Найти в Дзене

Польский охотничий спаниель. Кто он?

Есть такая порода - Польский охотничий спаниель. В общем-то аналог русского спаниеля, выведенный в аналогичной ситуации, в аналогичное время, обладающий идентичным экстерьером и использованием на охоте. Давайте познакомимся с ним поближе. Может быть благодаря этому знакомству получится по-другому взглянуть и на нашу отечественную породу спаниелей. Ниже приведена информация из польских источников. Сразу оговорюсь - понятно, что поляки не очень хорошо относились к нам и старались по возможности не упоминать то, что когда-то Польша входила в состав России. Поэтому когда пишется: "в далекой Сибири", нужно понимать, что это такое образное выражение... Хотя на деле многие поляки в то время имели имения в Польше, но работали и строили карьеру в России и тот же железнодорожник Козелл-Поклевский, родом был из Беларуси, мог проживать в пригороде Петербурга, жил он и в Томске, Омске и Екатеринбурге, но поляки пишут "в далекой Сибири". На рубеже 19-20 веков спаниели слабо были распространены на те

Есть такая порода - Польский охотничий спаниель. В общем-то аналог русского спаниеля, выведенный в аналогичной ситуации, в аналогичное время, обладающий идентичным экстерьером и использованием на охоте. Давайте познакомимся с ним поближе. Может быть благодаря этому знакомству получится по-другому взглянуть и на нашу отечественную породу спаниелей.

Ниже приведена информация из польских источников. Сразу оговорюсь - понятно, что поляки не очень хорошо относились к нам и старались по возможности не упоминать то, что когда-то Польша входила в состав России. Поэтому когда пишется: "в далекой Сибири", нужно понимать, что это такое образное выражение... Хотя на деле многие поляки в то время имели имения в Польше, но работали и строили карьеру в России и тот же железнодорожник Козелл-Поклевский, родом был из Беларуси, мог проживать в пригороде Петербурга, жил он и в Томске, Омске и Екатеринбурге, но поляки пишут "в далекой Сибири".

На рубеже 19-20 веков спаниели слабо были распространены на территории Польши, хотя это и странно - потому что обширность и разнообразие охотничьих угодий подходят для собак этого типа.

Немногочисленные импортированные спаниели выполняли разную работу: использовались на ходовой охоте, в загонах, а также применялись для розыска уток и их подачи.

Из-за малого их количества невозможно было породы вести в чистоте. (Знакомая фраза, правда?) Поэтому их вязали между собой, учитывая характеристики рабочих качеств. Во многих районах (особенно на востоке страны) спаниели нашли благодатную почву. В страну завозились одиночные эпаньоли, по случаи - пары гончих, привозили также и различных английских спаниелей. Это были в основном спрингеры, кокеры, единичные представители суссексов, фильдов и норфольков. Они не были похожи на современных выставочных собак, они были стопроцентно рабочими собаками.

Август Штольцман в начале 20 века пишет о них в "Польском охотнике": "Предназначение спаниелей не бесполезно стоять на стойке по птице в зарослях, а выгонять дичь без стойки, при этом разгонять дичь за пределами стрелковой линии не имеет никакого смысла." О том, что все эти собаки используются одинаково свидетельствует фраза Штольцмана: "все эти породы используются одинаково, поэтому без особого вреда могут слиться в одну общую породу". Эти пророческие слова должны были исполниться спустя несколько десятилетий.

Портрет Томаша Замойского с лошадью и собакой – Войцех Коссак 1928 год, Фото из архива польского охотника
Портрет Томаша Замойского с лошадью и собакой – Войцех Коссак 1928 год, Фото из архива польского охотника

В далекой Сибири охотились со спаниелями члены известного рода Козелл-Поклевских. Эти строители железных дорог и страстные охотники завезли много охотничьих собак. Сохранилась фотография 1900-го года Винсента и Тадеуша Козелл-Поклевских с парой спаниелей, выращенных и используемых их семьей в Сибири. Они очень похожи на героев нашей истории.

Винсент и Тадеуш Козелл-Поклевские с охотничьими спаниелями, выращенными ими в Сибири, Фото из архива Гжегожа Козелл-Поклевского
Винсент и Тадеуш Козелл-Поклевские с охотничьими спаниелями, выращенными ими в Сибири, Фото из архива Гжегожа Козелл-Поклевского

В Ново-Украинце разводил Суссекс-спаниелей поляк Эмерик Новицкий, отсюда они расходились в Польшу и в глубь России. Разведение Новицкого пользовалось большой известностью среди охотников, и именно он был основными производителем пойнтеров и спаниелей, хотя последние разводились в меньших масштабах.

Да-да, это тот самый Эмерик Александрович Новицкий, русский заводчик охотничьих собак, владелец суссекса Скампа, который упоминается в книге Сабанеева несколько раз. Что за город Ново-Украинец или Новоукраинск и где он находился - в России или в Польше я не смогла разобраться.

