Камень раздора
Часть 1
Сегодня злится осень поутру,
Швыряет листья, гоняет тучи,
Березам треплет косы на ветру…
— Машка! Картошка горит, — рассерженный голос мужа напрочь убил только что зародившиеся строчки.
— Как ты меня достала своими сочинениями! Кому нужны твои никчемные стишки? Лучше бы приготовила
что — нибудь повкуснее, — продолжал выражать свое недовольство Иван.
Маша обижалась, когда Иван возводил напраслину. Она не виновата. Стихи появляются сами, из ниоткуда, порой совсем в неподходящий момент. Да как он не понимает!? Может у нее талант. Ну, не может она их унять и игнорировать. Возможно он прав, обвиняя их в никчемности. Но они живут в ее душе и сердце, рождаясь помимо воли.
— Ивану, безусловно, безразлична моя поэзия, пожалуй, и я вместе с нею, — уныло думала Маша, мешая картошку.
— И память у него короткая… Только вчера на обед готовила жаркое в горшочках, оливье, компот и булочки с маком. Все было с пылу с жару. Сам целыми днями лежит на диване. Одна забота, живот набить, футбол смотреть и пиво пить!
Раздражаясь, она, накрывала на стол.
— На следующие выходные я уеду на рыбалку, отдохну от вас. Все осточертело! — мрачно посмотрев на жену, предупредил Иван.
Маша с сынишкой в выходной день вдоволь нагулялись. Побывали в зоопарке. Алеша накатался на каруселях.
Вечером перед сном Алеша сказал матери:
— Мам, а хорошо что папки с нами сегодня не было. Он бы не дал нам так долго гулять. Ему же надо футбол но телику смотреть и пиво пить. А ты даже сегодня два стишка сочинила…Мне твои стихи нравятся…
Алеша поцеловал мать, повернулся на бок и умиротворенно крепко заснул.
А Маша принялась размышлять.
Что — то не так в их семье… Чего — то не хватало.
Понимания — первое, что пришло в голову. Любви — с годами она превращается в привычку. А может ее и не было!? Нет она была, только не к мужу. От той любви голова кружилась…
От любви кружится голова,
От любви бежит она по кругу
Пусть шумит нелепая молва
Нам нельзя на свете друг без друга.
Глубоко вздохнув, Маша достала из письменного стола две толстые тетрадки, исписанные мелким почерком. Вот и камень раздора, ее стихи. Из-за них она не раз выслушивала упреки от мужа. И растяпа — то она, помешанная на этой дури, и время теряет зря. Лучше бы нашла себе хобби поинтересней. Что она может сказать в свою защиту?
То, что ее ценят и уважают на работе, считая отличным специалистом?
— Глупо хвастаться и оправдываться, — развивала ход своих мыслей встревоженная женщина. — А не позвонить ли мне Надежде Степановне, бывшей классной? Она теперь руководит литературным сообществом в городе, — сама у себя спросила Маша.
И сразу разволновалась, думая с сомнением. Но все же, еще раз пролистала свои тетрадки.
— Наверное она даже и не помнит обо мне. Да и будет ли она читать весь этот бред…
Но рука живо потянулась к телефону.
— Алло!
Услышала Маша на том конце провода знакомый голос.
— Надежда Степановна, здравствуйте! Это Маша Ивлева. Вы меня помните!?
— Конечно помню! Ученица из 11 «Б» класса, где я была классной домой. Машенька, у тебя что — то случилось?
— Нет, нет, Надежда Степановна! У меня все хорошо! Просто у меня к вам необычная просьба. Можно, я, принесу вам мои тетрадки со стихами.
— Конечно, можно! Приноси! Я ведь помню, ты еще в школе писала для классной стенгазеты небольшие четверостишия. Тебя все ребята из класса поэтессой называли. А Лешка Кудрин даже называл второй Беллой Ахмадулиной. Маша, можно задать личный вопрос?
— Конечно, можно!
— А с Алексеем Кудриным у вас, что — нибудь срослось?
— Нет! Это были просто дружеские отношения. Все в прошлом. У меня семья: муж, сын Алеша. Да мы и не виделись уже лет 5. Я ведь даже на встречу с выпускниками после окончания школы, так ни разу и не приходила.
