Тишина.
В ушах Кости звенело. Он стоял как вкопанный, сердце бешено колотилось.
Позади, в темноте, кто-то дышал.
Хрипло. Неровно.
Глеб первым пришёл в себя. Рывком включил фонарик на телефоне и направил свет назад.
Пусто.
Никаких силуэтов, никаких длинных рук. Только чёрный провал сцены и оборудование.
– Что за хрень? – прошептал Костя.
Но Глеб смотрел не на темноту за сценой.
Он смотрел на экран.
Тот снова включился.
И там была трансляция.
Только теперь – не сцены.
На экране показывали их самих.
Но… что-то было не так.
Камера будто стояла в том самом тёмном коридоре. Глеб и Костя стояли спиной к экрану, а за ними…
Позади них, в реальном мире, никого не было.
Но на экране фигура была.
Тонкая. Высокая. Медленно тянулась к ним.
Руки… слишком длинные.
Пальцы… слишком тонкие.
Фигура стояла у них за спинами.
И Костя понял.
Это не запись.
Это прямая трансляция.
– Глеб, не оборачивайся, – прошептал он.
Глеб замер.
– Что?
– Не двигайся. Оно… там.
Он знал, что если повернётся – встретится с этим лицом.
Или… с тем, что у него вместо лица.
Но Глеб не выдержал.
Он резко развернулся с фонариком.
Никого.
Экран мигнул.
Фигура исчезла.
Но на экране остались они – стоящие посреди пустой сцены.
И камера теперь приближалась.
Будто кто-то смотрел на них изнутри экрана.
Глеб в два шага оказался у стойки управления.
– Я гашу это нахрен.
Он выдернул кабель.
Экран вспыхнул в последний раз…
И на секунду они увидели.
То, что было по ту сторону.
Тот самый коридор.
Бесконечный. Серый.
А в глубине – что-то движущееся.
Тёмное. Ждущее.
Экран выключился.
И в этот момент во всей площадке вырубился свет.
Тишина.
Только где-то за сценой зазвучали шаги.
Очень тихие.
Очень медленные.
– Бежим, – прошептал Костя.
Они рванули к выходу.
Позади раздавались звуки – длинные пальцы шуршали по полу.
Скрежетали по металлу.
Но они не оборачивались.
Вылетели из зала.
В коридоре свет мигал. Охранник сидел за стойкой, уставившись в монитор.
– Эй! – заорал Глеб.
Но охранник не реагировал.
Они подбежали ближе.
Экран монитора…
Показывал их.
Прямо сейчас.
С высоты.
Будто кто-то смотрит на них из угла потолка.
А позади…
Силуэт.
Костя вскрикнул и сорвал монитор со стола.
Экран разбился, вспыхнул белым.
И в этот момент свет вернулся.
Музыка заиграла, экран на сцене снова показывал рекламу.
Охранник встрепенулся:
– Чего вы орёте?
Глеб и Костя тяжело дышали.
Они повернулись к сцене.
Всё было… как обычно.
Никаких глюков.
Никакого коридора.
– Сваливаем, – прошептал Костя.
Они собрали вещи быстрее, чем когда-либо, и уехали.
Но на следующий день…
Глеб проснулся и потянулся к телефону.
На экране было уведомление:
«Новое видео»
Он открыл.
Видеофайл без названия.
И когда он нажал «воспроизвести»…
Камера медленно двигалась по коридору.
Тёмному. Бесконечному.
И где-то в глубине кто-то обернулся.