Несомненно, самой известной заводчицей спаниелей была княгиня Изабелла Радзивилл, жена князя Кароля Михаила Радзивилла, городского ордината. В имении Манькевичи в Полесье она разводила спаниелей с приставкой „Lwa” (по-польски: "Лва"). Название питомника произошло от реки Львов, протекающей через бывшее Волынское и Полесское воеводства. Возможно название питомника Радзивиллов также произошло от уменьшительного имени княгини - оно было „Ива (Iwa)”. Какая из версий правильная сейчас трудно понять. Резидент в Манкевичах генерал Адриан Картон де Виарт также привез спрингер-спаниеля Дона из Англии. Питомник просуществовал до 1939 года, а после начала войны спаниели были реквизированы и вывезены вглубь России. О них до сих пор ходят истории, как об служебных собаках, смешанных с местным поголовьем.

Собаки французских пород были менее известны, но также ценились за охотничьи качества. Более суровый климат восточных земель тогдашней Польши требовал, чтобы собака, устойчивая к суровым климатическим условиям, эффективно работала на полесских болотах, в обширных украинских степях и в лесах, покрытых густой растительностью. Маленькие спаниели работали там с удивительной эффективностью. Большинство из них были коричневато-красного окраса с пятнами и крапом, иногда с белыми отметинами. На это повлияли их предки, часто коричнево-пегие, и предпочтения охотников к собакам, максимально приближенным к окраске леса - мало заметным для поднимаемой дичи.

В начале 80-х годов хорошие условия охоты на мелкую дичь и трудности с продовольствием привели к росту интереса к охотничьим собакам мелких пород. Спаниели попали в яблочко.

В эти годы доктор Анджей Кшивинский - ученый, натуралист, охотник и судья испытаний охотничьих собак, сам разводивший такс, лаек и ягдтерьеров, держащий питомник „из широкого Бора”, часто посещал различные места бывших границ Речи Посполитой, проводя научные проекты и сотрудничая с тамошними натуралистами. Как и охотник из плоти и крови, он не отказывался при этом участвовать в охоте. Там он лично познакомился с различными местными спаниелями и их историей, неразрывно связанной с Польшей. Вернувшись, он начал искать хорошо работающих спаниелей среди охотников. Так началось плановое разведение.

Первой племенной сукой была коричневая с крапом Пестка. Этот окрас стал ведущим в последующем разведении польских охотничьих спаниелей, хотя попадались в пометах черно-крапчатые особи и иногда с подпалом. Увлечение охотой со спаниелем, их уравновешенность и послушание, а также большая страсть к воде повлияли на то, что этот любитель самостоятельных и темпераментных собак решил разводить спаниелей.

Фродо из Широкого Бора
Фродо из Широкого Бора

Спаниели доктора Кшивинского несколько раз демонстрировались на охотничьих мероприятиях и выставках собак в Познани - в 80-х годах. Ими интересовался профессор Казимир Сшесинский, но после его смерти никто не продолжил его работу. Это не означает, что польский спаниель перестал существовать. Его достоинства были оценены не только в Польше, но и в разных странах Европы. Охотятся с ним в Нидерландах, России и Литве, а также в Эстонии, Швеции и Польше, он был предметом научных исследований в области поведения псовых, разработки в университетах Тарту (Эстония) и Упсала (Швеция), а также в Варшавской SGGW.

Доктор Анджей Кшивинский на прогулке с сукой Кавкой, подружившейся с бобром.
Доктор Анджей Кшивинский на прогулке с сукой Кавкой, подружившейся с бобром.

Прорывом в демонстрации польского охотничьего спаниеля широкой публике стал II и III фестиваль охотничьих собак в Спале. Во время фестиваля Святого Губерта в 2016 они были специальными гостями. Представлено около тридцати очень ровных по типу кобелей и сук разного возраста.

С 1 января 2017 года польские охотничьи спаниели были допущены к участию в выставках как непризнанная порода. Представители породы на польских выставках могут получать титулы вплоть до "чемпиона Польши". То есть по сути статус породы сейчас в Польше одинаковый с нашим русским охотничьим спаниелем - порода не признана ФЦИ, но признана местной кинологической федерацией.

С 2017 года родилось около 1200 представителей этой породы, и в настоящее время в Польше зарегистрировано около 500 собак, а также более 60 за пределами Польши.

Численность за пределами Польши невелика – чуть менее 100 собак. В настоящее время собаки проживают в Нидерландах, Бельгии, Финляндии, Дании, Швеции, Норвегии, Швейцарии, Германии, Великобритании, Италии, Португалии и Литве.

