Тема: Рюкзак со сновидениями.
Условие: В рассказе должна быть мелодия, которую никто не может вспомнить до конца.
— Ты уверена? Я точно не отравлюсь? Это же гадость страшная. — Аля была не в восторге от предложения подруги погадать таким образом. Но Святки же. Вечер требовал необычного завершения.
— Уверена. Не отравишься. Я же тебя не всю солонку съесть заставляю. Всего треть чайной ложечки. Чтобы наверняка. — Марина рылась на кухонной полке в поисках соли. — Вот она! Пошли, я тебе постелила.
Уже сидя в кровати Аля выслушивала последние наставления.
— Теперь главное. Нужно обязательно постараться запомнить из сна как можно больше. Лучше всего — разглядеть лицо. Да, не забудь поблагодарить и попрощаться. Всё равно как, но сон нужно отпустить. Иначе пакость какая-то может случиться. Не знаю какая, но лучше не рисковать.
— Марин, может не нужно? Может лучше, как в прошлый раз, записку напишу, да и всё?
— Не смеши со своими записками. Детский сад, — хмыкнула Марина. — Ты здесь первый раз ночуешь, новое место — то, что нужно. Гадание проверенное. У меня так тётка своего мужа во сне увидела. Скоро двадцать лет как вместе. Только обязательно нужно проснуться самой. Так что выключи свой дурацкий будильник.
Марина вышла из комнаты и закрыла дверь. А Аля, ещё раз с сомнением посмотрев на ложку с солью, уже думала отказаться от этого баловства. Но потом представила насмешливое лицо подруги. Марина считала своим священным долгом найти ей жениха и, при любом удобном случае, подкалывала. Лучше уж сделать, как она хочет. В конце концов, ну что может случиться? Это про зеркала всякие страшилки ходят, что можно, неудачно погадав, к себе покойника привязать так, что не отделаешься. А соль… Может и вообще никто не покажется.
Аля вздохнула и засунула ложку в рот. Главное проглотить побыстрее. Гадость! Её даже передёрнуло. Теперь слова.
— Суженый-ряженый, дай воды напиться.
Девушка погасила свет, натянула до подбородка одеяло, приготовившись засыпать долго, как всегда, когда приходилось ночевать не в собственной кровати. Будь то родительская дача, квартира друзей или гостиница — каждый раз в голове начинали роиться мысли, слух ловил каждый шорох и подозрительный шум. Даже тени укрытых снегом деревьев, легко покачивающиеся в лунном свете, казались чем-то фантастическим. От проглоченной отравы во рту пересохло, а к горлу подкатывала тошнота. Подушка в свежей наволочке пахла морозом и чем-то приятным. Аля не заметила, как провалилась в сон.
Перед глазами маячили два расправленных крыла. Вышитых на рюкзаке. Расходится, лопается молния, рассыпаются вещи. Её кружат, путают, мелькающие, падающие картинки, образы. Падает стеклянная банка, разлетаясь осколками, падает чашка, кофе заливает белые брюки. Куда-то с едва уловимым звоном летят ключи…
Ярко светит солнце. Жара…
***
Настроение портилось также стремительно, как и погода. Тёплый летний вечер хмурился тяжёлыми грозовыми тучами. На землю падали первые капли, а ветер налетал злыми порывами. Им вторили раскаты грома. Почти совсем стемнело. Август — это не июнь.
Аля остановилась, чтобы вытащить из сумки зонт. Завозилась с пакетами. Книги, журналы, тысяча жизненно важных мелочей, а руки, как всегда, только две. Это раздражало. И где-то на краю сознания маячило неприятное предчувствие. И опять эта мелодия. Уже который месяц никак не отвяжется. «Та-да-да да-да-да, та-да-да да-да-да…» Ни вспомнить невозможно, ни выкинуть из головы. Каждый раз Аля говорила себе, что нужно уже найти, что это за песня, послушать до конца и забыть. И каждый раз её что-то отвлекало. Что-то обязательно случалось.
А может мелодия и преследующие её неприятности связаны? Может и теперь настроение испортилось не просто так? Она почти вспомнила что-то важное. Почти разгадала. Резко зазвонил телефон. От неожиданности Аля выпустила из рук один из пакетов, ругнулась под нос и уже готова была наклониться за ним, как вдруг её испугал крик за спиной.
— Куда?! Больной!
Она обернулась очень вовремя. Едва успела отшатнуться от пролетевшего по пакету курьера на чём-то бесшумном и быстром. Её обдало ветром и брызгами. Аля, подняв и кое-как расправив помятый, мокрый пакет оглянулась на крикнувшего. Тот отряхнул рюкзак, закинул его на одно плечо и быстрым шагом уходил вниз по улице. Силуэт показался смутно знакомым. Она точно видела его раньше, знала эту походку. Но где? Всю дорогу до дома, обходя лужи и укрываясь зонтом от дождя и ветра, Аля думала над этим странным чувством. И дома, готовя ужин и собираясь ложиться.
