Воскресение Христово - центральное событие евангельского благовестия,
Между тем, в православной иконографии нет иконы Воскресения. Известное всем изображение Иисуса Христа, в белоснежных ризах исходящего из гроба со знаменем в руке, — это позднейшая католическая версия. В Храмах России такая икона появилась только в послепетровское время.
Сегодняшний разговор не о иконографии, а о реальности Воскресения [1]. Постараюсь сказать главное. Необходимости в детальном перечислении доказательств Воскресения не вижу, во-первых, потому, что эту работу уже проделали до меня сотни историков и богословов (начиная с Иринея Лионского[2]) и сказать что-то принципиально новое по этому вопросу весьма затруднительно. Во-вторых, Воскресение Христово, хотя и «действительное событие, имевшее исторические подтверждения»[3], но оно, по мнению автора, является прежде всего предметом веры, а не юридического или какого-либо иного исследования.
Протоиерей А. Сорокин отмечал:
«Воскресение Иисуса Христа и даже явления воскресшего Иисуса (ведь в Евангелиях описано не само Воскресение, а явления Воскресшего) не могут быть подвластны такому же критическому историческому исследованию, какому могут быть подвергнуты проповедь и дела «земного», если угодно, «исторического» Иисуса до Воскресения. Но из этого не следует, что Воскресения не было»[4].
При чтении завершающих повествование об Иисусе евангельских глав бросается в глаза разительнейший контраст. Пятница – Иисус казнен, Его деяние осуждены, ученики в страхе разбежались. Кажется, что при этом они утратили остатки еще не окрепшей в Него веры. После Воскресения – уныние и страх резко сменяются «необычайной уверенностью и бесстрашием перед лицом гонений»[5]. Это можно объяснить лишь каким-то беспрецедентным явлением, реально наблюдаемым учениками Иисуса и другими людьми.
М. Эриксон отмечал:
«Многие засвидетельствовали, что видели Иисуса живым. Его видели в разных местах и при разных обстоятельствах. Самое естественное объяснение этих свидетельств – Иисус действительно стал снова живым. Кроме того, не может быть другого (или, по крайней мере, лучшего) объяснения того факта, что ученики из запуганных, подавленных людей превратились в активных проповедников Воскресения».
О том же пишет Брюс М. Мецгер: «Невозможно вообразить, что рассеявшиеся и унывающие ученики смогли обрести новую силу и благую весть в воспоминаниях о том, кто был казнен как преступник, не будь они убеждены, что Бог признал Его своим и оправдал Его миссию, воскресив Его из мертвых»[6].
Многие богословы не без оснований отмечают, что без Воскресения новозаветное здание лишилось бы своего фундамента и разрушилось. И именно поэтому Иисус явил людям самые сильные и самые убедительные доказательства реальности Своего Воскресения. Поверить в человека, казненного на кресте, как в Мессию и Сына Божиего, можно было лишь в одном случае – если Иисус действительно воскрес. Ведь в те времена, как справедливо заметил Н.Т. Райт, «никто не ожидал, что Мессия будет воздвигнут из мертвых, по той простой причине, что никто не ожидал, что его могут убить. Это было нечто радикально новое, и это подводит нас к вопросу: можно ли как–то объяснить веру первых христиан в Иисуса как Мессию, если бы не произошло события воскресения?».
В подтверждение реальности этого события Н.Т. Райт приводит «четыре удивительные характеристики», которые присутствуют в рассказах евангелистов о Воскресении Иисуса. На это важно обратить наше внимание..
Во-первых, здесь полностью отсутствуют (в отличие от евангельских описаний последних дней Иисуса) ссылки и аллюзии на Ветхий Завет и это, по мнению Райта, обусловлено тем, что истории о воскресении «восходят к самой ранней устной традиции, которая зафиксировала их в таком виде».
Вторая характеристика повествований о Воскресении заключается в том, что в евангельских описаниях самыми первыми очевидцами удивительных событий становятся женщины, которых в античном мире не считали надежными свидетелями.
Третьей удивительной чертой является нарисованный евангелистами портрет Иисуса. Н.Т. Райт пишет: «Иисус там представлен человеком с телом, похожим на тела других людей, его можно по ошибке принять за садовника или за попутчика на дороге. Кроме того, истории ясно указывают на то, что это — преображенное тело… Эти повествования не имеют прототипов. Ни один из текстов Библии не говорит о том, что воскресшее тело будет именно таким. Никакие умозрительные богословские размышления не могли навести мысль евангелистов на что–то подобное, к тому же каждый евангелист шел своим путем. …все выглядит так, как будто евангелисты мучительно описывают реальность, для которой у них просто нет адекватных слов».
