Найти в Дзене
Истина внутри

Вселенная наоборот: миссия “Оргазм”

(юмористический рассказ 18+) В мире, где всё устроено по-другому, мужчины с рождения знали: секс — это, в первую очередь, способ подарить наслаждение женщине. Её тело отзывается на любое проникновение мгновенным откликом — сладкой дрожью удовольствия, быстрой волной оргазма. Женский оргазм здесь не загадка и не квест с множеством уровней. Он — как включатель света: щёлк — и вспышка блаженства. А вот с мужчинами всё сложнее. Мужской оргазм — не вопрос фрикций или традиционных ласк. Нет, всё куда тоньше и, скажем честно, менее удобно. Чтобы мужчина достиг вершины, нужно особое искусство: массаж мошонки, точный, чуткий, ритмичный и... крайне неудобный в 97% стандартных поз. Особенно если женщина — в пылу страсти — двигается быстро и с азартом, не замечая, что партнёр от этого только сжимается и теряет контакт с телом. Да-да. Это не выдумка, не стёб и не городская легенда. Это просто физиология. Такая, какая есть. Фрикции?
Пф. Красиво, но мимо кассы.
Прелюдии?
Работают. Но только если там

(юмористический рассказ 18+)

В мире, где всё устроено по-другому, мужчины с рождения знали: секс — это, в первую очередь, способ подарить наслаждение женщине. Её тело отзывается на любое проникновение мгновенным откликом — сладкой дрожью удовольствия, быстрой волной оргазма. Женский оргазм здесь не загадка и не квест с множеством уровней. Он — как включатель света: щёлк — и вспышка блаженства.

А вот с мужчинами всё сложнее.

Мужской оргазм — не вопрос фрикций или традиционных ласк. Нет, всё куда тоньше и, скажем честно, менее удобно. Чтобы мужчина достиг вершины, нужно особое искусство: массаж мошонки, точный, чуткий, ритмичный и... крайне неудобный в 97% стандартных поз. Особенно если женщина — в пылу страсти — двигается быстро и с азартом, не замечая, что партнёр от этого только сжимается и теряет контакт с телом.

Да-да. Это не выдумка, не стёб и не городская легенда. Это просто физиология. Такая, какая есть.

Фрикции?
Пф. Красиво, но мимо кассы.
Прелюдии?
Работают. Но только если там в сценарии уделено особое внимание шарикам судьбы.

Некоторые мужчины пытались говорить об этом. Осторожно, деликатно, между прочим — мол, может, попробуем чуть иначе? Может, ты немного задержишься, посмотришь на меня, дотронешься вот сюда?

Но чаще всего получали в ответ:
— Ты что, не хочешь меня?
— Почему ты такой холодный?
— Ну вот, опять ты не кончил...

А как объяснишь, что ты просто не успел? Что твоё удовольствие — это не про реактивный запуск, не про скорость. Это когда тебя трогают не потому что «надо», а ротому что знают, где тебе хорошо и почему тебе это важно.

Мужчина стал для многих чем-то вроде вибратора с дополнительными функциями — говорящего, дарящего подарки и засыпающего рядом.

А женщины? Они хотят. Много. Часто. Без подогрева.
“Милый, давай быстро” — и он идёт.

Она, через три минуты, кричит, стонет, взлетает в небеса, лежит довольная, потянулась:
— Ну всё, я пошла сериал досматривать. Ты же тоже получил, да?

А он сидит…
С мошонкой, у которой, как у грустного щенка, глаза на мокром месте.
Потому что никто её не трогал.
А ведь она так надеялась.

И ладно бы это раз в год. Но когда это — стиль жизни, мужик начинает подозревать, что его оргазм — это город-призрак. На карте есть, но туда никто не едет.

Конечно, мужчины пробуют говорить.
Мол, “слушай, а может, ты попробуешь… ну там, пальчиками… ну… чуть-чуть…”
А ей лень. У неё ногти. Или просто устала. Она уже всё, а он… как-нибудь сам. Он же мужчина.
А ещё ведь есть социальное давление.
"Мужчина должен хотеть всегда".
"Что за странный ты, если не возбуждаешься от одной её ноги в колготке?"
"Может, тебе вообще секс не нужен?"
А ему нужен. Но не любой. А такой, где его тоже хотят, но не как вибратор.

Он мечтал не о том, чтобы всё стало наоборот, не как раньше в каких-то легендах, а чтобы стало вместе.
Чтобы его партнёрша тоже захотела узнать, как устроено его удовольствие. Не ради того, чтобы он "тоже получил", а потому что она его любит. Интересуется. Ценит.

И вот он лежит ночью.
Жена спит. Счастливая, расслабленная, на лице — улыбка Будды.
А он думает:
Ну может завтра получится. Может, она спросит: “А как тебе хорошо?” Может, она просто дотянется. Пальчиком. Одним. Не чтобы «доделать», а чтобы быть рядом. В том, что важно не только ей.

Надежда — она же вечная. Даже у мошонки.