое главное о здоровье, технологиях и деньгах