Время близилось к вечеру. Анна Сергеевна подошла к комоду и сменила восковую свечу, догоравшую в стакане с пшеном, на новую, и поправив чёрную ленту на портрете дочери горько вздохнула.
- Настя, Настя…, - тихо прошептала она, - доченька…, - вздрогнули её плечи, и слёзы снова поползли по её щекам.
- Нюр, Нюр, ну всё…, хватит. Ты и так уже все глаза выплакала…, - подошёл к ней Василий Данилович и, обняв её одной рукой за плечи, протянул носовой платок. – Успокойся. Думаешь ей там, - он посмотрел на потолок, - хорошо? Думаешь, у неё душа не рвётся на части…, - уговаривал он супругу, уводя её в который раз от портрета дочери.
Глава 22
- Да я всё понимаю, Вась…, понимаю, но…, но не могу я взять себя в руки, - Анна Сергеевна уткнулась в плечо супруга и зарыдала. – Ушла…, так и не сказала…, унесла в могилу свою тайну. Зачем? Зачем она от нас скрывала…, - вздрагивали её плечи.
- Ладно, не плачь…, значит, так было надо, вот и держала всё в тайне…, - гладил он её по плечам и спине, - успокойся, - усадил он её на диван и сам сел рядом.
- Ушла…, всех оставила…, нас…, ребёнка, - продолжала всхлипывать Анна Сергеевна.
- Думаешь, я не думаю о внучке? Думаю, - горько вздохнул Василий Данилович.
- Похороны завтра…, такой стресс для Милочки…, - покачала головой Анна Сергеевна, представив внучку у гроба дочери.
Звонок в дверь прервал их горестный разговор и такие же горькие мысли.
Василий Данилович поднялся с дивана и, шаркая тапочками, поплёлся к входной двери.
Подошёл, открыл её.
- А где внучка? – спросил он Константина, не увидев рядом с ним Милу.
- Ночует у друзей. Завтра весь день будет у них. Я заберу её вечером и привезу сюда, - говорил он, переобуваясь.
- Кость, как она? – тревожно спросил отец.
- Нормально. Она же не знает, - ответил он, пройдя в комнату с портпледом в руках.
- Не знает? Ты ей не сказал? – спросила Анна Сергеевна.
- Конечно, не сказал. А зачем? – положил он портплед на кресло. – Пусть помнит маму живой. Для неё мама уехала далеко-далеко в тридесятое царство, - ответил он матери, вздохнув горько.
- Кость, ты сказал, что завтра привезёшь её сюда. А это? – указала Анна Сергеевна рукой на комод. – Как с этим быть? Свечи…, стакан с водой…, хлеб…
- Мам, объяснишь, что так молятся, чтобы путь у Насти был лёгкий…, - ответил Константин.
- Но она же будет ждать…
- Пусть пока ждёт… А что делать? – развёл он руками.
- Что делать? – вздохнул Василий Данилович и посмотрел на сына.
- Пап, если честно, то я над этим вопросом не думал…, занимался похоронами. Сами знаете…, ситуация непростая. По факту её гибели возбуждено уголовное дело. Хорошо хоть с похоронами не задержали…
**** ****
- Алло, Даш, ты как? – позвонила Лидия Борисовна.
- Привет, мам. Как я? Собираюсь…
- Белов уже уехал? – поинтересовалась Лидия Борисовна.
- Ещё вчера укатил.
- Как это?
- А вот так. Приехал вчера вечером один, забрал портплед с костюмом и укатил.
- Куда?
- В квартиру сестры. Сказал, что там родители, и он не может их одних там оставить.
- А ребёнок?
- Ребёнка он пристроил у Ягодиных.
- У Ягодиных? Не у Дениски?
- Не у Дениски. Денис поедет на кладбище, а Ленка вышла на работу. Так что Ксения водится с ребёнком у себя дома.
- Ну…, он нашёл правильный выход, - немного помолчав и переварив информацию, сказала Лидия Борисовна. – Ладно, я не об этом. Ты поедешь на своей машине, или с нами? Мы можем с отцом за тобой заехать.
- Нет, мам, не надо, не заезжайте. Я сама…, - ответила Даша.
- Ну, как знаешь, - сказала Лидия Борисовна и отключила связь. – Давай, собирайся, не опоздать бы…, - взглянула она на супруга, сидящего на диване с планшетом в руках и зависшего в Интернете.
**** ****
Подъезжая к кладбищу, Алексей Владимирович остановил машину.
- Ты чего здесь остановился?
- Да как-то не удобно с пустыми руками. Может купить? – кивнул он на венки и корзины с яркими искусственными цветами.
