Ханаанский бальзам
Дух Женевы
Слеза комсомолки
Поцелуй тети Клавы
Сучий потрох
Да-да-да...звучит как запретные заклинания. Коктейли от Венечки Ерофеева, алхимические эликсиры безумия и тоски.
Как говаривал сам Веничка: "Жизнь дается человеку один раз, и прожить ее надо так, чтобы не ошибиться в рецептах".
Вспоминается: в отрочестве, лет в двенадцать, "Всадник без головы" Майн Рида, тайком переданный на одну ночь, словно священная реликвия. В студенчестве – упоение Гессе, медитативное вчитывание в "Игру в бисер", ускользающие смыслы "Ёжика в тумане" Норштейна, и, конечно, святое знание состава коктейлей из "Москва – Петушки".
Вот, к примеру, "Дух Женевы":
- Духи "Белая сирень" – 50 г.
- Средство от потливости ног – 50 г.
- Пиво "Жигулевское" – 200 г.
- Лак спиртовой – 150 г.
И так далее… Дерзните, прикоснитесь к Веничке. Только через его слог, пьянящий и горький, возможно постичь суть этих адских смесей.
Тогда, в бунтарские студенческие годы, "Москва – Петушки" казалась дерзким плевком в лицо благопристойной литературе. Но позднее, перечитывая, вникая в глубины ерофеевского мира, я осознала его щемящее одиночество, его отчаянный поиск рая на грешной земле.
Я полюбила "ангелов Венечки", этих хрупких, невидимых спутников. И позавидовала его способности чувствовать их присутствие, в отличие от меня, глухой к небесным голосам.
А знаете ли вы, что изначально поэма должна была называться "Москва – Коломна"? Коломна… Город, к которому Ерофеев неизменно возвращался. Быть может, там и таился его "рай"? Не знаю.
Неописуемая радость охватила меня, когда я нашла его могилу. Стояла молча, вспоминала.
Как жаль, что не было при себе алкоголя. Отхлебнула бы… остальное выплеснула на могильный холм, прошептав: "…и немедленно выпил!".