Найти в Дзене
Норвежские зарисовки

Москвич Jegor Rebrikov (26) убежал из РФ в Грузию, потом в Турцию и Сербию. - Меня дома арестуют! Норвегия не дает мне визу, но я надеюсь...

Норвежская визовая бюрократия разрушила мечту Егора об учебе в норвежском университете Tromsø. Он не может вернуться домой в Россию, не будучи мобилизованным на войну. Сейчас он живет в сербской деревне примерно в часе езды от Белграда. - Если я вернусь в Россию, меня сразу же мобилизуют на войну! — говорит Егор Ребриков (26). В 2025 году Норвегия выделила на программу «Студенты из группы риска» 16 millioner kroner. Сегодня Егор должен был учиться уже на втором семестре бакалавриата на курсе "воспитатель в детском саду" в норвежском Арктическом университете UiT. Учебное место для него было забронировано. Ректор гарантировал финансирование обучения. Однако запутанная визовая бюрократия поставила крест на учебных планах москвича. По словам Егора, за ним охотились офицеры военкомата и он был вынужден бежать из страны. Егор хорошо говорит на норвежском языке. Откуда? Дело в том, что его семья - родители, брат и он - уже жили в Норвегии 4 года, когда его мама получила постдокторантуру в

Норвежская визовая бюрократия разрушила мечту Егора об учебе в норвежском университете Tromsø. Он не может вернуться домой в Россию, не будучи мобилизованным на войну. Сейчас он живет в сербской деревне примерно в часе езды от Белграда.

После того, как он покинул Россию, Егор пожил в Грузии и Турции, прежде чем осесть в Сербии.
После того, как он покинул Россию, Егор пожил в Грузии и Турции, прежде чем осесть в Сербии.

- Если я вернусь в Россию, меня сразу же мобилизуют на войну! — говорит Егор Ребриков (26).

В 2025 году Норвегия выделила на программу «Студенты из группы риска» 16 millioner kroner.

Сегодня Егор должен был учиться уже на втором семестре бакалавриата на курсе "воспитатель в детском саду" в норвежском Арктическом университете UiT. Учебное место для него было забронировано. Ректор гарантировал финансирование обучения. Однако запутанная визовая бюрократия поставила крест на учебных планах москвича.

По словам Егора, за ним охотились офицеры военкомата и он был вынужден бежать из страны.

 - Jeg er politisk aktivist i Russland!
- Jeg er politisk aktivist i Russland!

Егор хорошо говорит на норвежском языке. Откуда? Дело в том, что его семья - родители, брат и он - уже жили в Норвегии 4 года, когда его мама получила постдокторантуру в норвежском университете, а сам Егор посещал начальную школу. Затем семья вернулась в Москву.

Егор готов вернуться домой, но с течением времени.

- Вся моя семья живет в России. Мои бабушка и дедушка старые и нуждаются в помощи. Я скучаю по России, по своей семье и друзьям... Я также думаю насчет учебы и в другой стране, не в Норвегии, например, во Франции или Сербии, но не получается пока. Норвегия была бы идеальна для меня, ведь я говорю по-норвежски!

Publisert 24.03.2025 - 06:48