Вдруг, между кухней и спальней, её осенило. Она чуть не перевернула чашку с чаем. Она видела всё случившееся во сне! Да-да! Всего несколько дней назад! И улицу, и дождь. Точно помнит этот окрик и силуэт парня с рюкзаком. Тут же, потоком хлынули и другие воспоминания. Слишком часто, слишком неправдоподобно часто с ней происходят неприятности. Сначала невинные, вроде разлитого кофе или упавших в шахту лифта ключей, они постепенно становятся всё серьёзнее. На прошлой неделе перед ней упала банка. Точнее её кто-то скинул. И не со второго этажа. Если бы её не задел встречный прохожий, сейчас она лежала бы с сотрясением. Как же он выглядел? Сегодня её чуть не сбил псих из доставки. И опять спас случай. Только книги пострадали. Жаль. Две она купила в подарок. Теперь нужны новые.
Спать. Нужно поскорее уснуть и подумать обо всём завтра. До завтра ничего не случится.
Ярко светит солнце. Жара. Блики в витринах и лужах. К горлу подкатывает мерзкий комок тошноты и страха. Брызги. Глаза слепят тысячи тысяч солнечных бликов. И крылья. Два расправленных, переливающихся оттенками зелени и синевы красивых крыла…
***
Аля вскочила с кровати и, не до конца проснувшись, метнулась из спальни, хлопнув дверью. И только от этого звука пришла в себя. Страшно болело колено, а в голове ускользающим эхом повторялся всё тот же навязчивый рефрен, который она никак не могла вспомнить до конца. Похоже на вальс, а может и нет. Точно что-то старое…
С этим нужно было что-то делать. Иначе так и с ума сойти недолго. Марина. Конечно! Вот спокойный, рассудительный человек, которому можно рассказать всё, и который не покрутит при этом пальцем у виска.
Рука сама потянулась к телефону, и, только набрав номер, Аля подумала, что ещё слишком рано.
— Алё, — голос звучал сонно и недовольно. — Аль, ты чего в такую рань звонишь? Пожар?
— Не пожар, но очень срочно. Прости. Мне с тобой поговорить нужно. О снах. Ты же всей этой мистикой серьёзно увлекаешься…
— Сейчас я увлекаюсь исключительно сном, — невнятно пробормотала телефонная трубка. — Прынца штоль во сне нашла наконец?
Объяснять что-то не проснувшемуся как следует человеку — дело неблагодарное.
— Почти. Мне с тобой встретиться нужно. Чем скорее, тем лучше.
— Не, подруга, я тебя, конечно, очень люблю. Но в город раньше обеда выбраться не смогу, — Марина растягивала слова и нещадно зевала. — Я же сейчас почти что вольная помещица, на дачах прохлаждаюсь. Пока соберусь, пока до электрички. Кстати! — видимо к этому моменту она, наконец, проснулась, потому что голос зазвучал живее. — Я такое кафе обнаружила. И от вокзала недалеко. Ты не знаешь. Адрес пиши.
***
Аля торопилась на встречу. От вокзала, может, было и недалеко, но вот с другим транспортом возникло недопонимание. Сначала она вышла из метро не с той стороны от шоссе, потом тщетно пыталась найти обычный пешеходный переход. Наконец поняла, что идёт не туда, и затормозила.
Ярко светило солнце. Жара. Блики в витринах и лужах после ночного ливня. Где-то глубоко шевелилось знакомое раздражение и смутное предчувствие чего-то нехорошего. Она всё это видела, она всё это знает! Как знает и эту мелодию, которую опять прокручивает паникующее сознание. «Та-да-да да-да-да, та-да-да да-да-да…» Улица перед глазами поплыла и закружилась, а во рту появился противный, ни на что не похожий вкус.
— Девушка, вам плохо?
Чьи-то руки заботливо подхватили её в тот момент, когда она уже приготовилась встретиться с дорожной плиткой.
— Давайте я вам помогу. Только стойте, пожалуйста. Не падайте. Может воды?
Стоять получалось с трудом. Поднять глаза на говорящего казалось и вовсе невозможно. Но пить действительно хотелось страшно. Аля едва заметно кивнула, боясь в любой момент просто выключиться. Перед собой она видела только тротуар, тёмно-синие джинсы и светлые кеды. Потом появился рюкзак. Видимо её спаситель хотел достать воду…
На рюкзаке красовалась вышивка. Два расправленных сине-зелёных крыла. Они переливались на солнце и блестели. Аля вспомнила.
Гадание. Соль.
Ярко светит солнце. Жара. Блики в витринах и лужах. И ей хочется пить. Ещё бы! Ведь она специально глотала эту горько-солёную отраву, чтобы увидеть своего суженого. И он пришёл, протянул ей бутылку воды. Но лица она так и не разглядела. Не успела поблагодарить, не успела попрощаться.
Проснулась резко, внезапно. От орущего на весь дом телевизора. Шёл какой-то ретро-концерт. И эта дурацкая, навязчивая мелодия!
Аля с опаской взяла протянутую бутылку и осторожно подняла глаза. Было страшно, улица расплывалась, но перед собой она видела слегка встревоженные, ярко-голубые глаза. Точно добрые. Больше она не успела ни о чём подумать. За спиной раздался какой-то шум, визг тормозов. В тот же момент парень сильно толкнул её в сторону.
Бутылка полетела из рук, ударилась, разбрасывая в стороны яркие брызги. Аля упала тоже. Больно ударилась коленом, плечом, головой. Услышала, как с натугой лопается огромное стекло витрины. И, уже теряя сознание, песню, орущую из разбитой машины.
Вот и свела судьба, вот и свела судьба, вот и свела судьба на-ас…
Опять не до конца…