Да, и такое происходило достаточно часто. Но если в вашей голове возникла картина, как беглянка в рваной одежде пробирается через степь, чтобы сдаться в руки казакам на засечной черте – то вы глубоко заблуждаетесь. Все происходило совершенно иначе и, как правило, наложниц отпускали их собственные хозяева. Но даже в этом случае вряд ли они возвращались к своей семье, а навсегда оставались в Турции.
Давайте расскажем, как это происходило.
В Русском царстве процесс выкупа рабов был поставлен на государственный уровень. Для этого взимался специальный налог под названием «полоняничные деньги». Однако, власти были готовы платить только за тех, кто не изменил православию и не перешел в мусульманскую веру.
При этом, по сложившейся практике, будущих наложниц добровольно-принудительно обращали в ислам в плену, а потому они не могли быть выданы. Опять же, в этом случае хозяин был заинтересован не столько в деньгах, которые можно получить за них, сколько в самой девушке. Ее брали в полон специально, чтобы она ублажала господина и рожала ему детей. И если бы какая-нибудь Роксолана попадала в султанский гарем, то ее бы оттуда не продали ни в коем случае.
Иногда запорожские казаки освобождали пленных в ходе своих морских походов. Станичниками неоднократно были взяты и разграблены Трабзон, Кафа, Синоп и другие прибрежные города. Там они часто освобождали пленных и вряд ли спрашивали, изменили те православию или нет.
Для красивой девушки из гарема какого-нибудь провинциального аристократа в этом случае было можно вернуться на родину с перспективой стать казачьей женой. Но, конечно, Стамбулу и дворцу Топкапы, где находился султанский гарем, запорожцы никогда не угрожали.
Поэтому чаще всего девушки отпускались домой по воле хозяина. В гареме султана существовало правило, согласно которому каждая одалиска получала свободу, если правитель не обратил на нее внимание в течение девяти лет. В этом случае ей доставалась определенная денежная выплата, после чего она была вольна идти на все четыре стороны.
Иногда наложницы выпускались из гарема при каких-то форс-мажорных ситуациях. Например, Сулейман Великолепный распустил большую часть своего гарема после пожара в Старом дворце. Дело в том, что Хюррем, Гюльфем и их служанок, некоторых избранных одалисок и султанских родственниц перевели во дворец Топкапы, в котором не было достаточно подходящих помещений. А несколько десятков девушек просто отпустили, снабдив деньгами и советом идти домой. Вероятно, некоторые именно так и поступили, хотя осуществить это тогда было очень непросто.
Вот почему в случае «увольнения» из гарема султаны предпочитали находить знатных женихов для своих бывших женщин. Те брали их замуж безо всякого принуждения, поскольку эти красавицы имели хорошее образование и пользовались связями при дворе. Но от этого предложения всегда можно было и отказаться.
Хотя, на самом деле, праздная жизнь в гареме богатого господина считалась за удачу вчерашними крестьянками. Поэтому никто из них не стремился вернуться домой – помимо снижения уровня жизни у них бы были проблемы, связанные с отступлением от своей веры.
К тому же, вплоть до относительно недавнего времени дальние путешествия были прерогативой мужчин. На войну, во торговым делам или в посольства ходили только большими отрядами. Допустим, выпущенная из гарема барышня отдаст каким-то купцам свое жалование в обмен на возвращение ее домой. Даже если ее не продадут другим хозяевам по дороге, на Русь на вернется без гроша и будет влачить там нищенское существование. Поэтому ситуация насчет возращения не то, чтобы невозможная, но маловероятная.
Опять же, в Крымском ханстве и в Османской империи существовало правило, что все освобожденные рабы не имеют права вернуться домой, а должны навсегда остаться в стране. Поэтому любую беглянку должны были привлечь к суду, если только она не была патологически удачлива и не пробралась к своим через сотни километров степи, как было сказано в первом абзаце.
Я знаю один-единственный факт за всю историю Османской империи, когда достоверно известно, что девушки, выпущенные из гарема, вернулись к своим семьям. Когда в 1922-м году после поражения во Второй мировой султан Мехмед VI бежал из Стамбула на британском военном корабле, две из пяти его жен действительно воссоединились со своими близкими. Но они являлись мусульманками с рождения, в отличие от наложниц прошлого.