Четвертая поразительная черта повествований о Воскресении связана с тем, что «в них отсутствуют любые упоминания о христианской надежде на будущее». «В Евангелиях, - замечает Райт, - нигде нет ничего вроде: «Иисус был воскрешен, а потому существует жизнь после смерти». Евангелисты «видят здесь только «посюсторонний» смысл, видят событие, которое случилось здесь и теперь: «Иисус был воздвигнут из мертвых, — говорят они, — а значит, Он Мессия; Он истинный Господь всего мира». В итоге Н.Т. Райт заключает, что единственное объяснение названных феноменов дает следующая гипотеза: «во–первых, гробница Иисуса действительно опустела; во–вторых, ученики действительно пережили встречу с Ним, которая убедила их в том, что они видят не просто призрак или галлюцинацию» [7].
К сказанному можно лишь добавить, что имеющиеся в евангельских описаниях этих событий небольшие расхождения в деталях, тоже косвенно подтверждают их искренность и правдивость. Брюс М. Мецгер утверждал: «Если бы евангелисты сфабриковали повествования о Воскресении, они бы не оставили очевидных трудностей и противоречий (например, относительно числа ангелов у гробницы, последовательности явлений Воскресшего и других деталей). То, что рассказы были так и оставлены, с несглаженными противоречиями, что не было попытки сложить один стереотипный рассказ, внушает доверие к глубокой честности тех, кто передавал эти свидетельства»[8].
А теперь несколько слов о другой, уже упомянутой причине, по которой в этой статье не привожу более детальный перечень доказательств Воскресения Иисуса Христа – прежде всего, это все-таки удел богословов, а не правоведов.
Впрочем, на сегодняшний день по этой теме уже имеется немало работ, авторами которых являются юристы.
Одно из первых таких исследований написано полтора столетия тому назад доктором права Саймоном Гринлифом (1783-1853), одним из основателей юридического факультета в Гарварде. Краткое название его труда - «Анализ Гринлифа»[9]. В нем, в частности, утверждается:
«Великие истины, провозглашённые апостолами, состояли в том, что Христос воскрес из мёртвых, и что только через раскаяние в грехах и веру в Него люди могли надеяться на спасение. Этого учения они держались единогласно, повсеместно, несмотря на всё противодействие, перед лицом самых отталкивающих заблуждений, которые можно представить человеку… Распространяя эту новую веру даже самым мирным и безобидным способом, они могли рассчитывать только на презрение, противодействие, оскорбления, жестокие преследования, побои, тюрьму, пытки и казни. И всё же они самоотверженно проповедовали свою веру, а страдания переносили не ропща и даже с радостью. По мере того, как один за другим из них погибал от руки палачей, оставшиеся в живых вкладывали в свои труды ещё больше энергии и решимости. Даже в истории войн вряд ли найдёшь пример подобного героического постоянства, спокойствия, несгибаемой отваги… Невозможно представить, чтобы они продолжали так настойчиво провозглашать описанные ими истины, если бы Иисус действительно не восстал из мёртвых и если бы они не знали об этом с такой достоверностью, как о любом другом событии…»[10].
Многие юристы согласны с доводами С. Гринлифа о том, что Воскресение Христа является достоверным историческим фактом, а потому полагают, что к показаниям апостолов в современном суде отнеслись бы с полным доверием. Тот же Дж. Макдауэлл или, например, Клиффорд Росс[11] приводят в своих книгах немало высказываний известных правоведов по этому вопросу.
Между тем, моя позиция сводится к тому, что поставленный вопрос находится все-таки за рамками чисто юридического исследования. Приводя доказательства того, что Иисус действительно воскрес, нельзя забывать, что Воскресение Христа, в свою очередь, само по себе является основным доказательством Его Божественности. М. Эриксон писал: «У нас имеются достаточно убедительные свидетельства и доказательства, удостоверяющие воскресение, которое само по себе является доказательством Божественности Иисуса». Доказывая, что Он Воскрес, мы тем самым формируем еще одно доказательство: Иисус есть Бог. Тогда как, повторюсь, существование Бога не подлежит доказыванию в принципе.
