Из воспоминаний Игоря Фурманова:
На сборном пункте областного военкомата я узнал, что буду служить пограничником в далёкой от дома Средней Азии. Скоро наша группа новобранцев прибыла в город Термез Узбекской ССР. На подготовку к пограничной службе новичкам отводилось шесть месяцев. Началась напряжённая учёба: подъёмы по тревоге, несение караульной службы и нарядов, многокилометровые марши с полной боевой выкладкой, дневные и ночные стрельбы и т.д. Мы получали не только азы пограничной службы, но и теоретические и практические навыки боевых действий в горных и пустынных условиях. Преподавали их уже побывавшие в боях офицеры и сержанты. Все интуитивно понимали, что именно эти тактические занятия нужно воспринимать как аксиому. Тогда, на занятиях, молодые пограничники уяснили, а в боевых операциях закрепили главное правило войны: в бою первостепенное значение имеет умение командира правильно оценить ситуацию и принять необходимое решение. А солдат должен быстро и четко выполнять приказы командира, ориентироваться на местности, а также быть физически выносливым.
После сдачи экзаменов каждого из нас вызывали в штаб погранотряда, где решали нашу дальнейшую судьбу. Меня направили в мотоманевренную группу, которая находилась на территории Афганистана. Базировалась она в приграничном городке Ташкурган. Перед отправлением нас переодели в новую экспериментальную форму – "афганку", которая была очень удобной и отличалась от военной советской. На ней отсутствовали какие-либо знаки того, что мы являемся пограничниками. Наша служба в Афганистане была засекречена. Даже в письмах домой мы писали, что по-прежнему служим на границе. До Ташкургана нас доставили вертолётом. По прибытии мы были представлены личному составу и распределены по подразделениям. Нас, молодых бойцов, закрепили за более опытными служащими. От них мы получили первые уроки и советы, как правильно действовать в боевой обстановке. И это очень пригодилось в последующем при выполнении заданий.
Уже через несколько дней после прибытия я принял участие в первой боевой операции. На задание мы выходили группой из 60–80 человек. Для огневого прикрытия нам давались бронетранспортёры, боевые машины пехоты, а к концу службы ещё и реактивная установка "Град". Нашей главной задачей было уничтожение формирований, караванов с оружием и наркотиками в приграничной с Советским Союзом территории. Каждая мобильная группа контролировала свой заданный район. В рейды мы уходили на несколько дней, на расстояние более ста километров. Выполнение боевых задач требовало от нас большого психологического и физического напряжения, мы постоянно были сопряжены с риском и опасностью. У моджахедов была своя разведка. Получая сведения, они стремились уничтожить нас. Поэтому редко какой из наших рейдов проходил без стычек с противником.
Однажды наше подразделение подняли по тревоге. Разведка установила, что в двух кишлаках находится крупная группировка моджахедов. Совершив быстрый переход, мы прибыли в заданный район и начали боевое развёртывание. Кругом стояла тишина, ничего не предвещало беды. Стали приближаться к кишлакам. И вдруг оттуда и с окрестных гор противник ударил по нам с гранатометов и стрелкового оружия. Мы оказались в настоящем огненном мешке. Колонна стала. Мощный вражеский огонь заставил десантироваться прямо в движении. Времени для размышлений не было. Выскакивали, кто как мог. На тот момент перед нами стояла единственная и важнейшая задача – выжить. "Духов" не было видно, но место, откуда они стреляли, примерно засекли. Заняли оборону и открыли ответный огонь. Сколько длился бой, не помню. Наш командир по радиостанции вызвал подкрепление. И через некоторое время в небе над нашими позициями появились боевые вертолёты МИ-24, которые начали наносить пушечно-ракетные удары по вражеским укреплениям. Через некоторое время сюда прибыли афганские воинские подразделения, которые и провели "зачистку" кишлаков. Благодаря умелому руководству наших командиров и слаженным действиям бойцов мы остались живы. Раненых сразу погрузили в транспортные вертолёты и отправили в госпиталь погранотряда.
После этого боя вновь закрутилась череда военных будней с ежедневными рейдами и засадами. Мне ещё не раз пришлось ощутить дыхание смерти. Но с каждым разом я всё хладнокровнее воспринимал окружающую жуткую действительность – как обычную службу. Единственное, к чему не привык, – страх остаться одному: отстать или потеряться. Но, следует отметить, пограничники своих никогда не оставляли, даже мертвых. Недаром за всю Афганскую войну ни один пограничник не попал в плен.
Кроме боев, изнуряющей жары и болезней были и радостные события. Это письма из дома. А еще возвращение после боевых действий на базу, где нас ждали и всё было организовано для отдыха и "мирной" жизни: можно было сходить в баню, посмотреть привезенный из Союза новый кинофильм, умудрялись даже праздновать дни рождения, прочие праздники. Жаль только, что на базе находились мало, больше на боевых операциях.
В 1987 году я вернулся домой в Зельву. Через год меня вызвали в военкомат, где торжественно вручили Почетную грамоту Президиума Верховного Совета СССР, которой был награждён за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга.
Источник информации: old.zelwa.by
В оформлении использованы фотографии с сайта: tas-kur-mmg-2.ucoz.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!