— Да, жаль! Очень жаль! Вы бы были хорошей парой. Алексей за все эти годы не пропустил ни одной встречи с выпускниками. И всегда о тебе спрашивал у Татьяны Березкиной. Ну ладно Маша время позднее, будем прощаться, а завтра жду тебя у себя в офисе. Где найти меня знаешь?
— Конечно, знаю! Ваш офис в здании старой школы. Приду завтра. Обязательно приду.
И уже назавтра записи были у Надежды Степановны.
Прошло больше месяца. Маша не беспокоила звонками Надежду Степановну.
И вот однажды раздался телефонный звонок. Незнакомый голос пригласил ее на литературную встречу.
На следующее утро, Маша попросила мужа отвести сына в садик.
— А ты куда с утра пораньше намылилась? Накрасилась, прическа! На работу ты так не ходишь!? Колись! Куда собралась?
— Меня пригласили на литературную встречу.
— Не понял! Куда, куда тебя пригласили?
— Иван, не притворяйся! Ты все слышал и понял. Единственная просьба, отведи сына в садик…Я опаздываю…
Литературная встреча проходила в здании дома офицеров. Зал был небольшой, но свободных мест не было.
В фойе ее встретила Надежда Степановна.
— Маша, сегодня твой первый поэтический дебют. Ты будешь читать свои стихи нашим защитникам отечества.
— Но я не готовилась? Я не знаю, что читать?
— Не волнуйся и не трясись? У тебя замечательные стихи. Особенно сборник стихов о любви и о матери.
Маша вышла на сцену. С дрожью в руках удалось справиться, но далеко не сразу. Она потрясающе проникновенно читали свои стихи о любви, о ненависти, о мужчинах и о матерях.
Аплодисменты долго не смолкали. Смущенная и потрясенная происходящим, Мария слегка кланялась, прижав руки к груди.
— Умница! У тебя все получилось! Машенька, дебют твой удался на отлично! Даже и не сказать, что это дебют! На сцене держалась очень уверенно! Молодец!
Надежда Степановна взяла Машу за руку.
— Идем! Познакомлю тебя с одним человеком. Я отправляла ему твои стихи. Они ему очень понравились. Он приехал и хочет с тобой познакомиться.
Они прошли в небольшую комнату. За столом сидел пожилой мужчина.
— Маша, знакомься! Это Аркадий Михайлович.
Мужчина встал. Подошел к Маше. Вежливо поклонился.
— Да вы, я вижу, самородок, голубушка Мария Сергеевна, — почтенно заявил Аркадий Михайлович, почетный гость из общества союза писателей.
— Талант развивать надо. Я, оставлю вам свою визиточку. Если надумаете продолжить свое образование, то милости прошу приехать в столицу.
— Я подумаю!
— Думайте, голубушка, думайте! Только не затягивайте.
Аркадий Михайлович вежливо поклонился и вышел.
— Маша, ну чего тут думать! Тебе выпал такой шанс. Зачем зарывать свой талант в землю.
— Надежда Степановна! У меня ведь семья, муж, сын. Это же не так просто все бросить и поехать учиться. Я ведь не выпускница 11 класса. Даже не знаю, что делать!? Если бы мама была жива, то тут еще можно на что — то надеяться. А так…Пустое все это. Муж считает, что все мои стихи — это дурь. Да и не отпустит он меня.
— Ну хорошо! Утро вечера мудренее. Что — нибудь придумаем.
Надежда Степановна пристально поглядела на Машу и произнесла.
— Знаешь моя дорогая ученица, когда я слушала твои стихи из цикла любовная лирика, то поняла одну вещь. Ты эти стихи о любви писала для одного человека. Назвать его имя? Дело, конечно, не мое. Маша, ты заслуживаешь большего. Ты подумай! А сейчас пойдем! У меня для тебя есть еще один сюрприз. Этот сюрприз наверное уже заждался.
— Может на сегодня хватит сюрпризов? Мне уже в садик за сыном пора. На Ивана надежа плохая.
— Нет, нет! Идем!
В фойе около окна стоял мужчина в военной форме. Надежда Степановна и Маша подошли к нему.
— Думаю дорогие мои одноклассники вас представлять друг другу не надо.
С улыбкой произнесла Надежда Степановна.
Продолжение следует…
