Глеб любил работать с техникой. Он уже десять лет ставил сцены, настраивал звук и видео. Всё было просто: развернул экран, подключил питание, загрузил файлы – и вуаля, шоу начинается.
Но в тот вечер что-то пошло не так.
Площадка была обычной – большой загородный дом, арендованный для корпоратива. Богатые клиенты, дорогая аппаратура, всё по высшему разряду. Глеб с напарником Костей – звукорежиссёром – приехали заранее. Им нужно было поставить огромный светодиодный экран, смонтировать свет и настроить звук.
– Проверил файлы? – спросил Глеб, подключая экран к контроллеру.
– Конечно, – отозвался Костя, проверяя звуковые дорожки. – Те же ролики, что и всегда. Никакой самодеятельности.
Глеб запустил тест. Экран ожил – вспыхнул белым, потом пошли рекламные видео. Всё как обычно.
Но когда сменился второй ролик, Глеб замер.
На экране, на секунду, промелькнуло что-то странное – словно тёмная фигура вдалеке.
Он быстро перемотал назад, но ничего не нашёл.
– Ты это видел? – спросил он Костю.
Тот поднял голову от пульта.
– Что?
– Какой-то силуэт. Будто кто-то прошёл за камерой.
Костя фыркнул:
– Да ладно, помехи. Или тебе мерещится?
Глеб вздохнул. Действительно, возможно, просто артефакт на экране.
Шоу началось.
Музыка гремела, световые приборы заливали зал цветными вспышками, экран показывал красивые визуальные эффекты. Всё шло как по маслу.
Но в какой-то момент экран замигал.
Резко, как будто кто-то дёргал провода.
Глеб бросился к стойке управления.
– Что за хрень?
Экран погас.
Тишина.
Музыка замерла, свет приглушился.
– Блин, может, питание? – пробормотал Костя, проверяя кабели.
Глеб открыл тестовый экран на ноутбуке. Всё работало. Экран должен был быть включён.
И тут он загорелся снова.
Но вместо корпоративного видео пошла странная запись.
Будто с камеры наблюдения.
Темный, узкий коридор, уходящий вдаль. Камера медленно двигалась вперёд.
– Это что за…? – прошептал Глеб.
Костя застыл, наблюдая за изображением.
Коридор был странным – стены, словно бетонные, свет тусклый. И вдруг в конце показалась фигура.
Высокая, неестественно худощавая, с длинными руками.
Она стояла неподвижно.
Камера приближалась.
И вдруг существо дёрнулось и побежало прямо к экрану.
В этот момент экран снова выключился.
Тишина.
Глеб посмотрел на Костю.
Тот был бледен.
– Ты это видел?
Костя медленно кивнул.
И тут в его гарнитуре раздался тихий, искажённый голос:
– Ты тоже теперь здесь.
Костя резко сорвал наушник.
– Какого…?!
Но Глеб его не слышал. Он смотрел на экран.
Потому что там, в реальном времени, показывали их сцену.
Камеру никто не включал.
Но там были они.
Глеб. Костя. Гости, стоящие вдалеке.
Только вот в самой глубине кадра, среди темноты за сценой, медленно двигался силуэт.
Тот самый.
Длинные руки. Изломанная фигура.
Он шёл к ним.
Экран мигнул.
Выключился.
Свет погас.
Музыка оборвалась.
А за спинами Глеба и Кости раздалось медленное, хриплое дыхание.
Слишком близко.