- Ну, купи, раз считаешь нужным, - усмехнулась Лидия Борисовна. Алексей Владимирович вышел из машины. – Не удобно ему, - хмыкнула она и, отвернув лицо от палаток, не стала смотреть, как супруг выбирает для покойницы корзину с цветами. Мимо их машины проехала машина Дарьи, которая тоже вскоре остановилась у одной из палаток. – И эта цветочки покупает…, - покачала она головой и поджала губы.
Алексей Владимирович поставив корзину с цветами в багажник, сел за руль и тронул машину с места. Через некоторое время они были уже на площадке перед небольшой часовней, в которой в это время шло отпевание. Машина Дениса стояла на площадке, но его в ней не было.
**** ****
Мила играла с игрушками на ковре в комнате Ксении. Она сидела на коленках и качала кроватку, на которой лежала кукла, укрытая одеялом. Так она укладывала её спать, мурлыча какой-то только ей понятный мотивчик. Ничто не предвещало смены её настроения. Но вопреки всему оно внезапно изменилось.
- Ксеня…, Ксеня, смотри, мама, мама…, - показала Мила на окно и вскочила на ноги.
- Где мама? – посмотрела Ксения в ту сторону, куда указывала Мила.
Лёгкий ветерок запутался в шторке и слегка шевелил её.
- Это всего лишь ветерок играет со шторкой. Давай посмотрим, проверим, если ты мне не веришь, - встала с дивана Ксения и взяла за руку Милу.
- Но она была…, я видела…, - утверждала Мила, когда они подошли к окну и всё осмотрели. – Я хочу домой…, я хочу к маме…, - потекли слёзы по щекам малышки.
Ксения в первый момент даже растерялась.
- Милочка, не плачь, я знаю, ты скучаешь и это нормально. Мама же уехала…, далеко- далеко уехала ты мне вчера сама говорила.
- Да, уехала…, а я хочу к маме, - плакала Мила.
- Ну и на чём ты к ней поедешь? – задала ей в лоб вопрос Ксения.
Мила растерялась.
- На машине. Ты поедешь со мной? – наконец, ответила она.
- Знаешь, Мил, я бы поехала, но мы можем никогда не догнать и не встретить твою маму, если поедем её искать.
- Почему?
- Потому что дорог много. Можно разъехаться. Она поедет по одной дороге, а мы по другой …, и окажемся ещё дальше. Мама знает, что ты её ждешь вместе с Костей. Она приедет и обязательно тебя найдёт сама, - держала Ксения Милу на коленях и гладила по волосам.
- Но я хочу…
- Знаешь что, где-то у меня был телефон волшебный, по которому можно звонить в тридесятое царство. Подожди, я его сейчас найду, и ты позвонишь маме. Позвонишь и расскажешь всё, всё…, - сказала Ксения и, встав с дивана, пошла за стремянкой.
Через какое-то время Ксения уже перебирала свои старые игрушки в другой коробке и искала телефон, с которым играла в детстве.
- А вот, нашла. Это волшебный телефон. В тридесятом царстве тебя обязательно услышит мама, если по нему позвонить.
- Услышит? Правда?
- Правда. Мама тебя услышит обязательно. Только вот там у неё нет такой трубки, - Ксения повертела в руках телефон, - чтобы тебе ответить, - озабоченно сказала она.
- Она ничего не скажет? Я её не услышу? – жалобно произнесла Мила
- Ну…, почему не скажет? Скажет. Я же сказала, телефон волшебный… Ты ляжешь в свою кроватку, положишь телефон под подушку, и во сне тебе мама всё расскажет.
- Можно каждый день звонить, да? – спросила Мила.
- Можно.
- И мама будет отвечать?
- Будет. Будет отвечать во сне на все твои вопросы… И совсем не важно, вспомнишь ты сон или нет, ты должна верить, что во сне ты разговаривала с мамой. Тогда тебе никогда не будет грустно. Вот держи волшебный телефон и говори, сколько хочешь. Он твой. Я тебе его дарю.
- Спасибо! – сияли надеждой и верой в волшебство глаза Милы.
**** ****
Пришедшая домой Нина Петровна первым делом заглянула в комнату дочери и увидела странную картину. Её дочь и Мила сидели на диване и тихо говорили каждый по своему телефону. Ксения, увидев мать, быстро вышла из комнаты, и прикрыв за собой дверь поспешила рассказать матери, какую сказку придумала для Милы.
- Ну, и хорошо. Пусть играет. Это на некоторое время отвлечёт её от грустных мыслей, и поможет перенести утрату. Только Косте не забудь рассказать, ладно, - одобрила Нина Петровна действия дочери.