Польский охотничий спаниель в январе 2017 года претерпел существенные изменения в кинологической позиции, так как на Пленуме ZG ZK в Польше было принято решение о допуске (вне конкурса) этой породы к испытаниям для охотничьих собак мелких пород. А на пленарном заседании ZG ZK в Польше, 14 сентября, принята резолюция № 4. : Было принято решение, что с 1.01.2017 года будет открыта предварительная книга (кВ) для польского охотничьего спаниеля с одновременным допуском к участию в выставках как непризнанная порода.

В настоящее время (в различных случаях) проводятся зоометрические измерения, фотографии отдельных особей этой породы собак и собираются данные об их происхождении, использовании и возрасте, а также адреса владельцев. На основе рекомендаций FCI был разработан первоначальный стандарт породы (в настоящее время на консультации). Основная комиссия по разведению создала группу из 6 человек (опытных судей, заводчиков и охотников), которые в сотрудничестве с Департаментом наук о животных SGGW собирают существующую документацию по разведению и на основе измерений и обзора собак должны разработать предварительные рекомендации по разведению для предстоящих вязок. Было разрешено отделению в Плоцке выступать в качестве „родительского отделения” для породы, а клуб – комиссия спаниелей и легавых при ZG ZK в Польше была назначена „опекуном по должности”.

Ну а теперь, что я хочу сказать от себя об этой породе:

Порода очень и очень молодая. Те исторические сноски о спаниелях 19 века - это скорее красивые истории. Отдельное внимание стоит уделить спаниелям Изабеллы Радзивилл. Везде упоминается купленный ей за большие деньги в Англии спрингер-спаниель Rolick of Harting (или Rolick). Он должен быть 1930 года рождения. В базах кокер-спаниелей есть Rolick of Harting, но он рожден в 1907 году, видимо это не он. Других Роликов я не нашла, но кличка очень знакомая... Ну да ладно.

В тексте выше есть довольно-таки непрозрачные намеки на то, что после войны в СССР вывезли ценнейших спаниелей Радзивиллов и влили их в нашу местную популяцию. Также указано, что первых представителей породы Анджей Кшивинский собирал по окраинам Польши... Мне это сразу показалось подозрительным. И вскоре я нашла подтверждение моим подозрениям. На еще одном сайте история была несколько другая:

"Только в конце 1980-х - начале 1990-х годов доктор Анджей Кшивинский возродил интерес к польскому охотничьему спаниелю. Как ученый, натуралист, охотник и судья по тестированию охотничьих собак, в прошлом разводивший такс, лаек и ягдтерьеров, доктор Кшивинский заинтересовался спаниелями во время своей научной работы, когда посещал бывшие восточные пограничные районы, тогда находившиеся в границах СССР.
Он считается отцом возрожденного польского охотничьего спаниеля, поскольку именно он положил начало размножению ПСМС, импортировав первую суку спаниеля с соответствующими чертами характера и большой охотничьей страстью с современной территории Беларуси. Эта самка по кличке Пестка считается прародительницей современного польского охотничьего спаниеля."

-5

Ну вот теперь все понятно. Кшивинский бывал на охотах в Беларуси. Там он был восхищен работой русских спаниелей. Купил первую собаку - явно русского спаниеля - и на ее основе повел разведение польского охотничьего спаниеля.

Говорить о возрождении не приходится - он просто собрал собак нужного типа. Русские спаниели наверняка были и в Польше - наши же офицеры могли их завозить туда во время службы в армии, точно также как часть русских спаниелей осела и в ГДР.

Я попробовала поискать что-то про вывоз спаниелей Радзивиллов в СССР в 1939 году и наткнулась на считающуюся экстремистской газету из Беларуси, пришлось даже через VPN прочитать нужную статью, у нас ее запрещено видимо читать. Так вот, там рассказывается еще более интересная история:

Перед бегством от наших войск, Радзивиллы раздали своих собак, увезти они их не смогли. Особо ценных даже продали. Не потому, что деньги были нужны, а для того, чтобы люди их ценили и не выбросили на улицу. В течение следующих 50 лет, местное население тихо и без родословных продолжало разведение Радзивилловских собак и не смотря на все катаклизмы их удалось сохранить. В перестройку Анджей Кшивинский узнал о том, что в районе "полесской глуши над Горынью" есть популяция Радзивилловских спаниелей и решил их возродить. Вот такая красивая история.

Но... Я не верю. После 1939 года была война, эти территории были оккупированы уже немцами и не могли там уцелеть эти "тайные спаниели". Так что легенда красивая, и несомненно каждая порода нуждается в красивой легенде для своего продвижения, но завез Кшивинский именно русских спаниелей.

Леон из Широкого Бора, Вл. А. Кшевинский
Леон из Широкого Бора, Вл. А. Кшевинский

Я не хочу ни в чем обвинять поляков - они занимаются хорошим делом. Пусть выводят свою породу, в этом нет ничего плохого. Но почему бы не сказать правду? Они выводят своих собак на основе русского спаниеля. Только и всего.