Прошёл час.
Роман молча наблюдал, как Виктор крутит в руках старую зажигалку, найденную на столе. Пластик был потёртым, а металлическая часть покрылась царапинами от бесчисленных использований. Он щёлкал ею снова и снова — короткий, резкий звук разрезал тишину комнаты, будто подчёркивая напряжение. Каждый щелчок эхом отдавался в голове Романа, который уже не мог больше терпеть молчание.
— Ты вообще слышишь меня? — наконец не выдержал он, прерывая затянувшееся молчание.
Виктор даже не поднял глаз.
— Слышу. Как ты думаешь, он уже там остыл? — тихо сказал он.
Виктор снова покрутил зажигалку в пальцах, словно размышляя.
— Ну уже больше часа прошло. Что делать-то будем? — спросил Роман, облокотившись на стол.
— Не знаю. Надо к нему сгонять.
— Просто не хочу, чтобы меня узнали.
Роман задумался, потом его лицо осветилось хитрой ухмылкой.
— У меня есть новогодняя маска!
Виктор приподнял бровь.
— Какая?
— Заяц.
Виктор тяжело вздохнул и потер переносицу.
— Серьёзно?
— Зато тебя никто не узнает!
Тем временем толстый мужчина в «Лексусе» сидел на водительском сиденье и яростно нажимал кнопки на трёх телефонах, пытаясь установить хоть какую-то связь. Бесполезно.
Снаружи ревел ветер, метель полностью замела следы вокруг машины. Он не был идиотом. Выйдя к обломкам вертолёта, он мгновенно почувствовал, как ледяной воздух пронзает лёгкие, кусает кожу, сковывает мышцы. Ему хватило пары шагов, чтобы понять: он не выживет здесь на своих двоих.
Захлопнув дверь, он нажал кнопку обогрева сидений и выкрутил печку на максимум.
Стук в окно.
Он подпрыгнул.
Резко обернулся.
За окном стоял человек с пластиковой маской зайца на лице.
Толстяк резко потянулся под сиденье и нащупал холодную рукоять пистолета.
«Заяц» медленно обошёл машину и указал на пассажирскую дверь.
— Открывай.
Жирный направил дуло на странного гостя, но через пару секунд всё же разблокировал двери.
Виктор спокойно сел на пассажирское сиденье, закрыв за собой дверь. Краем глаза он увидел, что пистолет направлен прямо ему в висок.
— Убьёшь меня — останешься здесь навсегда.
Толстяк молча вытаращил глаза.
— А у топлива есть свойства заканчиваться.
— Вытаскивай меня отсюда, щенок! — вдруг заорал он, краснея от злости.
Виктор медленно повернул голову.
— Я заяц. — Он постучал пальцем по маске. — И мне нужны твои деньги.
— Иди-ка ты н*й!!!
Толстяк расхохотался громко, мерзко, но в его голосе слышалась паника.
— Хорошо. Приду позже, когда созреешь.
И Виктор исчез, оставляя после себя парящие снежинки.
Лицо толстяка вытянулось. Он нервно сглотнул, медленно убрал пистолет и замер, глядя в лобовое стекло.
Он просто исчез. Заяц просто исчез.
Машина слабо покачивалась от порывов ветра. Метель билась в стекло, засыпая снегом капот и боковые зеркала. Фары бесполезно светили в белую пустоту, где не было ничего.
Толстяк быстро, дрожащими руками снова схватил один из телефонов.
Нет сети.
Чёрт!
Он плюхнулся обратно в кресло, чувствуя, как горячая паника подступает к горлу.
"Надо сохранять спокойствие."
Он глубоко вдохнул, провёл ладонями по лицу.
"Я где-то недалеко. Меня будут искать."
Но чем больше он думал, тем сильнее его трясло.
Сначала он сидел совершенно неподвижно, не веря в происходящее, потом пытался найти радиосигнал, проверял каждую частоту. Белый шум из колонок начал раздражать.
Пробовал выйти из машины, но ледяной ветер мгновенно впивался в кожу, словно тысячи иголок вонзились в лицо.
Он рванул обратно в салон, захлопнул дверь и задрожал сильнее.
Печка работала на полную мощность, но воздух всё равно оставался холодным.
Толстяк заёрзал на месте, пытаясь найти более удобную позу. Потом включил музыку с телефона, чтобы хоть чем-то забить пустоту.
Но тишина вокруг казалась такой густой, что даже его любимые треки звучали неестественно, словно доносились из другого мира.
Он выключил музыку.
Остались только его дыхание, ветер и слабый гул работающего двигателя.
Наступило утро.
Сквозь снежную мглу пробивался тусклый свет.
Стук в окно.
Жирный взвизгнул, чуть не стреляя наугад.
Снова этот чёртов заяц.
— Да ты хоть знаешь, с кем связался?! — заорал он, сжимая пистолет. — Тебе конец!
«Заяц» спокойно указал на свои уши и покачал головой, изображая, что не слышит его угроз.
Обошёл машину, дёрнул ручку пассажирской двери.
Заблокировано.
Раздался щелчок, дверь открылась.
Виктор неторопливо сел на пассажирское сиденье, стряхнул снег с ботинок.
— От кого ты закрываешься? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Здесь ведь на сотни километров ни души.
— Ты чё, сука, самый умный?! — рявкнул толстяк.
Выстрел.
Пуля вошла в ногу.
Боль вспыхнула мгновенно. Виктор сжался, стиснул зубы, почувствовал, как горячая кровь пропитывает штанину.
Он посмотрел на оружие. Потом на свою рану. Это было явно не по плану.
Закрыл глаза и открыл их уже у Романа в квартире.
Роман ждал у банкомата, переминаясь с ноги на ногу, затем почувствовал вибрацию в кармане.
— Алло?
— Эта сука мне в ногу выстрелила!
Голос Виктора звучал зло, но спокойно.
— Я у тебя дома. Давай сюда.
Роман сорвался с места, по пути заскочил в аптеку, схватил бинты, перекись водорода. Водка уже была наготове в холодильнике.
Когда он вбежал в квартиру, Виктор сидел на стуле, оголив ногу, по которой стекала кровь. Ранение прикрыл белым полотенцем.
Роман замер.
— Бляяя… Белое полотенце! Ты серьёзно?!
Виктор медленно поднял взгляд.
— Тебя только это беспокоит во всей ситуации?!
— Я думал, тебя пули не берут.
Виктор медленно выдохнул.
— Похоже, берут.
Роман торопливо достал бинты.
— Что, в больницу?
— Никуда не надо.
Виктор прикрыл глаза.
— Это пуля, а значит будут вопросы, которые нам не нужны.
Роман вздохнул и откупорил водку.
— Ладно… Значит, надо подумать.
— Точно.
Они переглянулись.
Водка, предназначенная для дезинфекции, ушла внутрь.
Ночь обещала быть долгой.
Ледяная пустыня. Глава 8
Метель - приятного чтения.