В этой связи как-то не поднимается рука оценивать с правовой точки зрения евангельские свидетельства о Воскресении. Одно дело анализировать с таких позиций какую-то житейскую ситуацию. И совсем другое - юридически доказывать и обосновывать правовыми методами сущность основного акта реализации Божественного замысла. Если даже при описании судебного процесса с трудом нащупывал эти методы, то применительно к Воскресению Христа исследователь непосредственно вторгается в сферу, которую В.Н. Лосский характеризует как «область, не доступную познанию, как неизреченную тайну, сокровенную глубину, как то, что может быть скорее пережито, чем познано»[12].
Воскресение Христа — есть и наше собственное воскресение, а потому это скорее «личное дело каждого из нас»[13], чем тема для правового исследования.
«Тот, кто будет посвящен в тайну Воскресения, познает конечную цель, ради которой Бог создал все вещи изначала»[14]. Но эта тайна непознаваема и непостижима. В Воскресение Христа можно лишь верить. В послании апостола Павла сказано: «...если Христос не воскрес, то вера ваша тщетна» (1 Кор. 15:17). Эта вера – тот остов, на котором стоит здание христианской церкви. Без веры в Воскресение не было бы и христианства.
По той же причине не буду писать о том, как крест, являвшийся символом позора и унижения, превратился в символ спасения человечества. Приведу лишь слова патриарха Кирилла о том, что крест в евангельском понимании это, прежде всего, «реальность, изначальная данность нашего существования, которая присутствует в жизни каждого человека и не зависит от его воли». А также напомню его слова о том, что крест символизирует Божий суд, совершившийся на Голгофе, и что в православии он удивительным образом напоминает «образ весов Небесного правосудия, символ последней справедливости»[15].
На этом, если обратиться к утверждению А. Гумерова, возможность историко-правовых изысканий представляется автору на сегодняшний день исчерпанной. Хотя, наверняка, не сегодня-завтра найдется исследователь, который пойдет дальше. Мне же, как юристу, остается сказать: Не вижу необходимости выстраивать систему доказательств, подтверждающих факт Воскресения. Я просто в это верю.
Христос воистину Воскрес!
В Православной Церкви иконой Пасхи считается икона, называемая «Ανάστασις» – «Воскресение Христово», к которой в России приблизительно с XVIII века стало применяться также название «Сошествие во ад».
[1]О доводах в пользу реальности Воскресения рекомендую почитать - Мецгер Б.М. «Новый Завет. Контекст, формирование, содержание», М.: Библ-богосл. ин-т Св. апостола Андрея, 2008, С. 143-144.
[2]Ириней в своем сочинении «Против ересей» посвятил доказыванию реальности воскресения целый раздел.
[3]Ст. 639 Катехизиса католической церкви.
[4]Протоиерей А. Сорокин, «Христос и Церковь в Новом Завете. Введение в Священное Писание Нового Завета», изд-во Крутицкого подворья, М, 2006.
[5]Мецгер Б.М., указ.соч., С. 140.
[6]Там же, С. 139.
[7]Райт Т., Эванс К., «Иисус: последние дни. Что же произошло на самом деле», М.: Эксмо, 2009, С. 135-141; Райт Т., «Главная тайна Библии», М.: Эксмо, 2009, С. 86-91.
[8]Мецгер Б.М., указ.соч, С. 140.
[9]Полное название труда - «Исследование свидетельств четырех евангелистов по правилам юридических доказательств, применяемых в судопроизводстве». Известны и другие варианты перевода, например, - «Свидетельские показания авторов Евангелий с точки зрения современной судебной практики».
[10]Цит. по книге - Макдауэлл Дж., «Неоспоримые свидетельства», М.: Совм. сов.-амер. предприятие «Соваминко», 1992
[11]Росс К., «Иисус вновь перед судом», («Jesus again before court»), 1991.
[12]Лосский В.Н.,«Очерк мистического богословия Восточной церкви. Догматическое богословие», Центр «СЭИ», 1991, введение.
[13]Интервью патриарха Алексия II, газета «Труд», 22 апреля 2006 г.
[14]Св. Максим Исповедник, «Сотницы умозрительные», Добротолюбие, Т.3., изд. «Неугасимая лампада», 2008.
[15] Патриарх Кирилл, «Слово пастыря. Бог и человек. История спасения. Беседы о православной вере». М., изд. Московской Патриархии, 2009, С. 241-247, 361.