Описание и фото печати:
Печать была мною приобретена без какой-либо истории о ее первоначальном владельце. Единственная зацепка для определения принадлежности - это место ее обнаружения: Курганская область.
При общей очень хорошей сохранности, печать привлекла меня аккуратным исполнением надписи, выполненной гражданским шрифтом конца 18 - начала 19 века.
Характерно написание инициальной буквы П в виде буквы Л с "козырьком". Такое написание, наряду с привычным и сохранившимся до сих пор, использовалось в 18 веке.
Печать прикладная, но, судя по форме, не настольная. Ее небольшой размер (28х18х15 мм) и круглое ушко говорят о том, что вероятнее всего ее носили при себе на шнурке или на цепочке. Возможно владельцем был человек, которому по роду своих занятий приходилось пользоваться ею, находясь в разных обстоятельствах и в разных местах.
Надпись "Бог моя надежда" нередко встречается на печатях того времени и на более поздних. Вот, например, одна из таких печатей, из другой коллекции.
Несколько печатей с таким же девизом, датируемых первой третью 19 века, упоминаются в труде И.К. Антошевского "Надписи и девизы на русских печатях частных лиц", изданного им в 1903 году. Две из них принадлежали купцам Семизоровым.
Можно предположить, что данная печать тоже принадлежала купцу.
Стоит упомянуть, что девиз "Бог моя надежда" встречается и на печатях духовных лиц, но в этом случае, кроме надписи, на них присутствуют кресты и другие христианские символы (например, предметы облачения священника и т.п.).
Само изречение скорее всего связано с 90-ым псалмом, в котором есть слова: «прибежище мое и защита моя, Бог мой, на Которого я уповаю». В «Толковом Типиконе» указывается, что данный псалом «рисует в форме наставления все выгоды полной надежды на Бога».
Полагаю, что любое изречение на личной печати, связанное с Богом, должно выражать и демонстрировать религиозную веру ее владельца и указывать на то, что человек во всех своих делах руководствуется верой.
Кроме надписи, на печати П. Башарова изображен символ "всевидящего ока" - глаз в треугольнике, обрамленный лучами.
Божественное око упоминается в 32-ом псалме: «Вот, око Господне над боящимися Его и уповающими на милость Его».
Само изображение символа пришло в Россию с запада в конце 17 века и получило широкое распространение в 18 веке, а во времена правления Николая I (с 1825 г.), когда Российская империя утвердила идеологию официальной народности, символ начал вытесняться и использовался реже. Тем не менее, изображаемый на медалях и жетонах в честь Российских императоров, начиная с Петра II в 1728 году, символ продолжал изображаться и позднее правления Николая I, вплоть до революции 1917 года.
Смысл символа - в напоминании смертному человеку о том, что за ним наблюдают свыше, и все его деяния на земле видит сам Бог.
В 18 веке "всевидящее око" появилось и на иконах у старообрядцев, так как это изображение не противоречило представлениям староверов о Боге. В каноническом православии таких икон не было и нет, хотя в росписях многих канонических православных храмов мы можем видеть изображение глаза в треугольнике.
На личных печатях разных сословий символ встречается на протяжении всего 19 века.
С учетом всех вышеперечисленных признаков и места обнаружения печати (Курганская область), в качестве владельца можно предположить конкретного человека с фамилией Башарин.
Есть большая вероятность, что печать принадлежала Петру Михайловичу Башарину, тюменскому купцу 1-й гильдии, заводчику и меценату второй половины XVIII - первой половины XIX веков.
Он был одним из самых богатых купцов Тюмени, по религиозным убеждениям - старообрядцем (информация об этом содержится в монографии В.П. Бойко "Купечество Западной Сибири в конце XVIII-XIX в. Очерки социальной, отраслевой и ментальной истории"), занимал важные должности в городском самоуправлении и пользовался большим влиянием.
По информации из Википедии, Петр Башарин владел кожевенным и салотопенным заводами. На Башарина работали 15 мастеров и подмастерьев, и 40 наемных рабочих.